Bigler.Ru - Армейские истории, Армейских анекдотов и приколов нет
VGroup: создание, обслуживание, продвижение корпоративных сайтов
Rambler's Top100
 

Выпуск N 994

30.11.0994-05.01.2005

Военно-исторический календарь

04-01-1725

(15 января н.ст.) Родился Петр Александрович Румянцев, граф Задунайский, фельдмаршал, кавалер ордена св. Георгия 1 степени (ск. 8/19 декабря 1796 г.). Герой Гросс-Егерсдорфа и Кунерсдорфа, штурма Кольберга, победитель при Рябой Могиле, Ларге и Кагуле. Именно стремительные действия войск Румянцева принудили Турцию к заключению Кючук-Кайнарджийского мира в 1774 г. Обогатил тактику введением глубоких боевых порядков и рассыпного стрелкового строя, написал ряд военных сочинений. Суворов почитал его за учителя.

  Замполит
04-01-1895
Родился Лерой Грумман, американский авиаконструктор. В 1929 г. создал авиастроительную фирму, которая в годы 2-ой Мировой войны была основным поставщиком палубных самолетов для флота США.
  Кадет Биглер
04-01-1920
Началась Красноярская наступательная операция войск 5-й отдельной армии (Г.X. Эйхе) и сибирских партизан (отряды А. Кравченко и П. Щетинкина) с целью разгрома остатков войск Колчака. В ходе операции, завершившейся 7 января, в плен были захвачены основные силы колчаковской армии, частями 30-й дивизии занят Красноярск.
  Кадет Биглер
04-01-1933
На загородной вилле банкира Шредера вблизи Кельна состоялось совещание крупных германских промышленников и банкиров с участием Адольфа Гитлера и бывшего канцлера фон Папена, на котором было принято решение о передаче власти лидеру нацистов.
  Барон Муха
04-01-1939
Указом Президиума Верховного Совета СССР утверждены новые тексты Военной присяги Красной Армии и Военно-Морского флота, торжественного и клятвенного обязательства лиц, работающих по вольному найму в частях и учреждениях РККА, РККФ и порядок их принятия. www.mil.ru
  Кадет Биглер
04-01-1942
Погиб Володя (Владимир Никифорович) Дубинин (род. 29.8.1927 г.) , пионер-герой. Он был членом партизанского отряда, воевавшего в каменоломнях вблизи Керчи. Как самый маленький, выискивал лазы и проходы, когда фашисты попытались замуровать отряд под землей. Когда город был в первый раз освобожден, погиб, помогая разминировать подходы к каменоломням. Посмертно награжден орденом Красного Знамени. Писатель Лев Кассиль написал книгу о его подвигах "Улица младшего сына", по которой был поставлен одноименный фильм.
  Кадет Биглер
04-01-1942
В начале января начальник немецкой полиции безопасности отдал приказ: сжечь село Аудрини Резекненского уезда, арестовать всех его жителей и 30 мужчин публично расстрелять. В вину жителям села вменялось то, что у них скрывались шесть партизан. Утром 4 января на базарной площадь Резекне согнали жителей города. Мужчин из села Аудрини выводили группами по десять человек и расстреливали. Остальных жителей села убили в горах Анчупаны, недалеко от Резекне. Там были расстреляны и зарыты 170 жителей Аудрини - старики, женщины и дети. Начальника Резекненского уезда и его помощника за активное участие в массовой казни наградили немецким "крестом за заслуги", а Аудрини вошли в один ряд с Лидице, Орадуром и Хатынью.
  Кадет Биглер
04-01-1943
Герой Советского Союза лётчица майор Марина Михайловна Раскова погибла в авиакатастрофе близ Саратова. Причина - сложные метеоусловия при перелёте на фронт после переформирования. Урна с прахом установлена в Кремлёвской стене на Красной площади в Москве.
  solist
04-01-1951
Северо-корейская армия при поддержке полумиллионного корпуса китайских добровольцев занимает Сеул.
  Замполит
04-01-1980
Президент США Джимми Картер объявил о бойкоте Олимпийских игр в Москве. Поводом стал ввод советских войск в Афганистан.
  Кадет Биглер
04-01-2004

Американский марсоход "Спирит" совершил посадку на Марс. Запуск межпланетной станции был произведен 10 июня 2003 г. Главной целью было обследование красной планеты с помощью передвигающегося по ее поверхности вездехода, программа работы которого была рассчитана на 90 марсианских дней. Несмотря на сразу же возникшие трудности вроде спуска с посадочной платформы, неполадки с бортовым компьютером были устранены, и марсоход принялся за дело. Он проработал до 1 мая 2009 г., пока не застрял в песках. За это время вместо расчетного 1 километра 6-колесный робот преодолел расстояние 7,73 км.

  Кадет Биглер

Учебка

Ветеран
МАЛЫШ и ВОЛК


Малыш плакал.
Нет, конечно, он не рыдал взахлеб, как институтка. Но соленая влага на сей раз текла не только из под раскисшей и почерневшей подбивки Сферы, но и из зажмуренных в отчаянии глаз. Зеленый флаг с грубо намалеванным волком торчал из отдушины чердачного окна. Ледяной февральский ветер колыхал его и казалось, что волк нагло подмигивает и пощелкивает пастью, как бы говоря:
- Ну что, съел?
Больше всего на свете хотелось завыть, как воет лунными ночами этот зверь. Но сзади, тяжело дыша, попадали на обледенелый рубероид его друзья. Стыдно. И уж если выть, то всей стаей.
А еще он очень-очень, прямо-таки страстно хотел бы сейчас увидеть рядом с собой Пушного. Или Змея. А еще лучше - обоих. Подняться во все свои могучие сто девяносто сантиметров, схватить эту парочку за шкирки и, треснув лбами, спустить с крыши проклятой пятиэтажки без парашютов.

В понедельник, привычный уже утренний марш-бросок в полной боевой выкладке закончился не в расположении отряда, а рядом с незавершенным пятиэтажным домом, недалеко от городской тюрьмы. Эта новостройка на шестьдесят квартир так и не приняла изнывавших в бараках и коммуналках потенциальных новоселов. Незадолго до начала отделочных работ она вдруг стала оседать и пошла трещинами. Оказалось, что дом умудрились поставить на огромной ледяной линзе. Строительство прекратили, и пятиэтажная громадина стояла пустой, пока ее не облюбовали для своих тренировок собровцы и омоновцы.
Не очень-то и уставшие, отсвечивающие жизнерадостными улыбками бойцы построились лицом к зданию и ждали, что же им скажет по поводу этой экскурсии Змей -новый командир отряда. Бежал командир вместе со всеми, и народ с интересом посматривал: долго ли пыхтеть будет, прежде чем сможет говорить? Но, ничего, голос ровный, уверенный.
- Сегодня мы начинаем занятия по штурмовой подготовке. Работаем пятерками. В доме четыре подъезда. В каждый идут две пятерки и посредник из офицеров. На крыше здания укреплен чеченский флаг. Побеждает и отправляется отдыхать группа, первой снявшая флаг. Остальные работают, пока не сумеют выполнить задачу. Напоминаю, что в любом здании, даже недавно зачищенном, могут оказаться боевики. Также напоминаю о минной опасности и требую соблюдать все меры предосторожности. За неправильные действия посредники имеют право объявить любого убитым или раненым. Командирам групп произвести расстановку личного состава и дополнительный инструктаж, определить маршруты скрытого выдвижения к зданию. Начало штурма по сигналу голосом: "Атака!"
Народ слушал и ухмылялся. Кто про себя, а кто и явно. В войну командир играет. Духи, мины... Сейчас как рванем, и добежать не успеет, чтобы свои замечания сделать.
А тот ласково улыбнулся и добавил:
- Группа, в которой есть раненый или убитый, выносит тело на исходный рубеж и начинает все сначала.
Змей он и есть Змей. Это потом до всех дошло, что дело не только в его любимом ругательстве:"Ах ты Змей Горыныч!", и не только в шуточках ядовитых. Коварства улыбчивого у него не меньше, чем у того искусителя библейского, что Еве голову заморочил...
Понятное дело, далеко от здания исходную позицию никто не выбирал. Броник, шлем, оружие, полный боекомплект - двадцать кило металла по легкому варианту. Каждый лишний метр потом силы отберет. Выстроились перед подъездами.
- Атака!
- Ура!!! - ломанулись с грохотом, как боевые слоны. Первые бойцы уже в подъез-ды влетели.
- Отбой!
- Что такое?
- Обращаю внимание посредников: в результате тупой лобовой атаки, без использования особенностей местности и огневого прикрытия, в каждой пятерке имеется двое убитых. Провести эвакуацию "груза двести" на исходный. Ну-ка, весело подняли, весело понесли! Подготовиться к повторному штурму.
Во вторник вечером одна из пятерок первого взвода без потерь ворвалась в подъезд. Тяжелый ботинок второго номера РПГ, обвешанного запасными выстрелами к гранатомету, с размаху опустился на порог.
- Ба-а-бах! Из под порога фуганул сноп огненных брызг.
- Подрыв на противопехотной мине. Ранение ног. Эвакуация.
Так вот куда так загадочно исчез еще позавчера сапер отряда Пушной! Вот для чего он накупил на выделенные командиром деньги разную китайскую пиротехнику, резко обесценившуюся после Нового Года! А старшина еще прикалывался, что, мол, у Змея бзик, деньги тратит на разную хренотень, салют на двадцать третье февраля затевает что ли?. Та-ак! Ну, посмотрим, кто-кого!
Народом овладел азарт.
Утром в среду орлы Пионера - командира второго взвода - прошли до второго этажа. На пороги больше не наступали. На доски и отвалившиеся пласты штукатурки - тоже.
Растяжку из усиленной дымным порохом хлопушки Бабадя снял животом. Живой вес Бабади - центнер. Бабадя - пулеметчик. Он тоже в полном защитном снаряжении. А еще у него в руках - девятикилограммовый ручной пулемет, и за спиной запасная коробка с патронами.
- У-у-у, Пушной, с-сука!
Кряхтят бойцы. Не мог раньше подорваться? Два этажа вниз - до подъезда, двести метров - до исходного...
- Слышь, братан, ты бы жрал поменьше или бегал побольше, не дай Бог, в самом деле тебя вытаскивать.
- Да пошел ты! Типун тебе на язык!
Не послушал Бабадя доброго совета. И потом тщательно оберегал он в чеченских командировках внушительную мужественность своей коренастой фигуры. И даже укреплял ее, поскольку службу приходилось нести на стационарных блок-постах, недалеко от отрядной кухни. Но, ровно через два года, под Серноводском, будет он бежать в цепи навстречу ураганному огню, хлопая незастегнутым броником по сбереженному животу и приговаривать:
- Пусть меня ранят, пусть меня убьют... и пусть меня понесут отсюда на руках!
А потом проявит пулеметчик незаурядное мужество, отбиваясь от наседающих боевиков и прикрывая товарищей. Поливал Бабадя врага длинными очередями на дистанции и короткими - в упор. И снова приговаривал:
- А вот вам в рот, чтоб я еще с этой дурындой бегал туда-сюда!
И уберег таки и товарищей и себя - большого и доброго.
В среду вечером первый взвод после штурмовки не расползся по домам. Приглашенный в качестве дорогого гостя Пушной проводил повторные занятия по минно-подрывному делу. Народ устал смертно, народ клонило в сон. Но слушали внимательно.
Утром в четверг в каждой пятерке первого взвода впереди шел боец, который не вертел головой по сторонам, а внимательно смотрел под ноги и перед собой. По сторо-нам его другие прикрывали. Шли журавлиным шагом, высоко поднимая и выбрасывая пе-ред собой ноги. Так, даже если просмотришь растяжку, меньше шансов ее зацепить. Стоп! В двадцати метрах от исходного, поперек уже набитой за три дня в снегу тропы, прозрачная паутинка искрится. Лесочка!
- Растяжка!
Не дыша, перешагивают бойцы. Сколько же глаз нужно: под ноги смотри, по сторонам смотри, а сейчас - за угол, и перед носом - дом проклятый. Там вообще, не смотреть надо, а всей шкурой, как приемной антенной, работать.
- Хлоп! - Справа, в полосе второго взвода, яростные вопли и черный клубок ды-ма над белым сугробом.
Ухмыляется первый взвод. Ага! Ну что, друзья-соперники? Как вам вчера вечером дома отдыхалось? В тот самый вечер, когда нам Пушной объяснял, что растяжки и мины лучше всего ставить на зачищенных противником, привычных и, вроде как уже безопас-ных, участках. На маршруте смены постов, например, где караулы уже на автопилоте ходят. Или на пути в туалет. Или на снежной тропинке, по которой взвод за эти три дня уже раз тридцать пробежал...
Чебан потрясенно на гранату смотрит. Так грамотно шли и вот те - на! С лестничной площадки пятого этажа к ним на четвертый эфка выкатывается. Та самая, которую в народе лимонкой зовут, рубленая на дольки игрушка с разлетом чугуна на двести мет-ров... Это же какая падла швырнула!...А ведь предупреждал Змей: даже в зачищенном здании могут вновь оказаться выползшие из схронов боевики. А тут, какое уж зачищенное? Группа Чебана первой шла и то еле-еле до четвертого этажа доцарапалась.
Граната, конечно, была учебная. А бойцы - настоящие, тяжелые...
Сегодня утром Змей объявил:
- С целью укрепления социальной справедливости, устанавливается следующий порядок. Не группа выносит подорвавшегося, или пораженного в результате неграмотных действий, а "убитый" выносит на исходный рубеж самого тяжелого члена своей пятерки. Чтобы прочувствовать, каково придется его товарищам, если он будет так же хлопать ушами в настоящем бою.
Народ в строю уже измотанный стоял, злой. На командира недобро поглядывал. А тут - оживились, смешки пошли. Четко Змей рассчитал: никто себя за дурака не держит, а потому каждый представляет, как он будет на чужой спине кататься...
Пыхтит Чебан. Четвертый этаж! Из пятерки - трое "убитых": все, кто рот раскрыл и гранату разглядывал, вместо того, чтобы за ближайшую стенку заскочить. Сейчас каждый из покойников другана тащит. А кому своего не досталось - несет посредника, чтобы не обидно было. У посредника морда такая серьезная, будто не на горбу омоновца, а в черном Мерседесе едет.
Чебана истерика легкая пробила, хихикает, ноги заплетаются, вот-вот навернется вместе со своим живым грузом.

В ночь с пятницы на субботу Пушной с двумя помощниками, под светом фонариков, колдовал на крыше пятиэтажки. Наскучавшийся в одиночестве волк любопытно наблюдал с развевающегося зеленого полотна за этим коварным типом.
В радиусе одного метра от флага Пушной поднял уложенный на бетонной крыше рубероид, выдолбил полукругом несколько лунок, заложил в них китайские хлопушки, срабатывающие от сжатия, и любовно подсыпал в лунки адскую смесь собственного изготовления. Ноги не поотрывает, но вспышку будет далеко видать!...Рубероид лег на место. Пушной раскочегарил паяльную лампу и тщательно проварил засмоленные швы. Припорошив снегом и пылью мгновенно застывшую смолу, с наслаждением сунул скрючившиеся от мороза пальцы в меховые рукавицы.
Спускаясь по темной стылой лестнице, он снисходительно улыбался. Его самого в ГРУ учили по-другому. По поручению инструктора, кто-нибудь из провинившихся бойцов набирал в целлофановый пакет обыкновенного говна из солдатского туалета и снабжал "фугас" боевым детонатором. Пакет клали в двух шагах от работающего сапера. А проводки из него подключали к обезвреживаемой ловушке...
Капитан Симоненко, дважды разобранный на запчасти в далеких от России странах и столько же раз собранный хирургами, объяснял свою методику так:
- Вот то, что при ошибке ты будешь отстирывать, при настоящем подрыве от тебя только и останется.
- Но вы же выжили, товарищ капитан?
- Я? Ты на меня не смотри. Я - редкий счастливчик, уникум. И то, между прочим, пока выучился, столько таких пакетов подорвал, что дивизия бы нагадить не смогла.

В воскресенье, в пятнадцать часов, опережая своих четырех друзей в победном рывке, Малыш протянул могучую ручищу к уже искренне ненавидимому зеленому флагу с наглой волчьей мордой.
На тридцатиградусном морозе рубероид теряет свою эластичность. Под кованым каблуком ботинка он не прогнулся, а хрустнул, словно раздавленный бокал для так и не принесенного шампанского...
Оценка: 1.8125 Историю рассказал(а) тов. Валерий Горбань : 04-01-2005 20:04:23
Обсудить (3)
05-01-2005 16:55:04, Sergeant
КЗ. В лучших суворовских традициях!...
Версия для печати

Учебка

Это не моя история, просто служили вместе с одним парнишкой, он уже,
наверное, готовится подполковника получать, вот он и рассказывал.
Есть в войсках ПВО такая штука, как центральные офицерские курсы,
(сокращенно ЦОК) в славном городе Владимире. Практически каждый из
молодых офицеров (по крайней мере, РТВ-шник), иногда даже не единожды,
попадает туда на учебу. Сами понимаете, переход на другую должность, на
новую РЛС требует обучения, и длится вся эта радость обычно три месяца.
Теперь собственно сама история.
Отправляют Андрюху на ЦОК - три месяца!!! Из Моздока во Владимир!!! Ни
разу не был, что к чему, он не знает, ну, и кинулся к опытным сослуживцам с
вопросами: мол, как там, куда идти, как проехать? Ну, кто-то ему и говорит,
типа, не парься, Андрюха, дорогу не запоминай, просто подходишь к ЛЮБОЙ
девушке и спрашиваешь, как мол на ЦОК проехать, и все. Тот послушался,
выпил на прощание со всеми и поехал.
Как в наших поездах путешествуют военные, все знают, поэтому в момент
прибытия в пункт назначения голова у Андрюхи болела, цвет лица оставлял
желать лучшего, да и сам он был немного помят и никак не бодр и весел.
Но, самое главное, он помнил - надо спросить у девушки, где тут этот ЦОК,
найти его и доложиться начальству.
Он находит взглядом девушку и нетвердою походкой направляется к ней,
примерный разговор выглядел так:
- Девушка, вы не подскажете как до ЦОКа добраться?
- А тебе какой нужен-то?
- Не знаю, а их тут что, много?
- Ага, что изучать-то будешь?
- Ну, РЛС...
- Какую!?
- 5Н84
- А, "Оборону"! Ну, это метровый диапазон, значит, тебе на первый ЦОК,
проехать можно вот так-то и так-то (объясняет, как добраться, где общага
и т.д.), понял??
Сказать, что Андрюха был в шоке - это ничего не сказать, он остолбенел,
потом выдавил из себя:
- Спасибо большое, девушка! - и повернулся в указанном направлении, после
чего был окончательно убит выстрелом в спину, когда девушка произнесла,
ни к кому не обращаясь, но с неслабой обидой в голосе:
- Какие же вы все СУКИ вежливые, когда только-только приехали!!!
Оценка: 1.7935 Историю рассказал(а) тов. anekdot.ru : 04-01-2005 20:07:28
Обсудить (1)
, 25-08-2005 14:43:20, ДМ
Извините, мужики, но это - брехня... Говорю ответственно, т....
Версия для печати

Учебка

Вы простите, я сегодня быстренько. Вспомнилось вдруг.
Занятия в учебке. Препод - майор объясняет что-то. Про железки, естественно. Все детали и агрегаты у майора иначе? чем "ХРЕНАЦИЯ" не называются. В моём взводе служил мальчишка один, узбек по-моему. По-русски говорил, вроде, неплохо, но свой ступор содержал всегда в полной боеготовности.
На следующий день возимся в боксах - практические занятия как бы.
Вдруг ворота откатываются, и грузно заходят несколько чинов. Комиссия какая-то экспромтом нас посетила. Кто-то из пажей погорлопанил, молодое пополнение представил. Ну? и покатился самый главный в народ. Походил, попугал. Вспотели мы от страха. А тут подходит этот самый главный к узбеку нашему. Не помню уже, с чем он там возился, да только ключи от страха выронил, побелел, вытянулся.

- Как зовут?
- Алёша...
- А по-настоящему?
- Ахмат...
- Как служба?
- Харашо служба, служу савецкому саюзу!

Тут ряды немного колыхнулись от тихого счастья, потому что Ахмат впридачу выдал пионерский салют. Чин грозно оглядел нас, и мы присели. Со сплющенной физиономией он взял руку Ахмата и попытался опустить, но ступор включился, и это было нелегко. Потом чин плюнул дёргать его за руку, указал на какой-то узел и спросил:
- Это что?
Ахмат со всё ещё поднятой рукой побелел ещё немного, потом выдавил:
- У меня написан, я сейчас.
Офицер отреагировать не успел, Алёша опустил руку и быстро-быстро залистал свои записи.
- Вот, ХРЕНАЦИЯ.
У комиссии вывалились глаза, а у нас разогнулись скобы на ремнях. Но смеяться никто себе не позволял. Офицер на выдохе, указывая другой узел:
- Ну, а это что?
Ахмат опять залистал, залистал.
- Тож ХРЕНАЦИЯ!
Сзади раздался стон и глухой стук. Но никто на такие мелочи уже внимания не обращал.

- Хорошо,- сказал чин, уже плохо скрывая душащий смех. - Это ХРЕНАЦИЯ и это ХРЕНАЦИЯ. Чем они отличаются?
Ахмат думал совсем чуть-чуть.
- Это вчера биль ХРЕНАЦИЯ, а это - позавчера биль ХРЕНАЦИЯ.
Тут, значит, трупы повалились уже без всякого страха. Кажется, на ногах никто не устоял. А офицер взял руку Алёши, вернул её в пионерское положение, отдал ему такой же салют и, забрав свиту, отвалил.
И был объявлен перекур.
Оценка: 1.7549 Историю рассказал(а) тов. Тафарель : 04-01-2005 20:09:55
Обсудить (1)
04-01-2005 20:40:37, Rembat
[C транслита] И еще раз КЗ!...
Версия для печати

Учебка

Артист.

Леха, курсант 4-го курса ВВИА имени Жуковского, честно выспавшись в аудитории за три часа обязательной самоподготовки, забежал в соседний корпус, повесил китель в шкафчик, достал кожанку и надел ее поверх форменной рубашки. После этого он вышел из корпуса, предварительно выглянув на предмет сканирования местности на наличие офицеров, быстрым шагом зашел за здание и привычно перемахнул через забор.
Оказавшись за территорией Академии, Леха первым делом отоварился бутылочкой пивка и сигаретами, сделал добрый глоток живительной влаги, закурил и неспешным шагом выдвинулся в сторону метро - жизнь была прекрасна.
Гораздо менее прекрасной она была у начальника патруля, уже четвертый час маявшегося у выхода из метро, дуреющего от скуки в компании пары рядовых очень среднеазиатского происхождения и проклинающего все на свете. Когда ему на глаза попался неспешно подруливающий в отдалении к входу в метро Леха, капитан оживился в предвкушении хоть какого-нибудь развлечения: «А ну-ка, боец приведи ко мне того раздолбая в смешанной форме одежды! Пивко он пьет! Будет сейчас ему пивко...» Солдатик вздохнул и потрусил наперерез Лехе...
- Товарищ... Э-э-э... Товарищ военнослужащий, пройдемте к начальнику патруля! - вырвал из радужных размышлений на тему «Как бы провести вечер?» Леху чей-то голос. Вернувшись в окружающую его действительность, Леха обнаружил козыряющего ему рядового, который при этом умудрялся переминаться с ноги на ногу.
- Это ты мне??? - Искренне изумился Леха.
- Ну да... То есть так точно - вам!
- Да с чего ты взял, что я военный?
- Так вот же ботинки и брюки военные на вас...
- А... Это... Я ж совсем забыл! - улыбнулся солдатику Леха - Я ж артист. В театре роль офицера играю. Ну и сам понимаешь - на репетиции так выматываешься, что не до переодевания, домой бы добраться. Ты не парься - у меня ж никаких знаков различий нет, так что ничего я и не нарушаю... Служба-то как - нормулькой идёт? - резко сменил тему Леха.
- Норму... То есть в порядке все... - пробормотал совсем сбитый с толку солдатик.
- Ну и зашибись! - улыбка Лехи стала еще шире - А хочешь я тебе автограф дам? У вас в казарме хоть у одного человека автограф артиста есть?
- Неа... - солдатик совсем стушевался.
- Держи! - Леха достал блокнотик, черканул щедро увитую вензелями надпись, выдрал страничку и вручил ее солдату - Ну бывай, братишка, а я побег, некогда мне! - хлопнув бойца по плечу, он скрылся за дверьми метро.
- Какого х...?! - раздалось за спиной у солдатика, который пытался разобрать непонятную фамилию на автографе - Какого х... ты его отпустил?! - снова взревел капитан.
- Так... Тащ, капитан, не военный он.. Артист с репетиции это возвращался... Он даже автограф мне дал! - гордо протянул листок капитану солдатик.
Капитан взял бумажку и вгляделся... Побагровел...
- Артист?! Не артист! Клоун! Шапито! И не он, а ты! И не просто клоун, а дефективный клоун! Тут целая Академия этих артистов!!! - разнеслось по окрестностям...
Леха, правда, этого не слышал, так как уже заскочил в вагон поезда и плюхнулся на сиденье. Он ехал и улыбался, вспоминая оставленную на бумажке патрулю красиво увитую вензелями надпись латиницей - «NAEBAL»...
Оценка: 1.6842 Историю рассказал(а) тов. Глюк : 04-01-2005 20:09:00
Обсудить (0)
Версия для печати

Авиация

РОКИРОВКА В ДЛИННУЮ СТОРОНУ

Ночью в пустыне пронзительно холодно. Если забраться в дежурный БТР и посмотреть в прибор ночного видения, то на экране будут видны две зеленые полосы: сверху, посветлей - небо, снизу, потемней - песок. И все. Змеи, ящерицы, ядовитые насекомые и прочая убогая и злобная живность остывают вместе с песком и ночью впадают в оцепенение. Иначе им нельзя: тот, кто выделяется, в пустыне не выживает.
Зато утром, когда из-за горизонта выкатывается шар цвета расплавленного чугуна, включается гигантская духовка и с тупостью и безжалостностью древнего, могучего механизма начинает извергать миллионы кубометров раскаленного, смешанного с песком воздуха. Камни не выдерживают и распадаются в серый, похожий на наждачный порошок, песок. Из него и состоит пустыня.
Сорок лет назад в пустыню пришли люди и построили аэродром. Я даже боюсь себе представить, чего стоило это строительство, но боевые возможности тогдашних бомбардировщиков не позволили выбрать другое место. Конечно, сначала нашли воду. Глубоко под песками лежит озеро, вода в нем скверная, солоноватая, но это - вода. Без воды в пустыне не прожить ни человеку, ни черепахе, ни даже змее, хотя змеи, вроде бы, не пьют.
Я сижу в пустой квартире и в сотый раз листаю путеводитель по Москве. Я нашел его в заброшенной гарнизонной библиотеке. Названия московских районов и улиц звучат, как нежная струнная музыка: Разгуляй, пруд Ключики, Сокольники, Лосиный остров.... В военном городке, затерянном в пустыне, прозрачная московская осень кажется сном, который утром изо всех сил пытаешься удержать в памяти, а он тает, как льдинка и исчезает.
Городок умирает. Раньше гарнизон утопал в зелени, о деревьях и цветах заботились школьники, у каждой клумбы были свои маленькие хозяева. Теперь цветы засохли, клумбы вытоптаны, а деревья пущены местным населением на дрова. Дома офицерского состава по большей части заброшены, туда вселились аборигены, жарят на паркете мясо, от чего выгорают целые подъезды. На белых стенах издалека видны черные хвосты копоти.
Жилые квартиры можно определить по кондиционерам на окнах. Кондиционер здесь - громадная ценность, его не купить ни за какие деньги. Старенькие "бакинцы" гремят и лязгают, но в комнате с кондиционером все-таки можно жить.
Любой офицер, приезжающий в наш гарнизон, проходит три стадии.
Сначала он пытается стойко бороться с жарой, пылью и захолустным существованием, ведь он знал, куда едет, и ему неловко жаловаться. Потом пустыня начинает брать свое. Человек становится вспыльчивым, раздражительным, ему все не так. Начинаются тяжелые пьянки, походы по местным, считанным по пальцам одной руки, разведенкам. Потом обостряются все хронические болячки или появляются новые. У многих, приехавших здоровыми и веселыми людьми, начинает болеть сердце. Это самый тяжелый период. Потом... потом человек или ломается и уезжает или остается... как я.
Я здесь уже четыре года, два срока. На прошлой неделе прибыл мой заменщик, скоро я сдам ему дела и уеду отсюда навсегда. Потом будет госпиталь в Сокольниках и пенсия.
Сегодня - мое последнее дежурство. Нет, неправильно, нельзя говорить - последнее, примета плохая. Крайнее. Командир приказал заступить оперативным дежурным. Вообще-то инженерам оперативными ходить не положено, но людей не хватает, и на утвержденный график нарядов давно уже никто не обращает внимания. Наряд каждый день собирают из тех, кто под руками и более-менее свободен.
Командир сказал: "Заступишь сегодня крайний раз, а я вечером тебя навещу". Интересно, чего ему надо? Впрочем, удивляться жарко. Придет, расскажет. А может, и не придет.
И вот, я сижу на "Вышке" и бесцельно смотрю по сторонам. Впрочем, глаза можно закрыть. Все и так давно знакомо. Справа - выноса РСП, радиостанция и стол метеоролога. Слева - ободранный холодильник "Чинар", пара кресел, снятых с самолета, и столик. На столике - фарфоровый чайник, расписанный подсолнухами, пиалы и коробка с французским шипучим аспирином. Его мы пьем вместо газировки. Линолеум у входа протерт и видны серые доски, дыра аккуратно обита гвоздями, чтобы не рвалось дальше.
Передо мной пульт с громкими связями, телефонный коммутатор и бинокль. Бинокль прикреплен к пульту стальным тросиком, чтобы местные не попятили. Сейчас бинокль не нужен - полетов нет, бетонное покрытие прокалено бешеным солнцем до белизны верблюжьих костей, гудрон в термостыках плит не держится, течет, его заменили какой-то синтетикой. Слева на стоянке тихо плавятся пара транспортников и оранжевый вертолет ПСС, справа - позиция эскадрильи истребителей-перехватчиков. Там тоже пусто, даже часовой куда-то спрятался. А напротив КДП стоят еще четыре самолета с зачехленными кабинами, громадные, серебристые, на высоченных шасси, "стратеги" Ту-95МС. Почему-то их не успели перегнать в Россию, а теперь - поздно, мы на территории чужого государства. Новые хозяева неожиданно заявили, что эти Ту-95 должны заложить фундамент военно-воздушных сил суверенного государства. Россия с этим вяло не соглашается, переговоры, как хронический насморк, то обостряются, то надолго затихают.
Острый приступ военного строительства у новых хозяев, впрочем, закончился довольно быстро. На территории советской авиабазы появился суверенный штабной барак с невразумительным флагом перед входом, с утра в этом штабе кто-то появлялся, но после обеда здание пустело, личный состав убывал в неизвестном направлении, оставляя после себя неистребимую вонь немытых тел и перегара. Штаб оставался под охраной какого-то бушмена, который каждый вечер, обкурившись, выл на Луну свои бушменские песни, обняв автомат и по-хасидски раскачиваясь. Никакими авиационными вопросами эти граждане не интересовались и к самолетам ни разу не подходили.
Вскоре, однако, среди характерных пустынных физиономий замелькала одна вполне европейская. Ее обладатель старался выглядеть как можно более незаметным, но, шляясь по аэродрому, как-то невзначай подбирался к стоянке "стратегов" все ближе и ближе. Особист, заметив англо-саксонского негодяя, почувствовал приближение настоящей оперативной работы, прекратил пить до обеда и поклялся на походном бюстике Дзержинского его извести. Немедленно был составлен план изведения, который помолодевший от возбуждения и трезвости контрик поволок на утверждение командиру.
Вникнув в суть дела, командир, однако, решил по-своему. Он вызвал начальника штаба и приказал взять стоянки под круглосуточную охрану офицерским караулом с участием летных экипажей. Представляя скандал, который по этому поводу учинит летно-подъемный состав, НШ поплелся составлять график нарядов. Пилоты, однако, отнеслись к решению командира с неожиданным энтузиазмом. Зайдя как-то в класс предполетной подготовки, НШ был потрясен редким зрелищем: летные экипажи проверяли друг друга на знание обязанностей часового, заглядывая в книжечки УГ и КС, а штурмана вычерчивали на миллиметровке схемы постов и с нехорошим блеском в глазах прикидывали зоны кинжального огня.
За право заступить в первый караул и, возможно, грохнуть супостата, сражались, как за бесплатную путевку в Сочи. Империалисту, однако, оказался не чужд инстинкт самосохранения, потому что на аэродроме его больше никто не видел.
Солнце валится за капониры, быстро темнеет. Ночной ветерок посвистывает в антеннах, шуршит песком по стеклам. Здание КДП, остывая, потрескивает, поскрипывает, иногда, особенно спросонья, кажется, что по коридору кто-то ходит.
На магистральной рулежке появляется командирский УАЗик. Значит, все-таки решил приехать. Внизу щелкает кодовый замок.
- Товарищ командир, за время моего...
Командир кивает, не дослушав, и усаживается в кресло. Достает из портфеля пакет с бутербродами и термос.
Второй час мы играем в шахматы. Мои таланты ограничиваются умением переставлять фигуры, командир тоже далеко не Ботвинник, но старательно двигает фигуры, делая вид, что зашел на КДП случайно. Я, как положено дисциплинированному офицеру, делаю вид, что в это верю. Моему сопернику нужно делать рокировку, и он старательно обдумывает позицию. Впрочем, подозреваю, что он просто забыл, куда нужно ставить фигуры. Наконец, пытливый ум командира находит решение: как бы невзначай он смотрит на часы (в двенадцатый раз, я считал), отодвигает доску и говорит:
- Позвони связистам, пусть включаются, скажи, ждем гостей.
Кто бы сомневался...
Сонный дежурный связистов повторяет команду и через десять минут аэродром освещается. Командир включает выносные индикаторы РСП и, подтащив кресло, усаживается руководить посадкой. Вскоре на оранжевых индикаторах появляется засечка и медленно ползет вдоль черной линии безопасной глиссады, а еще через пару минут тяжелый Ил-76 аккуратно притирается к бетонке и катится в сторону КДП.
- Я на стоянку, - говорит командир.
Через четверть часа он возвращается в сопровождении троих незнакомых офицеров в летно-техническом обмундировании.
- Этой ночью, - говорит командир, - руководить будут они. А ты сиди рядом, и если что непонятно - поможешь.
Вновь прибывшим моя помощь не требуется. Старший усаживается на место руководителя полетов, а остальные, пошептавшись, уходят. На стоянке начинается какая-то осмысленная суета. Со "стратегов" стаскивают чехлы, что-то делают под фюзеляжами, со стороны автопарка появляются заправщики, "воздушки" и тягачи.
И тут до меня доходит: "Предполетная". Все-таки решили перегнать машины на Большую Землю, вот и славно!
Светает. Я дремлю в кресле, старший - по-прежнему на месте РП. По-моему, он и не вставал ни разу. В комнату входит один из офицеров.
- Товарищ ген... гм... Алексей Петрович, у первого борта готовность "Ч" минус пятнадцать. Остальные - по графику.
- Добро, - спокойно отвечает Алексей Петрович, - взлет самостоятельно, по готовности, в эфир не выходим, - и опять поворачивается к окну.
Через полчаса первая "Тушка", легко разбежавшись, растворяется в розовеющем небе. За ним вторая. И третья.
Проводив глазами последний бомбардировщик, старший оборачивается к нашему командиру, который уже успел вернуться на КДП:
- Ну что, пора и нам... не провожай. Дальше действуешь, как договорились. Вопросы?
- Никак нет, все ясно.
- Добро. И своих сориентируй, что базу будем закрывать. Нечего тут...
Гости быстро грузят оборудование в транспортник, короткое построение - и посадка. Заполошный рев турбин "семьдесят шестого" быстро стихает, на непривычно пустые стоянки вползает тишина.
- Ну, - говорит командир, - с этим разобрались. Теперь вот что. Завтра сюда, конечно, прибежит этот... Табаки, шум поднимет. С ним поступим так...
Шакал Табаки или просто Табаки считается "офицером по связи" с российским командованием, а, на самом деле, просто шпионит за нами. Свою кличку он получил за привычку жевать табак, общую мерзость характера и манеру разговаривать со старшими по званию, слегка приседая и скалясь золотыми зубами. Впрочем, в каком чине был сам Табаки, не мог разобрать даже особист. На его погонах красовались скрещенные сабли почти в натуральную величину, а на камуфляже он носил аксельбант.
Остаток ночи прошел спокойно, а утром мы с громадным удовольствием наблюдали, как Шакал Табаки, размахивая пузом и поливая бетонку потом, нелепой рысью бежит к КДП.
- Г-х-де самолеты?!!! - выдохнул он, едва взобравшись на вышку.
- Улетели, - невозмутимо ответил командир.
- Как улетели?!! - похолодел Табаки, чувствуя, как на его жирной шее затягивается петля ответственности.
Командир, используя жестикуляцию истребителей, показал, как.
- Зач-х-ем?!!
- Учения....
Трясущимися руками Табаки выхватил из кармана рацию и заголосил в нее. Рация в ответ что-то буркнула и смолкла.
- Приказываю самолеты срочно вернуть! - перевел обнаглевший от страха Табаки.
- Хорошо, - ответил командир, - я свяжусь с "Заветным".
- Я буду ждать здесь! - сообщил Шакал и плюхнулся в ближайшее кресло.
- В курилке - поправил я, - у нас сейчас совещание. Секретное.
Табаки прожег меня взглядом поросячьих глазок, но послушно отправился вниз и уселся в беседке.
- Не уйдет он, товарищ командир, - сказал я, выглянув в окно.
- Уйдет, никуда не денется, уже недолго, - взглянул на часы командир, - у тебя почитать ничего нет?
- Нет... разве что наставление по ИАС, настольная книга, можно сказать. Хотите?
- Ты что, инженер, опух? Сам его читай!
Командир подошел к окну, уперся лбом в горячее стекло и с отвращением отдернул голову. На стекле остался мокрый след.
- Достала жара.... Запроси-ка "Заветный", взлетели наши борта?
- Говорят, взлетели... Товарищ командир, а они что же, обратно...?
- Естественно, - холодно ответил командир, - а куда же еще? Обманывать хозяев, можно сказать, воровать у них из-под носа самолеты - некрасиво.
Теперь я уже окончательно перестал что-либо понимать. Может, правда учения?
Через час я уже слышал по радио веселую перебранку между экипажами, каждый из которых норовил сесть раньше других, а через полтора первый бомбардировщик со знакомым бортовым номером катился по рулежке. Однако что-то было не так. Я потянулся за биноклем и поймал на себе внимательный взгляд командира. Наведя бинокль по глазам, я пригляделся и...
- Так ведь это не МС-ки! А бортовые - наши... Странно...
- Ясное дело не МС-ки, - усмехнулся командир, - это "К", им, должно быть, уж лет по тридцать. Когда их в строй вводили, все помойки ограбили, запчасти искали. Боялись, не долетят. Но все по-честному. Четыре ушло, четыре пришло!
- А вдруг, заметят?
- Кто, Табаки, или эти, обкуренные? - командир кивнул в сторону суверенного барака. - Вот ты, инженер полка, и то не сразу подмену заметил, и никому об этом не скажешь, верно? И никто не скажет. Кстати, я тебе еще не говорил? Ты сегодня сдаешь дела, а завтра в ночь улетаешь на Большую землю, будет борт. Документы готовы, заберешь в строевом. Собраться успеешь?
Я киваю. Собирать мне почти нечего...
Оценка: 1.6338 Историю рассказал(а) тов. Кадет Биглер : 03-01-2005 17:46:29
Обсудить (12)
10-10-2005 18:47:36, bratok_mitya
Пользуясь случаем еще раз с удовольствием перечитал......
Версия для печати

Учебка

Ездовые собаки

Если кто-либо думает, что советская армия не использует собак в качестве ездовых животных - он глубоко ошибается. Я это знаю точно, ибо видел своими глазами. Но служил я вовсе не в нечеловеческих условиях Крайнего Севера, как можно подумать. И не в те времена, когда офицеры настолько потеряли нюх, что бойцы, отправляемые в Магадан, не доезжают живыми до места службы. Конечно, даже в теплой Западной Украине солдатскую службу не назовешь приятной - не было солдатского рая и подо Львовом, где была расположена наша учебка. Рая не было, северных снегов тоже, а вот ездовые собаки были, причем аж 27 штук. Но недолго. И так уж получилось, что в число этих скакунов попал и мой боевой товарищ о четырех ногах по кличке Крон.
Не стоит думать, что до поступления на военную службу Крон был лайкой. Он был нормальной восточноевропейской овчаркой, каких в армии на самом деле мало, ибо там этим гордым названием было принято именовать всех невероятных метисов, закупаемых для военных нужд у населения. Достаточным основанием для именования служил чепрачный окрас, потому что черных собак с курчавиной в шерсти в армии принято было именовать русскими терьерами, а других, видимо, не закупали. Зато - и это я сам видел - закупали существо белой масти с розовым носом и бледными когтями, так эта тварь закупочной комиссией была признана военной восточноевропейской овчаркой за большое черное пятно на спине и бутылку водки...
Поскольку, повторюсь, Крон лайкой не был, то ни ему, ни мне, когда мы приступали к обучению премудростям розыскной службы в вышеупомянутой учебной части, не пришло в голову потренироваться в ездовых навыках. По своей наивности мы все восприняли буквально, и раз в названии нашей службы красуется слово «розыскная», сосредоточились на хождении по следу и выборке предметов. Но у командования были иные планы.
Есть такой метод обучения плаванию - бросить человека в воду, и пусть выплывает сам. Согласен, метод жестокий, но эффективный, и среди выживших дает прекрасные результаты. К чему это я? Да к тому, что именно его избрали отцы-командиры, когда, очевидно, решили познакомить наших псов с премудростями ездовой службы. Поэтому нас подняли ночью по тревоге, погрузили вместе с собаками в грузовики, и повезли на некие учения в неизвестном направлении. Военный грузовик вмещает, если мне не изменяет память, 27 человек - и это количество регламентировано соответствующим документом, не менее обязательным к исполнению, чем Устав. А про собак там ничего не сказано. Зато сказано, что личное оружие надо держать между коленей. И поскольку собака в армии (не без оснований) приравнена к личному оружию, при перевозке в грузовике их, собак, велено держать там же. Да иначе 27 человек и 27 собак в кузов просто не поместятся.
Это, я вам доложу, тот еще компот. Собака была создана Господом с сильными анатомическими отличиями от автомата, что совершенно не бралось в расчет писателями армейских регламентов. А вот по уровню мозговой деятельности большинство армейских псов автомату АК-74 все же уступали немного. Поэтому неразумные звери не готовы были удовольствоваться местом между колен вожатого, а заполняли все пространство под его расплющенной по скамейке задницей, да еще и норовили растопыриться дальше. Это приводило к столкновению территориальных интересов у соседних собак, отношения между которыми и так были до предела наэлектризованы - армия вам не клуб любителей собаководства, где с десяток взрослых питбулей, боксеров, ризенов и прочих немаленьких зверей могут мирно играть на одной лужайке. Наши питомцы терпеть друг друга не могли - это вообще довольно типично даже для человеческих отношений в советской армии - и драк удавалось избегать только благодаря нашей постоянной бдительности. В машине же вообще следовало пса жестко зажать коленями, руками вцепиться в намордник и всячески препятствовать недвусмысленным поползновениям этого 40-килограммового дурака. Ослабленным хроническим недоеданием курсантам учебки подобное давалось с трудом.
Но мы бы все же доехали до места назначения без эксцессов, если бы не хитрое устройство армейского грузовика. Это чудо техники при всех недостатках имеет одно очевидное достоинство - в его кузове с равным успехом можно возить и человеческий, и строительный материал. Поэтому скамейки, необходимые для перевозки первого, сделаны складывающимися для облегчения перевозки последнего. Скамеек этих три, и две из них тянутся вдоль боковых бортов. К ним же они и откидываются. А третья скамейка идет посередине кузова, она съемная, и закрепляется специальными штырями, входящими в отверстия переднего и заднего борта. И посередине у нее две складных ножки, чтобы не прогибалась под весом положенных по регламенту 9 бойцов.
Ну вот - уф! - все разместились, и грузовик поскакал в потемках по ухабистой лесной дороге. Все части его разболтанного механизма звенели, и кузов в том числе. А какая часть у кузова самая разболтанная, знаете? Конечно, задний борт, который постоянно открывают-закрывают! И вот на одном из ухабов этот борт изогнулся особенно непотребным образом, и штыри средней скамейки выскочили из разбитых отверстий борта. На скамейке сидело - правильнее будет сказать «скакало» - 9 человек, отчаянно пытавшихся попасть в одну фазу со своими питомцами, тоже скакавшими, но сидя ПОД скамейкой. Складные ножки скамейки не выдержали, и сделали то, для чего были лучше всего приспособлены: они сложились.
Безуспешные попытки солдат немедленно увенчались успехом - фазы скачков вожатых и собак совпали, ибо, выражаясь простым языком, бойцы немедленно оказались практически сидящими верхом на своих псах. Радости, впрочем, это никому не доставило, особенно придавленным скамейкой собакам. Всего лишь несколько секунд 18 душ людей и животных скакали вместе, связанные скамейкой, но эта преграда быстро пала под натиском отчаянно рвущихся на волю зверей. Они еще не осознали, что это началось обучение ездовым навыкам, и устроили в кузове настоящее родео! Остальные собаки не остались в стороне от общего безобразия, и дальше... Честно говоря, я плохо помню, что было дальше. Пришел в себя я в лесу, когда Крон устал волочить меня по кочкам и остановился. Я не ковбой, и усидеть верхом на бешеном скакуне не сумел, но в намордник вцепился мертвой хваткой. Это избавило меня впоследствии от сомнительного удовольствия поисков сбежавшего пса в абсолютно незнакомом темном лесу, которое заняло у многих моих сослуживцев остаток ночи. Ибо башни у собак посносило крепко, и на клички они не отзывались, а может, просто боялись приближаться к ужасному месту. Солдаты же, наоборот, боялись отходить от него далеко, ибо темень была - хоть глаз выколи.
Оклемавшись, я из лесу вышел - на свет фар грузовика. Крон дышал, как паровоз, и шарахался от всего, что попадалось на пути. Несколько солдат, чьи собаки были наименее физически развиты, уже снова сидели в машине. Там я узнал, что спас нас взводный, успевший в считанные секунды выскочить и открыть задний борт. Кавалерия бойцов на собаках ринулась наружу, как в фильме про гражданскую войну. Впечатление усиливало то, что большинство, проскакав немного, падали со своих скакунов, как будто сраженные невидимой пулеметной очередью. Но румын Вася показал себя настоящим Чапаем, умчавшись верхом на своем псе в темноту. Конечно, он, как истинный сын Карпат, еще до армии умел ездить верхом, но большее значение в его успехе имело соотношение размеров. Ибо если рост Васьки был всего чуть более полутора метров, то пес его был настоящим «велосипедом» около метра в холке. Хотя, скорее, не велосипедом, а кроссовым мотоциклом - такое впечатление создавали задние лапы, заметно более длинные, чем передние. Ротный, помню, очень радовался этой своей шутке, когда при распределении собак назначал Василия вожатым столь необычного зверя.
Не знаю почему, но каким-то чудом обошлось без серьезных травм - царапины, ссадины и ушибы не в счет - ибо в кузове, по-моему, была настоящая мясорубка. Теперь я понимаю, почему во время родео всех ковбоев на мустангах выпускают на арену по одному. Но, также как и в процессе родео не происходит приручения дикого мустанга, так и смелая попытка сделать наших собак ездовыми потерпела крах. Крон, например, потом даже детские санки зимой отказывался таскать. И только Вася еще не раз седлал своего пса...
Оценка: 1.6111 Историю рассказал(а) тов. Boatsmann : 04-01-2005 20:05:45
Обсудить (2)
, 05-01-2005 21:26:59, a4
Jeto prjamo Vazelin Konec kakoj to. Gde orki na sobakah nosi...
Версия для печати

Учебка

Сегодня лучшие истории 2004 г. из раздела "Учебка"
Оценка: 0.7600 Историю рассказал(а) тов. Модератор : 04-01-2005 20:10:39
Обсудить (1)
15-04-2009 11:38:11, admin
test...
Версия для печати
Читать лучшие истории: по среднему баллу или под Красным знаменем.
Тоже есть что рассказать? Добавить свою историю
Архив выпусков
Предыдущий месяцЯнварь 2005Следующий месяц
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      
Предыдущий выпуск Выпуск N994Следующий выпуск

Категории:
Армия
Флот
Авиация
Учебка
Остальные
Военная мудрость
Вероятный противник
Свободная тема
Щит Родины
Дежурная часть
 
Реклама:
Спецназ.орг - сообщество ветеранов спецназа России!
Интернет-магазин детских товаров «Малипуся»




 
2002 - 2017 © Bigler.ru Перепечатка материалов в СМИ разрешена с ссылкой на источник. Разработка, поддержка VGroup.ru
Кадет Биглер: cadet@bigler.ru   Вебмастер: webmaster@bigler.ru   
жби с 130.40-т-7
Долговечные рулонные ворота от Ролмастер для магазинов.