Стамбульский залет. Часть вторая
А кушать хочется всегда
Возле мечети Ай-София нас окружила толпа немецких туристов и начался мелкий чейндж. В дело пошли заранее подготовленные значки а ля Горбачев - Перестройка, часы с серпом-молотом, заныканные от переписи при сходе с корабля. После этого - фото на память в наших бесках, и мы пошли в автобус.
Нас повезли на местный рынок.
Все устали, дело к вечеру, хотелось кушать.
Желудок, привыкший к приему пищи по распорядку дня, сначала тихо, а затем все громче стал требовать еду.
Местный рынок похож на питерский Пассаж. Галереи, переходы, зеркальные витрины. Не знаю, как там в Греции, а на Стамбульском рынке есть все. Нам же, вырвавшимся из советского дефицита, он показался просто островом сокровищ. Но я не об этом.
Я о насущном, о еде.
Выйдя у рынка из автобуса, я сразу почувствовал запах. Пахло едой, и не просто едой, а жареной курицей.
Помните толстого мыша из мультфильма «Чип и Деил спешат на помощь»? Он впадал в транс, когда чувствовал запах сыра. Так вот, в такой же транс впал и я. Пока моя пятерка делила валюту... тут надо пояснить. Как я уже говорил раньше, каждому курсанту полагалось около 10 тыс. турецких лир. Но поскольку инфляция, стагнация и всякая там манипуляция, короче, на руки нам выдали сумму на всех одной бумажкой, и разменять ее по 10 тыс. на каждого было проблематично. В итоге мы бегали за нашим выбранным казначеем и покупали всем все одинаковое и поровну.
Ну, об этом может потом, а сейчас о еде.
Запах курицы повел меня по узкой улице, начинавшейся возле входа на рынок. Она показалась мне очень длинной, а закончилась тупиком небольшой площадки метров тридцать на тридцать. На ковриках возле своих лавочек сидели турецкие аксакалы и дремали, посасывая кальян.
Время здесь остановилось.
Мой нос четко определил источник манящего запаха. За большой стеклянной витриной стоял гриль, и на нем как на Чертовом колесе крутились жареные, жирные, покрытые коричневой корочкой, хрустящие, исходящие соком, ароматные курицы. Это было невыносимо. Мои ноги вросли в землю.
Я был готов пойти на преступление.
Я не могу сказать, сколько времени я тупил и стоял в позе легавой на стойке по бекасу. Но вдруг я заметил в глубине лавки толстого турка в феске, сидевшего на полу. Он недвусмысленным жестом приглашал меня войти. Таким же красноречивым жестом я объяснил ему, что входить не буду, так как золотого запаса не имею.
Есть добрые люди в Турции.
Толстому турку понадобилось много времени, чтобы встать с пола. Затем он исчез из моего поля зрения и появился вновь уже передо мной на улице. В его руках было нечто подобное чизбургеру. Только вместо маленьких булочек был огромный батон белого хлеба, а внутри цельная распластанная курица, зелень, помидоры и прочая кулинария. Все это он протягивал мне, и по его широким жестам я понял, что это халява. Акула из «Челюстей» отдыхает перед голодным курсантом второго курса на чужбине.
Я начал атаку.
Когда мой желудок получил свое и часть турчизбургера еще была цела, ко мне вернулось чувство долга и я вспомнил о Родине и о своей пятерке. Со всех ног я рванул в обратную сторону по улице без времени.
Поздняк метаться.
Мне навстречу несся мой командир роты. Лицо, рот, усы, фуражка сбившаяся на затылок - все это было сплошной жо...ой для меня. За его спиной галопом неслись однокурсники.
Остатки еды я отдал им.
Что было дальше? Да ничего особенного. Товарищи рассказали мне, что искали меня полчаса, да и то не сразу сообразили, что меня нет. Так что пока прикинули то да се, вывод о моем побеге был сделан однозначный. Жаль, я не видел того момента, когда все это осознал мой командир Мутный и решил себе тут же сделать сеппуку.
А что ему оставалось?
На рынке, как я уже говорил выше, мы поровну накупили на всех наборы женской косметики (ходовой товар в СССР, как объяснил нам опытный товарищ), белые носки Puma (дешево отдал пацан лотошник), электронные часы с несколькими мелодиями (помните, такие со скрипичным ключиком на циферблате) и еще какую-то мелочь.
Мы вернулись на корабль.
Что было потом? Да нормально все было. Командир орал на меня на вечерней поверке, которая проходила на астрономической палубе на фоне вечерней молитвы муэдзина. Красиво. Ночной город, освещенный огнями, вантовый мост через Босфор весь в подсветке, черная вода бухты Золотой Рог, в которой отражалась здоровенная южная луна, звезды. Красота.
Потом был мой третий, но не последний залет.
Но это уже другая история... |
