Bigler.Ru - Армейские истории, Армейских анекдотов и приколов нет
VGroup: создание, обслуживание, продвижение корпоративных сайтов
Rambler's Top100
 

Армия

Стрелка
Нравилось начальнику войскового стрельбища Помсен, гвардии прапорщику Кантемирову пораньше приезжать на немецком автобусе к себе на службу. Автобус останавливался в центре деревни, и далее Тимур шёл пешком по уютной улице мимо красивых домов с всегда безупречными чистыми окнами. За невысокими декоративными заборами были видны красивые дворы с газонами, цветами и елочками. Национальной особенностью саксонцев является любовь к своему дому, постоянное стремление его обустроить оригинальней и красивее. Но, в гости к себе немцы, в отличии от нас, зовут редко, предпочитая встречаться в гаштетах. Рабочий день в ГДР начинался рано, обычно с восьми утра все предприятия уже работали. В сельской местности работа начиналась ещё раньше. По дороге прапорщик с протяжным: «Гуутен Моорген!» желал доброго утра всем знакомым и незнакомым сельчанам. Так было принято в саксонских деревнях. Да и этого советского младшего офицера с Шиссенплатц многие жители деревни уже знали и приветствовали его по имени. Обычно к восьми утра прапорщик Кантемиров был уже на своём боевом посту.
Этой ночью на трёхдневный полевой выход прибыл Отдельный Десантно-Штурмовой Батальон (ОДШБ) из Лейпцига. Обычно войска по дорогам Германии старались передвигать ночью: и секретность какая - никакая, и автомобилей меньше на дорогах. Меньше было проблем, так как только выдвижение на учения танковой колонны одной дивизии перекрывало движение транспорта на несколько часов, а вонючий выхлоп солярки ещё долго стоял в близлежащих немецких поселениях. Предполагалось, что ОДШБ будут использовать в интересах армий. На учениях десантники так же отрабатывали захват ракетных баз. В боевой обстановке все ОДШБ должны были отбыть для охраны штабов своих армий. Видимо оттуда их и предполагалось направлять на конкретные боевые задания. Первоначально все ОДШБ ходили с красными погонами, и только с 1985 года их стали переодевать в форму ВДВ, но тельняшки и береты так и не выдали. И, если у офицеров и прапорщиков были свои тельники и береты с прежних мест службы, то десантникам - срочникам ГСВГ под дембель приходилось выкручиваться самим. Какой же ты дембель ВДВ без тельника и берета? Десантники часто стреляли на Помсене, периодически стояли лагерем на полигоне, и прапорщик Кантемиров знал многих офицеров, прапорщиков и солдат. Тимур постоянно в своих отпусках покупал в военторгах по несколько тельников и беретов для знакомых операторов-наводчиков и механиков-водителей БМД. Денег с десантников принципиально не брал, за что и пользовался среди бойцов некоторым авторитетом. Но, если вы даже такой авторитетный прапор, вы пытались хотя бы раз уследить за десантниками на полигоне? Да это просто писец какой то! И если лейпцигский ОДШБ становился лагерем на полигоне Помсен, то начальник этого полигона обязательно переезжал в казарму стрельбища, в свой отдельный домик на постоянное место жительство. Сам себя переводил на казарменное положение. Контроль и ещё раз - контроль!
После прибытия нового Командующего Первой танковой армией стрельба на полигонах вновь вошла в привычное русло. Гвардейский Шестьдесят Седьмой Мотострелковый полк стрелял так: начиналось с графического решения командира полка и заканчивалось решением командира роты или отдельного взвода, которое вывешивалось на видном месте в ротных канцеляриях, где красным цветом обозначалась стрельба, синим вождение и так далее. Так эти графики просто горели красным.
Этот знаменитый график стрелковых тренировок и выполнения зачётных стрельб из всех видов оружия взяла на вооружение вся гвардейская Первая Танковая Армия. Пехота стреляла по три - четыре раза в неделю, днём и ночью на стрельбище Помсен и на стрелковом огневом городке (СОГ), который располагался за парком боевых машин в сторону второго караула, где стрельба велась на сокращенные дальности из мелкокалиберного оружия (винтовки и автоматы), пистолет и спортивное упражнение. Там же пристреливали боевое оружие. На стрельбище стреляли из штатного оружия мотострелкового полка: БМП, РПГ, АК, РПК, СВД, ПК (ПКМ) и пистолет; а также метали боевые гранаты, в том числе и противотанковые. Прапорщик Кантемиров лично за пять лет службы метнул с пяток противотанковых боевых гранат. Директриса БМП - это три дорожки и плюс огневой городок боевых машин, которые были установлены на специальных качалках, имитирующих движение машины. С качалок стреляли пулькой, то есть имитировали выстрел из пушки трассирующей пулей, а на дорожках стреляли чаще всего штатным инертным выстрелом. Боевые кумулятивные снаряды использовали редко, для этого мишени «Танк» ставили «на вкоп» и подальше от дорожек. В эти дни пехота как раз получили много осколочных выстрелов. Наводчики просто душу отвели, стреляли до одури: и на разделение, и на сосредоточение огня, и по раздельным целям. Кантемиров знал, что полугодовой лимит боеприпасов отстреливался за три месяца и далее стреляли, не снижая темпа из всего, что имели.
И если мотострелковый полк прибывал на свое родное стрельбище строго по графику, утвёрждённому командиром полка, то ОДШБ выступал в роли просителя и вклинивался в стрельбу пехоты. Многие офицеры десантуры и пехоты были знакомы с друг - другом и расходились по-братски, договариваясь стрелять через смену. Иногда смены путались, бойцы различных родов войск сходились чуть ли не в рукопашную, офицеры (вы не поверите) орали матом, и в этом споре прапорщику Кантемирову со своим журналом расписания стрельб приходилось выступать арбитром. Арбитра вместе с его журналом периодически и с двух сторон посылали куда подальше, а стрельба продолжалась. На полигоне грохот выстрелов периодически заглушал ругань, мат и смех стреляющих, а ветром повсюду разносилась пыль от БМП и БМД. Теперь мы все представили, что это такое - полевой выход десантников на стрельбище Помсен. Но, эта была только дневная картина. Затем наступала ночь. Ночью к этой картине приплюсуем зарево от стрельбы и фейерверк трассеров по всему небу. И если вы предполагаете, что десантники после ночного марша, дневной и ночной стрельбы будут мирно спать в своих палатках, то вы глубоко ошибаетесь. Десантники ровно в полночь вдруг вспоминают, что они диверсанты и уходят в темноту. Луна, тельняшки и береты придают им небывалую силу, ловкость и дерзость. Фильм «Оборотень» с Джеком Николсоном смотрели? Недаром сказал их легендарный Батя Маргелов: «Не становись на пути десантника - ты рискуешь стать загадкой для хирурга». По договорённости с начальником стрельбища близлежащие деревни Помсен и Оттервишь десантники не трогали, разве что рейд совершат в ближайший яблоневый сад. Диверсанты идут вглубь вражеской территории, и только под самое утро успокаиваются и возвращаются в свои палатки, где немного отдыхают до подъёма, чтобы вновь повторить свой начертанный судьбой этот путь десантника.
В понедельник от пехоты по графику стреляла разведрота, и ротный разведчиков уже успел поспорить с ротным десантуры на бутылку водки «Кристалл» - чья возьмёт после дневной и ночной стрельбы. Операторы-наводчики БМД тоже заключили пари со своими коллегами на БМП, но только на период дневной стрельбы. Десантники осторожничали, а прапорщик Кантемиров знал, что на Директрисе БМП десантура редко перестреливала пехоту. На кону стоял обеденный компот, а день обещался быть жарким. Начальник стрельбища носился по всему полигону и решал текущие служебные задачи. Рутину прервало одновременное прибытие командира полка, подполковника Григорьева и комбата десантников, подполковника Вергун. Прежнего комбата начальник стрельбища знал хорошо, подполковника Вергуна видел впервые. Комбат ОДШБ оказался на голову меньше Григорьева, сухощавый и подтянутый. Но, потому как бежал галопом к нему ротный десантников, армейский опыт подсказал прапорщику, что с этим подполковником лучше не шутить. Оба командира выслушали доклад своих ротных, затем начальник стрельбища вместе со своим заместителем, сержантом Басалаевым, доложили, что за время отсутствия командира полка никаких происшествий на стрельбище не случилось. Григорьев с улыбкой спросил:
- И что, наши гости ещё не успели пошалить?
- Никак нет, всё в порядке, - доложил Кантемиров.
Голос подполковника вдруг затвердел:
- А я ведь, прапорщик, по твою душу прибыл! Меня сегодня уже с развода в политотдел армии выдернули. Так говоришь, у тебя здесь тишь да благодать? Да, оказывается, в этом тихом омуте такие прапорщики водятся! Чего молчишь, Кантемиров?
«Началось!» - промелькнуло в голове Тимура, а он сам только вздохнул. Командир пехоты посмотрел на командира десантуры:
- Представляешь, я два раза объявлял построение всех офицеров и прапорщиков полка для политотдела штаба армии с немецкими полицейскими. Искали этого старлея боксёра Васью. А он, оказывается, здесь втихую зашухарился.
Подполковник Вергун начал догадываться, о чём идёт речь и удивлённо ответил своему коллеге:
- Так нас в Лейпциге тоже шерстили. И я на своих грешил, всё пытался вычислить - кто в тот вечер мог в штаб армии съездить и на вокзале так хорошо размяться? А тут на тебе - ПЕХОТА!
Командир полка посмотрел на начальника стрельбища:
- Кантемиров, вот от тебя никак не ожидал! Чего же сам молчал про эту драку?
- Думал, что так всё пройдёт, - опять вздохнул прапорщик, - и потом, Вас бы тоже в Особый отдел таскали.
- Это обязательно, - заметил подполковник, - ну, давай теперь при всех рассказывай про свои подвиги.
И Тимур уже привычно и подробно рассказал всё, как было в тот самый вечер у вокзала. В доказательство вывернул рукав ХБ и показал перебинтованную руку. Ротный десантников вдруг воскликнул:
- Слышь, прапорщик, а сколько раз я успел тебя сегодня на хрен послать?
- Два раза, товарищ капитан!
- Всё! Сегодня больше не буду.
Все рассмеялись, десантники осторожно пожали раненую руку Кантемирова и пошли проверять свой личный состав. Сержант Басалаев занял своё место на Центральной вышке и по селектору начал делиться с сослуживцами особо секретной информацией по поводу их непосредственного командира. Подполковник Григорьев оглядел прапорщика и назвал по имени:
- Тимур, ну что за внешний вид? Весь в пыли. А о твоей причёске мне уже надоело говорить. Бегом, приводи себя в порядок и переоденься. Сейчас в Штаб армии поедем, оттуда с замполитами к немцам. Наградить тебя там хотят и какую - то премию выдать. Да и в полиции ждут с показаниями.
А у прапорщика Кантемирова были совсем другие планы на остаток этого дня, и делиться с командиром полка хотя бы малой частью этого плана он не хотел. У подполковника своих забот хватает, и на сегодня для него уже достаточно политотдела штаба армии. Тимур быстро сполоснулся и переоделся в новое ПШ со значками, в котором совсем недавно щеголял перед дочерью командующего. И, хорошо помня часть одной народной мудрости: «Бережённого бог бережёт» (а вторую часть про конвой прапорщику в этот момент даже вспоминать не хотелось), Тимур с книжной полки захватил с собой гранату. Да, вы не подумайте чего плохого. Это была учебно-имитационная граната РГД-5 чёрного цвета. И все мы знаем, что боевые наступательные ручные гранаты РГД-5 окрашены в благородный оливковый цвет. И, хотя наш бронепоезд стоит на запасном пути, мы люди мирные. Но, осторожные. Эту гранату начальник полигона нашёл прямо возле казармы стрельбища в траве. Рядом с казармой была установлена небольшая железная дорога метров сто с большой электролебёдкой в конце, которая туда - сюда тянула здоровый металлически макет танка. А пехота, перед обкаткой боевыми танками, училась метать в этот громыхающий на весь полигон макет имитационные гранаты с боевыми запалами. Тимур достал у пехоты упаковку запалов и придумал применение этому армейскому инвентарю. В глубине полигона, в лесу был вырыт песчаный карьер, который со временем наполнился водой. Песок с этого карьера постоянно брали для засыпки дорожек, по которым стреляли с ходу боевые машины пехоты. Перед каждой проверкой по договорённости с немцами пригоняли экскаватор, и два Камаза - самосвала с автобата несколько дней возили песок равнять дорожное покрытие. Карьер потихоньку расширялся, и в нём водились караси. Прапорщик Кантемиров не был ни охотником, ни рыбаком. Поэтому, сидеть на зорьке с удочкой на лесном бережку и зачарованно смотреть на водную гладь с поплавком начальнику стрельбища не хотелось, да и некогда было. И тут выручила армейская смекалка! К учебной гранате привязывалась парашютная стропа (десантники подогнали), вставлялся боевой запал, в карьер вначале закидывали горсть хлебных крошек, немного погодя - точный бросок учебной гранаты, тихий «бульк» и затем небольшой «бум» с фонтанчиком. И на поверхности шевелят плавниками несколько легко контуженных карася. Несколько бросков и полведра рыбы! Конечно, те же полведра можно было добыть и одним броском боевой гранатой оливкового цвета. Во-первых, это нехорошо! Во-вторых, это опасно. А в третьих, мы же не браконьеры, а советские прапорщики. Итак, советский прапорщик Кантемиров взял с книжной полки учебную гранату, вставил боевой запал в смазке и положил в пакет. Сверху добавил несколько книг для конспирации и веса. На выходе из ворот двора начальника стрельбища уже ждали. Армейская молва об участнике драки у дрезденского вокзала стала распространяться по полигону со скоростью полёта снаряда из пушки «Гром». Группа операторов-наводчиков БМП и БМД в своих чёрных комбинезонах, перетянутых крест - накрест пулемётными лентами ПКТ, и с короткими автоматами АКСУ-74 в руках ждали своего уже известного коллегу (напомню, что Тимур сам по солдатской специальности оператор-наводчик) для совместного снимка на память с героем дня. Один из коллег был с фотоаппаратом и со словами: «Товарищ прапорщик, на дембельский альбом!» пригласил Кантемирова в эту тёплую компанию. Дембельский альбом - это святое! И в центре этой живописной картины: «Ленин и революционные матросы» явно не хватало Тимура с автоматом в руке. В этот день рейтинг начальника стрельбища практически сравнялся с рейтингом комбата ОДШБ. И если подполковнику Вергуну свой рейтинг приходилось постоянно доказывать словом и делом, в основном - словом доходчивым; то прапорщику Кантемирову оставалось довольствоваться такими вот капризными превратностями судьбы. И начальник стрельбища решил использовать этот «респект и уважуху» в своих личных корыстных целях и завтра обязательно покататься на БМД. После несколько удачных кадров на фоне боевых машин Тимур побежал к Центральной вышке.
Подполковник Григорьев довёз прапорщика только до КПП полка. Дальше, по дороге с полка в штаб армии Кантемиров быстро заскочил домой в общагу и оставил свой пакет. У Тимура пока не было определённого плана, и он решил действовать по обстоятельствам. Как карта ляжет! Ровно в 14.00. в дверь кабинета заместителя начальника политотдела штаба армии полковника Лащ Олега Степановича (он же - Олег Стаканович) раздался стук.
- Войдите, - требовательно приказал полковник, догадываясь о визитёре.
Прапорщик Кантемиров вошёл и доложил о прибытии. Замполит внешне был похож на артиста Евгения Леонова, такой же плотный, добродушный и весёлый. Такой вот: «Слуга царю, отец солдатам». Полковник Лащ сам встал, вышел из-за стола, оглядел прапорщика и решил вначале проявить твёрдость:
- Товарищ прапорщик, почему нарушаете форму одежды? Вы прибыли в полевой форме в Штаб Армии!
- Виноват, товарищ полковник! Был срочный приказ прибыть немедленно прямо со стрельбы в политотдел.
Тимур хорошо запомнил советы Василия с Романом, поэтому слова «виноват, срочный приказ и стрельба» легли правильно на уши полковника.
- Прямо со стрельбы и ко мне в кабинет? Это по - нашему, по - военному! Да, ты присаживайся, прапорщик, не стесняйся.
Улыбающийся полковник живо вернулся на место и ещё раз осмотрел Кантемирова:
- А ведь я тоже был такой же молодой, такой же горячий. Прямо со стрельбы и в кабинет!
Тимур присел, а такой простой советский полковник спросил с хитринкой в глазах:
- Кантемиров, пока мы одни в кабинете, скажи мне честно. Как отцу родному! Вот как мои орлы, лейтенанты Рожнов и Ершов смогли тебя найти?
- Так на прошлой неделе они оба были на стрельбище, стреляли из автоматов. Вот там, наверное, и вычислили меня? А вот как они догадались, не могу знать, - прапорщик пожал плечами.
Полковник опять выскочил из-за стола:
- Говоришь, из автоматов стреляли?
- Так точно, товарищ полковник! Разные упражнения выполняли.
- Эххх, прапорщик, да я вот тоже был такой молодой. Из автоматов стрелял. Эти то, хоть попали?
- Так точно, товарищ полковник! Все упражнения на отлично, - подтвердил начальник стрельбища.
Полковник встал прямо перед прапорщиком, и младший по званию вынужден был вскочить.
- Это мои орлы! Боевые офицеры. Из автоматов на полигоне стреляли. Надо будет сообщить родителям и выделить лейтенантов в приказе. Прапорщик, ты хоть знаешь, кто у них родители?
Кантемиров покачал головой и хотел посоветовать полковнику обязательно в приказе выделить, что его офицеры стреляли из настоящих автоматов и боевыми патронами. Но, потом передумал. А полковник подошёл к столу и по селектору приказал прибыть в его кабинет лейтенантам Ершову и Рожнову. Потом посмотрел на прапорщика:
- А теперь, Кантемиров, по делу! Да и генерал-лейтенант Потапов тобой интересовался. Кстати, откуда ты Потапова знаешь?
- Так он постоянно у нас на полигоне стреляет, - доложил прапорщик.
В этот момент раздался стук в дверь и в кабинет зашли знакомые Тимуру офицеры и доложили о прибытии. Прапорщик понял, кто из них Рожнов, а кто Ершов. Хотя, какая разница? Выглядели оба гораздо лучше вчерашнего вечера, сказывался большой курсантский опыт. Взгляд полковника опять затвердел:
- Товарищи офицеры, Вы уверены, что прапорщик Кантемиров тот самый советский военнослужащий, который помог сыну прокурора Дрездена?
- Так точно, товарищ полковник! - доложил лейтенант Рожнов Василий, - у него рука перевязана, немец подтвердил, да и сам Кантемиров во всём признался.
- Мы его устно допросили, товарищ полковник. Как Вы нас учили! - добавил лейтенант Ершов Роман.
- Ты всё понял, прапорщик? - полковник Лащ перевёл своё грозное внимание на Тимура, - Кантемиров, ты в самом деле думал скрыться от политотдела штаба армии?
- Виноват, товарищ полковник! Испугался, - начальник стрельбища честно смотрел в глаза заместителю начальника политотдела штаба армии.
- Вот не надо нас, замполитов, бояться! - возмутился политработник, - мы же для вас как отцы родные. Прапорщик, эти два боевых офицера искали тебя целый месяц без выходных. Вот даже вчера, в воскресенье, выполняли приказ. А может быть им в свой выходной хотелось в парке погулять и мороженое покушать. Так нет же! Выполняли боевой приказ днём и ночью.
При словах «выполняли приказ ночью» Тимур уже не мог сдержать ухмылки и повернулся к стене. Замполита понесло:
- А ты не отворачивайся, прапорщик, как красна девица! Стыдно стало? Ты вот мне лучше как отцу родному скажи - тебе стыдно?
Прапорщик взял себя в руки и опустил голову:
- Виноват, товарищ полковник! Очень стыдно.
Лейтенанты Рожнов и Ершов смотрели на Кантемирова с лёгким презрением. Сказывалось суровая курсантская школа в Новосибирском политическом военном училище. А заместитель начальника политотдела штаба армии был полностью удовлетворён.
- Это правильно, прапорщик, что ты всё понял. А теперь вот смотри, у нас составлен план мероприятий на сегодняшний день, и в 15.00. по этому плану идёт награждение прапорщика Кантемирова. А затем лёгкий фуршет: «Дружба - Фройндшафт». У нас с тобой, прапорщик много дел сегодня, и ты ещё успеешь постричься и переодеться в парадную форму.
- Так у меня нет парадной формы! - почти радостно доложил начальник полигона.
- Как нет? А в чём же ты тогда на парадах маршируешь и в выходные ходишь? - искренне удивился замполит.
- Виноват, товарищ полковник, не успел получить! Товарищ полковник, я же постоянно на стрельбище, а там, вы же понимаете, вы же сами таким были - постоянная стрельба и ученья. А в выходные меня часто в наряд ставят.
Прапорщик Кантемиров не был ни разу в нарядах. Тимуру по службе вполне хватало своего стрельбища. И тут в составленный полковником план мероприятий вмешались его подчинённые:
- Товарищ полковник, разрешите обратиться! Мы сегодня с утра ещё раз поговорили с немцем, сыном прокурора, его Пауль зовут. Как вы нас учили, товарищ полковник - закрепить показания. Так вот этот Пауль сказал, что его папа в отъезде, в Берлине. И в Дрезден вернётся только в четверг, - чётко доложил лейтенант Рожнов. А лейтенант Ершов добавил:
- После чего мы поговорили с комендантом гарнизона, так он сказал, что награждать прапорщика с немцем без прокурора города будет политически нецелесообразно. Да и комендант хотел Вас, товарищ полковник, лично познакомить с прокурором.
Полковник нахмурился, нарушать план мероприятий очень не хотелось. И опять же - фуршет! Но, замполиту очень хотелось познакомиться с прокурором города, а там глядишь, и на брудершафт с ним выпить. Последние сомнения развеял Кантемиров:
- Товарищ полковник, в четверг - так в четверг! И форму успею получить, и постригусь нормально. Товарищ полковник, я лично приглашаю Вас медаль обмыть! - тут голос прапорщика предательски дрогнул, - Если бы не Вы, товарищ полковник, не видать бы мне этой медали, да и премии тоже!
Глаза замполита слегка увлажнились, полковник отвернулся к окну; но, быстро взял себя в руки и твёрдым голосом приказал:
- Товарищи офицеры, придётся вам свою задачу выполнять до конца. Вместе с переводчиком комендатуры договоритесь с полицией о переносе мероприятий на четверг, ровно в 15.00., - замполит взглянул на начальника стрельбища, - какие у нас причины будут, Кантемиров? Не про твою же форму немцам рассказывать!
- Так, товарищ полковник, десантники с Лейпцига на трое суток лагерем встали на Помсене, - почти радостно доложил начальник стрельбища, - как раз до четверга. Вы же знаете, за ним глаз да глаз нужен.
- Да знаю я, - тяжело вздохнул от этой новости политработник и добавил лейтенантам, - заодно и полицейских о десантниках предупредите. Всё! Все свободны. Кругом, шагом марш!
Уже за КПП штаба армии Ершов Роман и Рожнов Василий спросили Тимура:
- Ну, как, товарищ прапорщик, здорово мы придумали?
- Так, в самом деле, успели с Паулем поговорить? - удивился Тимур, - и с комендантом тоже?
- А нахрена? - с улыбкой ответил Вася, а Роман добавил, - Тимур, кто же будет проверять немецкого прокурора? А если что, скажем - перевод неправильно поняли.
- Парни, ну спасибо! С меня причитается, - восхитился Тимур, - будете у нас на Помсене...
- Нее, прапорщик, лучше вы к нам! - рассмеялся Вася, - у нас теперь бар есть ночной. Давай, Тимур, скачи во весь пор к своей таинственной подруге. Мы прикроем. Только, смотри, триппер не подцепи. А боевые офицеры пойдут по парку гулять и мороженое кушать.
Лейтенанты весело заржали и выдвинулись в сторону комендатуры. Есть среди замполитов нормальные парни!
А у вожака гарнизонных пацанов оставались ещё два часа до назначенной стрелки. Тимур решил переодеться и перекусить по дороге в кафе на вокзале. В общаге переложил гранату во внутренний карман джинсовой куртки. «На войне - как на войне!». Надо было ещё успеть обследовать место встречи, изменить которое было нельзя. Провести, так сказать, рекогносцировку (лат. Recognosco - осматриваю) на местности за кирхой на поляне у Пионер-плац. Эта поляна примыкала к горе парка у госпиталя и имела несколько путей отхода. На месте прапорщик прикинул, что надо отбросить пунктуальность, прийти заранее и первыми занять выгодную позицию. Старшеклассники ждали своего предводителя недалеко от полка связи. Тимур окликнул Саню и Андрея, и вся ватага, бойцов пятнадцать, ринулась на место сбора с немцами. На поляне прапорщик приказал всем построиться. Эта команда не удивила сыновей военных, парни быстро встали в строй. Командир внимательно всех осмотрел и спросил:
- Пацаны, что самое главное в драке? - и сам же ответил, - главное в драке не бздеть и не сломать себе пальцы. Делимся на две группы, старшими групп назначаю Андрея и Саню. Старшие групп, выйти из строя!
Довольные неожиданным и резким взлётом пацанской карьеры парни вышли вперёд. Тимур сам отобрал и разделил пацанов на две группы: в одной оставил с десяток во главе с сыном начальника госпиталя для встречи противника стенка - на стенку, а остальных во главе с сыном старшины госпиталя отправил в засаду. Андрею объяснил, что его группа вступает в бой только после начала махача и неожиданно атакует противника со спины. Затем боксёр показал несколько упражнений для разминки пальцев и шейных мышц. За полчаса до назначенного времени группы разделились. Немцы появились минута в минуту. Их было человек двадцать и у некоторых в руках были палки. Такими палками на малой родине Тимура детвора сражаются на саблях. А в драках, если и применялось такое холодное оружие, то оно больше подходит к определению: «Жердь» или «Дрын». Немцы оказались внизу склона горы и стали рассыпаться цепью. Вперёд вышел их вожак. Тимур ещё раз оценил правильность выбранной позиции и быстро сказал:
- Саня, пацаны, слушай сюда! Если сейчас базар не пойдёт, я вырубаю нахрен их уголовника и бегу к вам. Немцы рванут за мной, я буду бежать медленно. Саня, все стоят и ждут меня! Я добегаю, разворачиваюсь, и мы резко атакуем и скидываем немцев с горы. На горе им палки не помогут. А там Андрюха со своей ватагой закончат махач. Всё ясно?
Пацаны закивали, и предводитель стал спускаться вниз. Стороны встретились в центре поляны, Тимур протянул руку первым и представился. Оппонент был одного возраста, на руках были видны наколки и парня звали Ян. Иван, по нашему, получается. Ян в самом деле сносно говорил по-русски и быстро спросил:
- Тимур, это ты дрался с нашими у вокзала? Покажи руку.
Прапорщик аккуратно снял куртку, положил рядом с собой и уже привычно закатал рукав рубашки. Парламентёр утвердительно кивнул и спросил ещё раз:
- Тимур, а тебя в полицию вызывали?
- Ян, а ты чё прокурор мне такие вопросы здесь задавать? - спросил с усмешкой советский пацан и сам же ответил, - в четверг допрашивать будут. А теперь у меня вопрос - откуда вы узнали про меня? Кто стуканул?
Вначале Ян не понял суть вопроса про «стуканул». Пришлось объяснить. Немец заулыбался и ответил:
- Ты дрался с кубинцами в баре из-за немки. Она в деревне Помсен живёт и знает тебя. Видела в рубашке с перебинтованной рукой. Так и узнали.
«Как тесен этот саксонский мир!» подумал Тимур и успокоился. Никто на него не стучал! Всё нормально. Ян оглядел войско Тимура и нагло улыбаясь, сказал:
- Тимур, вас в два раза меньше и мы с палками. Никаких шансов.
И, если до появления немцев с палками, у советского прапорщика были ещё сомнения по поводу боевого применения учебной РГД-5, то сейчас все сомнения отпали. Тимур спокойно вытащил гранату, крепко сжал в правой руке, левой выдернул чеку и со словами: «Щас шансы уровняем!» всучил кольцо в ладонь своего оппонента. Ян побледнел и сделал два шага назад. Опытный уличный боец Тимурка решил «базаром» завершить дело и продолжал «кошмарить» противника:
- Стоять на месте! Разлёт осколков двадцать пять метров. Лучше стой на месте, Ян. В живых останешься! Мы тебя потом в плен возьмём. А остальных до Берлина будем гнать.
Немецкий уголовник встал как вкопанный, но продолжал говорить, путая немецкие слова с русскими:
- Тимур, сегодня драки не будет! Нам старшие товарищи сами запретили.
Так вот и сказал по - немецки: «старшие товарищи». Ещё бы своих братанов «партайгеноссе» назвал. Гарнизонный вожак удивился:
- А с какого это хрена махача не будет? Сами же стрелку назначили?
- Они сказали, тебя проверить и договориться о встрече. Хотят с тобой поговорить по поводу драки у вокзала. Не бойся, Тимур. Только разговор. У них есть хорошее предложение для тебя. Встреча будет через два часа в гаштете в Оберлошвиц.
Прапорщик прикинул. Вроде пока всё складывается нормально. Тимур для убедительности сжал гранату двумя руками:
- Давай, Ян, вставляй кольцо.
Немец протянул чеку дрожащими руками. Кантемиров вздохнул, оглянулся и крикнул:
- Саня! Один. Бегом ко мне.
Подбежавший старшеклассник увидел гранату в руках командира и воскликнул:
- Класс! - затем заметил цвет РГД-5 и шепнул Тимуру, - учебная?
Тимур только кивнул и попросил Саню забрать чеку у немца и вставить в гранату. И если старшеклассники гарнизона на уроках НВП бросали деревянные гранаты, то на игре «Зарница», проводимой на стрельбище Помсен каждый год, парни бросали такие же учебно-имитационные РГД-5 чёрного цвета. Сын начальника госпиталя привычным движением сдвинул усики кольца гранаты и вставил в боеприпас. Тимур деланно выдохнул, убрал РГД-5 обратно и сказал:
- Хорошо! Буду во время, но не один. Со мной будут ещё двое наших.
Ян вытер пот со лба и попросил:
- Тимур, приходите только без гранаты и оружия. У нас будет только разговор.
Прапорщик кивнул, немец махнул своим и пошёл к кромке леса. Немецкая ватага с палками потянулись за ним. А Саня вдруг предложил своему командиру:
- Тимур, давай метнём!
- Нахрена? - удивился вожак.
- Да, чтоб обоссались! - старшеклассник зло сплюнул немцам вслед.
Тимур посмотрел на удаляющихся противников и прикинул:
- Не, Саня, добазарились же о стрелке в гаштете. Там дальше посмотрим. Свистни Андрея с группой. Разбор полётов проведём.
Прапорщик вновь построил пацанов, поблагодарил всех за стойкость и предупредил о тайне сегодняшних событий. Иначе, Тимура в двадцать четыре часа отправят в Союз, и тренировать парней будет некому.
Гаштет - так назывались небольшие питейные заведения в Германии, и они были частные. Хозяева, как правило, жили в этом же доме, на верхних этажах. Указанный немцем гаштет находился в пригороде Дрездена под названием Оберлошвиц. Прапорщик Кантемиров знал про это заведение с самого начала своей сверхсрочной службы и ничего хорошего не слышал от своих коллег, кроме фирменного блюда. Сейчас бы это место назвали байкерским клубом. По вечерам там постоянно стояли мотоциклы и мопеды. Наши там бывали редко и посещали этот гаштет разве, что в целях поиска приключений на свою жопу. И если, такие мирные профессиональные праздники, как «День танкиста» или «День разведчика» заканчивались в этом заведении, то на следующий день в частях гарнизона обязательно доводились приказы до личного состава о наказании советских военнослужащих за драки с немцами. Обычными посетителями этого гаштета были не самые законопослушные граждане ГДР, поэтому там часто бывали полиция и комендатура. Этим питейным заведением владел вставший на путь исправления здоровый мужик с редким немецким именем Ганс. Гаштет так и назывался: «у Ганса». Ещё этот пригород Оберлошвиц был известен тем, что в нём с 1953 года до своей смерти проживал фельдмаршал вермахта Паулюс, где ему предоставили виллу, автомобиль, охрану и обслугу. Фельдмаршалу даже разрешили ношение оружия. Фридрих Паулюс вёл замкнутый образ жизни, и его любимым развлечением было разбирать и чистить свой пистолет. Фельдмаршал работал начальником Военно-исторического центра Дрездена и читал лекции в Высшей школе народной полиции ГДР, где хвалил социалистический строй и часто повторял, что Россию никому не победить. Умер Паулюс в феврале 1957 года.
На следующую стрелку Тимур решил позвать своих друзей: Лёву Грибова и Адама Алиева. И если с Лёвой всё было понятно, чёрный пояс по карате, это вам не разряд по русским шашкам; то техник Девятой МСР Алиев был просто самым сильным человеком в полку. Адам до призыва был «вольником» (вольная борьба), и только один человек в части мог потягаться с ним борьбой на руках. Сейчас этот вид спорта называется «армрестлинг», и соперником Адама был старшина автороты, прапорщик Иванов, более известен в гарнизоне как Витя-Шкаф. Тимур буквально в двух словах обрисовал друзьям ситуёвину с собой, старшеклассниками и немецкими уголовниками. Лёва задумался, а Адам тут же предложил:
- Надо по «Ксюше» с собой взять!
«Ксюша», то есть автомат АКСУ-74 с укороченным стволом был недавно принят на вооружение механиков-водителей БМП вместо пистолетов ПМ. Солдаты вначале обрадовались новинке, а потом загрустили. Всё же с ПМ было легче залезать на боевую машину и прыгать в люк. Хотя, как то на пристрелке в тире заместитель командира полка майор Ивашкин любовно погладил ствол автомата и загадочно произнёс: «Верный кусок хлеба на гражданке!». На предложение техника роты начальник стрельбища улыбнулся и сказал:
- Адам, давай ещё десантуру с собой подтянем и разнесём этот гаштет нахрен. Как раз у меня на полевом выходе стоят. Этим только намекни, что Родина в опасности. Нет, дорогой товарищ Алиев, пойдём без оружия. Так с немцами договорились.
Прапорщик только пожал плечами. Было бы предложено. На том и порешили. Тимур по дороге заскочил к себе в общагу, оставил гранату и взял с собой трофейный нож с вокзала. Ровно в назначенный час еврей, дагестанец и татарин вошли в немецкий гаштет «у Ганса». Это был большое заведение с освещенной танцевальной площадкой в центре. Вокруг танцпола царил полумрак. И по всему залу разнеслось: «Русские идут» и «Русские пришли». А из одного угла наша интернациональная бригада ясно услышали: «Руссишь швайн!». Тимур оглянулся, внимательно посмотрел и взглядом вычислил и зафиксировал молодого немца с татуировками, внешне похожего на нападавшего с ножом у вокзала. Отвлечёмся немного о национальных отличиях наших военнослужащих для немцев. Да не было никаких отличий! Все мы были там «руссишь». Абсолютно все. И это правильно. Это хорошо! Пусть у них май 1945года сидит в печёнках и в сознании, передаётся по ДНК из поколения в поколение и никогда не стирается. Со стороны барной стойки раздался громкий и властный крик, буквально из двух букв. Тимур не знал перевод этого ёмкого и короткого слова, но понял, что оно обозначает что-то вроде нашего: «ША!». Зал затих, и в центр вышел сам хозяин гаштета. Немец первым представился, пожал всем руки и указал в глубину заведения, где стоял отдельный пустой столик. Напротив гостей сел сам хозяин, за переводчика присел Ян и вдруг из полумрака появился первый нокаутированный соперник Тимура, который тоже сел за стол, подержался за свою челюсть и шутливо погрозил Кантемирову пальцем. Русский боксёр только улыбнулся в ответ. Ганс задал вопрос, Ян перевёл:
- Надеюсь, в мой гаштет пришли без гранаты?
- Без оружия. Это была учебная граната. Не настоящая, - советский прапорщик спокойно смотрел немцу в глаза.
После перевода Ганс хохотнул, посмотрел на своего молодого коллегу и покачал головой:
- Эти русские...
Потом Ганс ещё добавил пару слов, которые Ян не стал переводить; но все поняли, что эти слова хоть и были нехорошими, но сказаны в знак восхищения. А Тимур со спортивным интересом спросил у своего бывшего соперника:
- Челюсть не сломана?
- Перелома нет, только уже месяц ем одну кашу.
- Сильная челюсть! - искренне восхитился боксёр, а все после перевода рассмеялись. Напряжение спало. Взял своё главное слово хозяин заведения:
- Тимур, мы понимаем, что ты дрался честно, и тебя ранили. У нашего арестованного друга есть ещё дела с полицией, по которым уже истёк срок давности. А если ты сейчас дашь показания против него, он сядет надолго. Ян сказал, что тебя только в четверг будут допрашивать. Тимур, если на допросе у следователя ты скажешь, что другой тебя ударил ножом, у нашего друга есть шанс выйти. А мы тебе за это приготовили деньги, тысячу марок. Скажешь больше, приготовим ещё. За деньги не волнуйся, я отвечаю лично.
После перевода все задумались. Ганс положил на стол пачку денег, перетянутую резинкой. Тимур переглянулся с друзьями и кивнул переводчику:
- Кореша с кичи выдернуть - благое дело, поэтому общак дербанить не будем. Это западло! Я возвращаю пику, отказываюсь от бабок и колюсь следаку на первом скачке, как братва шепнёт. И у меня к твоей братве свой базар будет!
Ян растерянно смотрел на Тимура:
- Я ничего не понял!
Русские переглянулись и усмехнулись. А Тимур только произнёс: «У вас свой базар, а у нас свой базар» и сам на немецком объяснил Гансу, что он сейчас возвращает нож, отказывается от денег, так как это неправильно, и даст показания полиции, как надо. Но, у русских есть свои условия: первое: больше никто не конфликтует с нашими школьниками, кто хочет подраться - пусть приходят в спортзал к Тимуру с Лёвой. Второе: Ганс вместе с Яном научат Тимура своему языку и если они захотят, то русский тоже может поделиться некоторыми выражениями. И третье - парень, который сегодня сказал: «Русишь швайн» пусть сейчас извинится или выйдет с любым из них один на один. При этом Тимур аккуратно за лезвие вытащил нож и протянул Гансу ручкой вперёд. Немец быстро взял нож и показал нокаутированному у вокзала. Тот утвердительно кивнул. Хозяин гаштета положил нож с деньгами в карман, кивнул русским и прокричал в зал имя того парня: «Отто!» и добавил ещё пару непонятных слов. Парень подошёл с хмурым видом, дёрнул подбородком в сторону Тимура и посмотрел на старшего. Ганс произнёс короткую, но эмоциональную речь, которую Тимур понял так - этот русский в отличии от Отто делает для его брата больше, чем он сам. Русский вернул нож, отказался от денег и готов дать правильные показания в полиции. А младший брат только и может много говорить и ничего не делать. Сейчас у него есть выбор: или извиниться перед русскими, или выйти с ними один на один, как его старший брат попытался однажды. Молодой немец стоял, слушал внимательно, что-то прикинул про себя, вполголоса произнёс непонятное Тимуру короткое слово и протянул руку русским. Тимур на слух уловил произношение и интонацию этого ёмкого слова, встал, и, протянув руку, ответил тем же словом. Все вокруг опять рассмеялись. Конечно, прапорщик Кантемиров уже знал несколько нехороших немецких слов, например, такие как: «manometer!» - аналог нашего "блин!" или "ёпрст!", и еще: «Mist! Scheisse!» - «Дерьмо!». Тимур даже мог послать интеллигентно: «Du kannst mich mal!» - «Да пошёл ТЫ!». Но, как оказалось, прапорщик ещё многого не знал. «Век живи, век учись!». После удачных переговоров хозяин заведения пригласил гостей на своё фирменное блюдо -
местное жаркое из маринованной говядины с картофелем и квашенной капустой. И, конечно же, пиво! За совместным ужином Ганс попросил своего официанта принести пару маленьких профессиональных блокнотов и, не теряя времени, по ходу трапезы начал обмениваться с Тимуром крылатыми выражениями на двух языках. Еврей с дагестанцем тоже добавили свою лепту в знании «родного и могучего». В этот раз совместный ужин немцев и русских в этом гаштете прошёл мирно и спокойно. В итоге договорились, что Тимура в тот вечер у вокзала полоснул ножом первый нападающий. Всё равно его уже никогда не установят и не найдут. Да и орудие преступления больше никто и никогда не увидит. А после дачи показания полиции Тимура с друзьями вновь приглашают отужинать к Гансу, чем саксонский бог пошлёт.
В четверг, ровно в 14.00. в дверь кабинета заместителя начальника политотдела штаба армии полковника Лащ Олега Степановича раздался стук. Сам полковник в парадной форме из-за стола приказал твёрдо: «Войдите!», но не выдержал, выскочил и обнял, как отец родной, явившегося прапорщика Кантемирова. Гвардии прапорщик блистал в новой парадной форме, а под его фуражкой красовалась чёткая армейская стрижка. К значкам, перекочевавшим с полевой формы, добавился политически грамотный комсомольский значок. От начальника стрельбища Помсен исходили благоуханье одеколона «Шипр», молодость, сила и уверенность. Олег Степанович отстранился, с восхищением оглядел Тимура:
- Вот! Вижу результат своей работы. Недаром мои орлы, боевые офицеры, старались. А, прапорщик?
- Так точно, товарищ полковник!
Полковник, не мешкая, весь в предвкушении фуршета, тут же стал сам собираться в дорогу приятную:
- Я тут речь для тебя подготовил про Перестройку и Гласность. Почитай по дороге, подготовься. Скажешь там при вручении.
- Товарищ полковник, так мне комендант сказал, что вначале меня допросят с переводчиком, затем выступит прокурор города, и нам с немцем вручат медаль и премию. Всё!
Политработник озадачился:
- А как же Гласность и Перестройка? Вот, Кантемиров, одни хлопоты из-за тебя: и план мероприятий переписывай, и речь для тебя готовь. А я ещё «Волгу» генеральскую для нас выпросил.
- Виноват, товарищ полковник! А с Вашей речью я могу после стрельб на полигоне выступить.
Замполит воодушевился:
- Вот это правильно! После стрельбы и лекцию солдатам. Как я в молодости. Молодец, прапорщик!
- Служу Советскому Союзу!
Генеральская «Волга» вместе с комендантом, переводчиком, полковником и прапорщиком въехала на территорию городской народной полиции. В кабинете Кантемирова уже ждал следователь, который сухо попросил полковника с подполковником выйти и подождать в коридоре. Работник немецкого правопорядка вначале уточнил, согласен ли советский гражданин давать показания с переводчиком комендатуры, или же ему могут предоставить своего специалиста. Тимур был согласен, и допрос начался. Всё шло гладко до момента удара ножом, здесь показания Пауля с Тимуром разошлись. Следователь был вынужден назначить очную ставку между молодыми людьми, где советский гражданин чётко стоял на своей позиции. На этом допрос закончился. Всех собрали в зале, где выступил главный прокурор города. Речь свелась к тому, что благодаря руководству старших товарищей по партии всегда будут в нашем совместном строю такие молодые люди как Пауль и Тимур, которые героически встали на защиту законности и правопорядка. Затем началась процедура награждения героев медалью «Почётный знак Немецкой народной полиции». Когда вызвали прапорщика Кантемирова, глаза полковника слегка увлажнились, замполит по - отечески обнял начальника стрельбища и затем слегка подтолкнул в направлении трибуны. В кассе городской полиции молодые люди под роспись получили по семьсот марок. Почему премия полагалась именно в такой сумме, Тимур так и не узнал. Но, эта пачка уже грела ляжку советского гражданина. А народ для фуршета собрался. Полковник Лащ всё же выпил на брудершафт с прокурором города и после официального застолья потребовал продолжения банкета, который по просьбе Тимура устроил для всех Пауль. Начальник полигона Помсен, сославшись на учения и стрельбы, покинул банкет в самом начале и, как был в парадной форме, так и выдвинулся к гарнизонной школе, чтобы успеть перехватить преподавателя немецкого языка по имени Даша. Прапорщик Кантемиров с букетом цветов летел по городским улицам Дрездена к своей любимой девушке и радовался такому удачному решению всех его проблем. В эти счастливые для него минуты молодой человек ещё не мог знать, что позади него только цветочки...
P.S. Все имена и события придуманы автором и к суровой действительности не имеют никого отношения.
Оценка: 1.0714 Историю рассказал(а) тов. Камрад : 30-08-2017 17:44:40
Обсудить (23)
05-09-2017 18:01:34, Ст. прапорщик запаса
Кришталль. *кладет заклепочник...
Версия для печати

Ночной бар

В этот памятный день ссоры, примирения и застолья Тимур с Дарьей прогуляли по Дрездену до позднего вечера. Молодым людям было о чём поговорить. В основном говорила девушка, а парень умел слушать. И они гуляли по саксонской земле! Саксония - так называется земля Германии, в которой располагаются такие крупные города, как Дрезден, Лейпциг и Кемниц (бывший Карлмарксштадт). Вообще, саксонцы, в основной своей массе, народ общительный и доброжелательный. Они любят рассказывать анекдоты про жителей других земель и при случае обязательно напомнят, что их родная Саксония была когда-то королевством. Дрезден для них по-прежнему первый город на свете, который они называют то Флоренцией на Эльбе, то немецкой Венецией. Конечно, ни на Венецию, ни на Флоренцию Дрезден не похож. Он вообще ни на что не похож, этот барочный красавец на берегу реки Эльба. Молодёжь прошла через знаменитый и самый красивый в Германии мост через Эльбу, мимо статуи Августа Сильного, "золотого рыцаря", которую сравнивают с нашим памятником Петру I. Эти два монарха, кстати, и жили примерно в одно время, даже обменивались приветственными дарами. Здесь был самый лучший вид на город - скопление великолепных зданий в стиле барокко: вытянутый фасад Академии художеств и массивное здание Альбертинума, перед которыми раскинулась терраса Брюля, так называемая «Балкон Европы». Везде многочисленные шпили храмов с возвышающимся куполом величественной церкви Фрауэнкирхе. В дворцовом комплексе Цвингер расположено множество музеев, самый известный из которых - Дрезденская картинная галерея. Музей считается одним из самых лучших в мире и содержит такие шедевры, как "Сикстинская Мадонна" Рафаэля и "Спящая Венера" Джорджоне. Студент ЛГУ Кантемиров с бывшей ленинградской студенткой Потаповой постоянно сравнивали вычурную красоту Дрездена со строгим и величественным центром Ленинграда. Преподаватель немецкого языка, как человек тонкой душевной натуры, была за Дрезден, а прапорщик Советской Армии твёрдо стоял за Ленинград. Молодёжь весело спорила.
Даша с Тимуром поднялись на вершину горы, где находился наш Верхний госпиталь. Этот район Дрездена назывался «Weiser Hirsch», что в переводе означает - Белый Олень. К территории госпиталя примыкала обширная лесопарковая зона, это был настоящий парк, при входе в который стоял памятник последнему белому оленю, убитому здесь ещё в девятнадцатом веке. Жители гарнизона часто ходили сюда, либо просто гулять, либо катались на велосипедах или собирали грибы. Летом в парке работал летний кинотеатр, где показывали вестерны с участием легендарного Гойко Митича. В этих фильмах наших краснокожих индейцев всегда угнетали плохие белые американские колонизаторы. Но, наши всегда побеждали. И самое великолепие этого парка было именно ранней осенью. Золото красок, в которые наряжались деревья парка представляло собой особое незабываемое зрелище, особенно в свете заката. Шуршащая под ногами листва, падающие с глухим треском каштаны, многочисленные белки под цвет опавшей листвы, прыгающие с ветки на ветку. И этот упоительно - горьковатый запах осеннего леса! Во всём было какое-то особое очарованье в этот тёплый и тихий сентябрьский вечер. Возвращаясь домой, Тимур объяснил Даше о традициях завтрашнего праздника Erntedankfest (Праздник благодарения) в ночном баре «Эспланада». Вначале будет немного торжественной части, а затем начнётся основное веселье, танцы и конкурсы, где будут избираться победители различных номинаций: лучшая танцевальная пара, самый стильный парень, самая красивая девушка и другие. По окончании праздника будут выдаваться призы и подарки. Также Тимур рассказал про форму одежды на этом мероприятии: парни в костюмах - тройках, а девушки в платьях и в шляпках, и в руке должна быть корзиночка. Или же пара должна прийти в национальном костюме. Девушка тут же переключила всё свое внимание на свой будущий наряд завтрашнего вечера, при расставании рассеянно чмокнула парня в щёку и со словами: «Не опаздывай!» скрылась за дверью генеральского дома. Кто бы ещё не опаздывал?
У начальника войскового стрельбища Помсен завтра в субботу тоже было много дел. Во-первых, Парко-Хозяйственный День (ПХД). Суббота была официальным рабочим днём в Советской Армии, и в основном до обеда. И если Вы думаете, что в этот прекрасный субботний день личный состав вместе с офицерами только и делают, что хозяйственно разгуливают по местному парку, то Вы глубоко ошибаетесь. Это был день глобальной чистки всё и вся вокруг: личного оружия, военной техники и парка боевых машин, казармы, территории вокруг казармы и территории вокруг части. В этот день все приказы командования, начиная от командиров отделений и заканчивая командиром полка, умещались в одно ёмкое слово: «Отпидарасить!». И к концу этого суматошного дня обычно всё и вся «блестели как у кота яйца». На полигоне тоже хватало работы: навести порядок в мастерских и на пилораме, уборка территории вокруг Директрис и направлений стрельб. Зимой постоянно убирали снег, чего было не так уж и много в солнечной Саксонии. Зато летом полигонную команду доставала трава, которая, не переставая, до глубокой осени росла при этой дождливой погоде. Траву надо было обязательно выкашивать, иначе мишеней в поле просто не было бы видно. Поэтому, этим субботним днём на войсковом стрельбище царила летняя пасторальная идиллия под названием «Сенокос». Зато городской житель Тимурка научился у своих деревенских солдат профессиональной косьбе. Обычно этот день ПХД заканчивался баней.
Во-вторых, Тимуру надо было, кровь из носу, договориться с хозяином ночного бара Эриком о пропускных билетах на праздник. И, в-третьих, на это мероприятие молодому человеку был просто необходим костюм-тройка, который можно было купить в единственном работающим по субботам магазине «Консумент» у вокзала. В воскресенье магазины в Германии не работали. Прапорщик Кантемиров, оставив за старшего на полигоне сержанта Басалаева, тут же после обеда уехал в город, и двинулся прямиком в ночной бар «Эспланада». Днём бар ещё был закрыт, и Тимур зашёл со двора, с чёрного входа. Эрик был на месте, гонял своих официантов, поваров и жену, которая обычно вместе с ним работала в паре за барной стойкой. Многие работники уже знали советского парня и на бегу здоровались с ним. Кто же забудет вкус «Килек в томате»? Пообщаться с Эриком тоже пришлось по ходу этого броуновского движения по тёмному и пустому залу бара, в ходе которого Тимур успел рассказать про свою новую советскую подружку и необходимую помощь камрада Эрика в завоевании её сердца. И победа может быть только в этом прекрасном ночном баре и именно сегодня, в такой великий праздник. Тимур использовал всё свое красноречие и знание немецкого языка, вот только о папе новой подружки советский военнослужащий ничего не сказал. Это была военная тайна! Эрик вдруг остановился в конце зала, внимательно осмотрелся и сказал, что все билеты и пригласительные давно распределены и проданы; но, если в этом углу зала Эрик поставит для своего камрада Тимура небольшой столик с двумя стульями, то у камрада Тимура появится великолепный шанс для этой большой победы над девичьим сердцем и скромного вознаграждения камрада Эрика в виде тех же «Килек в томате». Камрад ответил камраду, что за эту победу он за ценой не постоит! Хозяин бара посоветовал советской паре приходить ровно в 19.00., швейцар на входе знает Тимура и будет предупреждён. Окрылённый успехом молодой человек забежал в «Консумент» и выбрал себе стильный костюм-тройку серого цвета в чёрную полоску.
Тимур зашёл за Дашей, на всякий случай, за полчаса до назначенного времени. Удивительно, но девушка была уже одета и готова к выходу. Дарья Михайловна была просто неотразима! В классическом белом платье в горошек, подобранными под цвет туфлями и шляпкой, черноволосая и кареглазая красавица вертелась перед зеркалом и мамой.
- Ну как, молодой человек? Пустят такую девочку в ночной бар? - спросила, улыбаясь, Рената Рашидовна.
- Класс! - восхищённо ответил Тимур и спросил маму, - а восемнадцать то девочке есть?
За что тут же получил девичьим кулачком в бок. Даша по секрету сообщила парню, что это мамино платье, просто пришлось немного подшить. А туфли и шляпку они с мамой сегодня выбрали и купили в «Консументе». Вот ещё там же купили корзиночку. Серьёзный подход к делу! Когда пара подходила к ночному бару, издали стала видна очередь страждущих попасть на этот праздник. Эта очередь была похоже на людской поток желающих посмотреть на труп вождя в Мавзолее на Красной площади. И если в Москве очередь постоянно двигалась, то в Дрездене люди стояли наглухо. У многих была надежда, что некоторые приглашенные гости покинут бар после торжественной части, а часика через два начнут освобождать помещение и другие подуставшие посетители. Освободятся места, и очередь продвинется. Терпеливые немцы готовы были ждать. У девушки на лице от такой картины возник испуг, и она плотнее прижалась к своему спутнику. Уже перед баром прапорщик заметил в этой очереди знакомых лейтенантов с политотдела армии. Дарья, вздёрнув свой носик, хотела бы пройти мимо, но Тимур со словами: «Своих не бросаем» подвёл девушку к сослуживцам. На войсковом стрельбище Помсен молодые люди не были бы сослуживцами. Где находится политотдел штаба армии и где спрятался этот маленький полигон со своим прапорщиком? А в немецком городе, среди немцев они были уже «свои». Политработники не удивились совместному появлению начальника стрельбища с дочерью командующего, наоборот, даже обрадовались и задали прапорщику резонный вопрос:
- А Вас есть лишние билетики?
Тимур внимательно посмотрел на обоих офицеров и только сказал:
- Ну, вы, блин, даёте! Вы же оба как: «Ленин и партия, близнецы - братья!» (В.В. Маяковский)
Лейтенанты в самом деле были похожи друг на друга, оба рослые, спортивные, белобрысые и с чёткой армейской причёской. Вдобавок, оба примерно на половину своей зарплаты купили по одинаковому костюму тёмно зелённого цвета. Видимо старались попасть в цвет своей парадной формы. Прапорщик быстро предложил офицерам - стоять здесь, не уходить и ждать в течение получаса. Если у Тимура в баре что-то получится с проходными билетами, то он обязательно выйдет. Если нет - значит, сегодня у офицеров не судьба попасть на этот праздник. А стоять здесь без толку, Тимур знает. На том и порешили. Один из офицеров, тот, который слушал битлов в автобусе, заговорщицки ответил прапорщику:
- Тимур, у нас водка. Посольская!
Лейтенант аккуратно оттопырил пиджак и продемонстрировал горлышко бутылки во внутреннем кармане. Только наши могли догадаться прийти в немецкий ночной бар со своей водкой. Тимур вздохнул и приказал:
- Никому не показывать!
Ровно в 19.00. молодой человек аккуратно постучал в закрытую дверь заведения. Швейцар открыл, кивнул паре и пропустил. Уже в гардеробе Даша шёпотом спросила:
- Тимур, а билеты?
- Ещё днём занёс, - довольный удачным проникновением кавалер повёл свою подругу к столику. Навстречу вышел Эрик в национальном костюме в бриджах, сюртуке, белой рубашке и с обязательной синей шляпкой на голове. Бармен поприветствовал своего камрада и уставился на Дашу:
- Тимур познакомь меня с этой прелестной особой! Меня зовут Эрик.
А эта особа возьми, да и сама поприветствуй хозяина заведения на отличном немецком. При этом, красавица успела восхититься этим, по домашнему уютным, залом и таким симпатичным молодым человеком в национальном костюме по имени Эрик. Немец потерял дар речи, он только смог вымолвить: «Майн гот!», быстро сходил за барную стойку, принёс цветок в вазочке и поставил на столик бутылку шампанского в ведёрке с бокалами. От заведения - прекрасной фройлян! А советский камрад объяснил, что Даша работает учителем немецкого языка в гарнизонной школе. Эрик только щёлкнул каблуками своих национальных башмаков, кивнул и скрылся в глубине зала. Дарья Михайловна с блеском выдержала этот небольшой экзамен первого появления в этом зале немецкого ночного бара и теперь озиралась вокруг с победным видом. И если наш юный прапорщик впервые восхитился и был покорён красотой дочери генерала на полигоне, куда она прибыла стрелять в джинсах и курточке; то здесь, в баре, Дарья Михайловна Потапова была в полной боевой раскраске и в великолепном платье с задорной шляпкой. Советская девушка выгодно отличалась от многих фройлян вокруг на этом празднике жизни и приковывала к себе всеобщее внимание. Что не ускользало от зоркого взора советского юноши, который тоже рассматривал зал и публику вокруг. Вдруг Тимур заметил группу шумной немецкой молодёжи, только прибывшей на праздник. Парней и девушек было человек пять - шесть и во главе компании был уже немного поддатый Пауль. Этот праздник «Erntedankfest» просто не мог пройти мимо сына прокурора города. Пауль тоже заметил своего союзника по драке и с криком на весь зал: «Васья» кинулся к Тимуру. Советский прапорщик привстал со стола навстречу своему корешу (стоит хотя бы раз подраться с нормальным пацаном на одной стороне с противниками, как он тут же переходит в разряд корефанов), но немецкий юноша вдруг и враз остановился в паре метров от Тимура и уставился на его спутницу, которая тоже с интересом и с блеском в глазах рассматривала незнакомца. Горячей «встречи союзников на Эльбе» не получилось, всё внимание немца перевела на себя эта русская фройлян. Пауль воскликнул: «Майн гот!» (где-то мы это уже слышали), а Тимур был вынужден представить свою подругу. Сценарий повторился. Даша на правильном берлинском диалекте поздоровалась с Паулем, и поблагодарила немецкого парня за участие и подмогу её молодому человеку Тимуру в той такой опасной драке у вокзала. Советский прапорщик опешил. Блин, получилось так, что это Пауль вписался на помощь Тимуру, а не наоборот? А сын прокурора принял это как должное, представился сам, познакомил своих друзей с советской парой и сообщил, что их вся компания сидит вон за тем большим столом прямо у сцены. И что удивительно, двое их друзей не смогли прийти сегодня на праздник, а стол рассчитал на восемь человек. И Пауль с гостями посчитают за честь пригласить такую красивую «фройлян Таша» со своим молодым человеком (именно так, а не наоборот) к своему столу. А в этот момент капризная саксонская Фортуна улыбнулась советским лейтенантам прямо на немецкой улице! И пока Дарья делала вид, что задумалась над приглашением; Тимур быстро согласился, метнулся к Эрику, сообщил о двух освободившихся местах и о двух своих боевых товарищах тоскующих в очереди на улице. Бармен Эрик отслужил срочную в ННА (Национальная Народная Армия - (нем. Nationale Volksarmee DDR) вооружённые силы ГДР, созданные в 1956году) механиком-водителем танка Т-62, и понятие «боевое товарищество» было для него не пустым звуком. Хозяин бара предупредил швейцара, а прапорщик завёл офицеров внутрь зала и усадил за свои места, хозяйственно захватив шампанское со стола. Ошарашенные и довольные офицеры впервые, впрочем, как и дочь генерала, оказались в ночном баре Дрездена. Лейтенантов звали Василий и Роман, они тут же сообщили Тимуру, что с них причитается. Прапорщик справедливо заметил, что причитается по бутылке водки с каждого. Лейтенант Василий (это тот, который меломан) по - приятельски сообщил прапорщику Тимуру, что у него в общаге под кроватью стоит ящик «Посольской». Прапорщик не поверил:
- Звездишь, лейтенант!
- Тимур, да у меня отец Начальник Политуправления сухопутных войск, недавно с проверкой в Дрездене был. Вот и остался этот ящик после проведения проверки.
Это было похоже на правду! Папа проведал сына. Обычное дело. А заодно и проверил работу политуправления штаба гвардейской Первой Танковой Армии. Совместил, так сказать, приятное с полезным. Мы все знаем и понимаем, что вот так просто с курсантской скамьи сразу попасть в ГСВГ, да ещё и на такую должность можно только при одном случае - если у тебя папа генерал. Кем является папа лейтенанта Ромы, прапорщик даже спрашивать не стал, а только сделал заказ подошедшему официанту для офицеров и попросил парней тайно пронесённую бутылку водки не открывать. Надо для дела! Пока Тимур организовывал досуг Василия с Романом, «фройлян Таша» успела рассказать своим немецким друзьям немного о себе и ещё успела выдать свою Военную Тайну - кто её папа и на какой улице она живёт. Пауль, услышав эту важную информацию о своей новой соседке по улице Клараштрассе, сдвинул свой стул ближе к советской девушке и рассказывал в данный момент свою версию драки за вокзалом. По словам сына прокурора выходило, что трое особо опасных, разыскиваемых и вооружённых ножами преступников напали за вокзалом на Пауля с Тимуром, который назвался Васей и потом пропал. Пауль ещё был с девушкой, но её сейчас нет. И вообще, немецкий парень сейчас свободен и находится в поисках новой достойной подруги. Пауль с Тимуром во время драки бились спина к спине, немец очень сильно отбил кулаки, а русского слегка зацепили ножом. Наши парни, не смотря на такие боевые раны, конечно же, победили и сдали всех преступников полиции. Подошедший Тимур кивком головы подтвердил версию немецкого кореша и попросил Дарью отойти на минутку по делу. Удивлённая и заинтригованная девушка согласилась, вежливо извинилась перед новыми друзьями и подошла к парню.
- Будешь переводить, раз такая грамотная, - попросил Тимур и подвёл девушку к лейтенантам. Дарья в этот вечер была готова переводить всё, что угодно советским людям в виде одного прапорщика и двух лейтенантов. Это был её звёздный час! Студенка Потапова целых пять лет грызла гранит науки в Ленинграде ради этого момента в Дрездене. Ну, ещё, конечно, обучать детей грамматике и орфографии auf deutsche Sprache (на немецком языке). В этот вечер Даша блестяще и с удовольствием говорила на языке Гёте и Шиллера.
- Давайте бутылку и слушайте внимательно, - Тимур наклонился к офицерам, - сейчас мы с Дашей подгоним вашу водку Эрику. Это вон тот рыжий бармен и хозяин заведения. Когда Дарья махнёт в вашу сторону рукой, вы оба одновременно встанете, кивнёте и щелкнете каблуками. Эрик вас запомнит, и может быть, потом сами сможете заходить сюда.
- А как щёлкнуть каблуками, - спросил Роман.
- Как штандартенфюрер Штирлиц! - улыбнулся прапорщик, - «Семнадцать мгновений весны» смотрели?
Лейтенанты закивали, а прапорщик с водкой «Посольская» в одной руке и в другой руке, держась за пальчики преподавателя немецкого языка, двинулись к бару. Тимур поставил бутылку на стойку и спросил Эрика по - русски:
-Бармен, видел раньше такую русскую водку?
Даша быстро перевела, а Эрик отрицательно мотнул головой и профессионально перечислил знакомые ему русские водки:
- Русская, Столичная и Пшеничная.
Вот! - воскликнул прапорщик, а учитель переводила, - эта водка называется «Посольская», и в Советском Союзе её пьют только дипломаты. «Посольскую» запрещено вывозить за границу, но наши доблестные молодые офицеры, рискуя своей карьерой, смогли провезти через таможню несколько бутылок. И сейчас, в знак благодарности одну из них дарят такому хорошему человеку и механику-водителю танка по имени Эрик.
В этот момент Даша махнула рукой в сторону офицеров. У одинаковых лейтенантов «с ларца» был полный порядок со строевой подготовкой, оба резво вскочили с мест, кивнули подбородком и лихо одновременно щёлкнули каблуками. Многие гости обратили внимание на эту мизансцену и благодарно захлопали в ладоши. А польщённый Эрик сам подошёл к офицерам, пожал им руки и попросил Дашу перевести его приглашение посещать этот бар, когда им будет удобно. Потом Тимур посоветовал Роману и Василию для закрепления этого приглашения подогнать через него бармену ещё пару бутылок «Посольской». Вася заявил:
- Да весь ящик притащим, если надо!
- Не надо! Пару пузырей достаточно будет. Самим лучше оставим. Ещё пригодится.
На этом прапорщик пока оставил лейтенантов. А в баре уже завершалась торжественная часть праздника и дело подходило к гулянью и танцам. Пауль с Дарьей мило беседовали за бокалами пива за красоты Дрездена, а новый немецкий друг категорически и настойчиво приглашал свою новую знакомую, соседку по улице, прогуляться завтра вниз по реке на прогулочном катере его товарища. Тимур послушал, послушал и сказал Даше:
- Переведи, пожалуйста! Пауль, пойдём выйдем, поссым?
- Чего? - протянула интеллигентная учитель немецкого языка.
- Переводи, переводчик. Так надо!
Девушка пожала плечиками и вежливо объяснила Паулю, что Тимур приглашает его сходить вместе в туалет. Немец улыбнулся и с готовностью вскочил. Теперь немного поговорим о физиологоии, то есть о потребности любого здорового человека освобождать свой мочевой пузырь. И если у нас любой ребёнок знает, что писать при людях не совсем прилично; то для немцев, особенно в сельской местности, эти условности не имеют большого значения. Тимур неоднократно видел, как группа парней прямо рядом с гаштетами, весело переговариваясь и смеясь, ссут на спор: на дальность и скорость струи. Вот такая вот немецкая забава! И ещё о газах в желудке. Да у нас не то, что ребёнок, у нас каждая собака знает, что, извините, пердеть при посторонних нельзя. Но, только не в Германии, и особенно в деревнях. В гаштете, кафе или ресторане у немцев этот процесс вызывает восторг. Сидящие в зале с возгласами: «Гут, гут!» приветствуют пукнувшего и хлопают ему в ладоши. Советский прапорщик Кантемиров, когда впервые увидел такую картину, был просто поражён. Старшина стрельбища Буров объяснил потом своему малоопытному коллеге, что так выражается похвала хозяину заведения - мол, еда хорошая, вкусная и организм прекрасно всё переваривает. Дикий народ - эти дети саксонских земель! Поэтому, если пока неопытная Даша удивилась предложению Тимура, то Пауль охотно пошёл со своим другом к туалетам. Парни не дошли до места, заявленного в переводе с русского на немецкий. Советский прапорщик остановил сына главного прокурора города на пол пути и популярно объяснил, что если Пауль будет продолжать так вести себя с его Дашей, то драку у вокзала легко повторить. Вот только парни будут стоять не спиной друг к другу, а напротив. И пусть сейчас Пауль быстро подумает, чей удар будет первым и последним? И у немецкого парня есть выбор: сломать ему нос или сломать ему челюсть? Пауль моментально протрезвел, от волнения вновь назвал Тимура «Васья» и клятвенно заверил своего кореша, что он так старается заинтересовать его подругу только из чувства благодарности, старается только для своего советского друга. Прапорщик в знак взаимного понимания только похлопал парня по плечу. А немец передумал идти в туалет и быстро вернулся назад. Когда Тимур позднее присел к столу, то заметил, что стул Пауля возвратился на своё место; а он сам, демонстративно обняв одну из немочек за плечи, наблюдает за танцующими парами. Сбитая с толку дочь генерала сердито спросила прапорщика:
- Что ты ему сказал?
- Понимаете, Дарья Михайловна, у каждого человека должен быть выбор. И вот я предложил нашему немецкому другу: или сломанный нос, или сломанную челюсть.
Девушка опешила:
- За что, Тимур?
- Чтобы от моей девушки подальше держался! - теперь уж рассердился прапорщик Кантемиров.
- А что, я уже твоя девушка? - Даша придвинулась к Тимуру, - Ууу, ты мой ревнивец!
И с ходу поцеловала Тимуру в губы. Затем вдруг отпрянула и заявила:
- Подожди, мой парень! Мы же ещё не пили на брудершафт?
Это было серьёзное упущение взаимоотношений молодых людей. Тимур разлил по бокалам вино, скрестил руки с Дарьей, допил с ней бокалы до дна и крепко поцеловал девушку под одобряющие хлопки соседей по столу. И при этом нежно держал её за талию. Дочь генерала не отстранилась.
А в зале разгоралось веселье. Дарья ещё в школе занималась бальными танцами и потащила своего кавалера танцевать, но прапорщик Кантемиров танцевал чуть лучше, чем играл на гитаре, поэтому быстро сдался. Очередь дошла и до лейтенантов, но те тоже смогли продержаться только по одному танцу. Объявили конкурсный национальный танец. И тут к столу подошёл бармен и вежливо попросил у своего камрада разрешенья обратиться к «фройлян Таша». Тимур великодушно разрешил. Эрик поинтересовался у советской девушки, танцует ли она немецкие танцы? Фройлян в ответ сообщила, что в ленинградском институте их обучали национальным танцам. Эрик вновь попросил разрешенья у Тимура пригласить его подругу на танец. А Даша уже сама поднялась со стола и протянула руку. И эта оригинальная пара отправились покорять танцпол ночного бара «Эспланада». А Тимур смотрел на заскучавших лейтенантов за своим столом и просчитывал варианты встречи с немецкими пацанами в понедельник. С понедельника нужно было, кровь из носа, выиграть время. Хотя бы пару дней до встречи с немецкой полицией и дачи показаний по факту драки у вокзала. Тимур пока не знал, чего именно хотят от него немецкие блатные. Да и особистам полка тоже придётся что-то объяснять под запись. Советский прапорщик со словами: «Есть важное дело, Пауль» подозвал парня к сослуживцам. Они вчетвером отошли к барной стойке. Тимур обратился к офицерам:
- Парни, вы знаете, что это мы с Паулем завалили тех хулиганов у вокзала?
- Да ну, нах? - усмехнулся Рома, а Вася просто оценивающе оглядел Тимура и покачал головой.
Начальник войскового стрельбища Помсен снял пиджак и закатал правый рукав рубашки, под которой белела марлевая повязка. Затем обратился к немцу:
- Пауль, расскажи офицерам про нашу драку у вокзала. Только говори медленно, я переведу.
Сын прокурора города вновь воспрянул духом. Он получил новых слушателей. Пауль вновь подробно повторил свою версию событий того вечера, а Тимур не перебивал и синхронно переводил. Лейтенанты переглянулись.
- Ну, ни хрена себе! А говорили же, что это наш офицер всех нокаутировал и в полицию сдал, - удивлённо проговорил Вася.
- Нет, мы вдвоём справились. Да и генерал Потапов уже всё знает, вчера вечером пришлось рассказать. И Дарья всё слышала. Предлагаю сделать так: в понедельник с утра вы оба заявите своим командирам, что нашли меня сами и успели поговорить и со мной, и с Паулем. А потом продумайте сами, как протянуть время с показаниями полиции хотя бы до среды. Мне нужны эти два дня, и я вас обоих прошу. Немец здесь ни при делах.
Офицеры опять переглянулись, и сейчас заговорил Роман:
- Тимур, да мы за этот заход в ночной бар тебе и так тебе должны по жизни. Как скажешь, так и сделаем. Завтра ещё прикинем - чё к чему.
- Всё парни, договорились, - улыбнулся Тимур и добавил, - Завтра под вечер я к вам в общагу загляну. А сейчас мы с немцем займёмся досугом для вас на эту ночь. Правда, корефан Пауль?
Тимур вновь ободряюще похлопал немецкого парня по плечу. Сын прокурора города ничего не понял, но утвердительно закивал. А прапорщик попросил его познакомить наших офицеров с весёлыми девушками без особых запросов и организовать хороший ночлег для друзей. Эта просьба была так близка Паулю. Он тут же радостно предложил всей компанией продолжить веселье у него дома, благо родители уехали к родственникам на праздник в Берлин. Пока всё складывалось очень даже удачно!
Примерно ближе к часу ночи стали оглашать список победителей в различных номинациях и вручать призы и подарки. И самой красивой девушкой, натюрлих (naturlich - конечно), была признана русская фройлян по имени Таша Патапафф. Дарья и в самом деле в этот вечер была просто сногсшибательна и на седьмом небе от счастья, за что и получила в доказательство своей красоты соответствующую грамоту в виде праздничной открытки и приз в виде большой куклы в национальном костюме и большую корзину яблок, килограмм так на пять. Это же праздник благодарения! Когда прапорщик Кантемиров оценил вес этого подарка, дочь генерала весело пообещала:
- Ничего, Тимур! Вместе дотащим.
Обычно этот ночной бар работал до четырёх утра, но все уже натанцевались, и компания стала собираться на выход. А на улице всё ещё стояла очередь. Конечно, уже не длинная, как раньше, но желающих было по прежнему много. Бар «Эспланада» работал в полную смену и приносил стабильный доход. На улице Пауль стал приглашать Дашу с Тимуром к себе домой продолжить веселье вместе с его подругами и лейтенантами. Разгорячённая праздником и воодушевлённая призами фройлян Таша тут же согласилась, но её парень резонно заметил:
- Даша, я знаю, что там будет. Поверь мне на слово - если мы туда пойдём, завтра же твой отец лично поставит меня к стенке вашего дома и расстреляет.
Девушка враз поскучнела:
- Папа может...
Молодые люди разошлись, Пауль с лейтенантами и немочками двинулись быстрее, время было для них очень дорого. Один час шёл за три. Как во время боевых действий. А наша Даша переложила в свою корзиночку три яблока (больше не поместились), взяла в охапку куклу и со вздохом: «Потащили, Тимур» первой выдвинулась в отчий дом. Тимур тоже вздохнул, схватил корзину и догнал подругу. По дороге девушка решила придумать имя своей немецкой кукле, парень посоветовал назвать Ангеликой или Гели. Учитель немецкого языка произнесла это имя несколько раз с разной интонацией и согласилась. Прямо перед дверью генеральского дома девушка поставила свою корзиночку на скамью, сняла шляпку, положила рядом, приблизилась к молодому человеку и вызывающе спросила:
- Прапорщик, ты такой смелый только с хулиганами? Да поставь ты свою корзину, наконец!
Затем двумя ручками крепко обхватила парня за шею, прижалась и поцеловала взасос. Поцелуй был долгим, и за это время руки Тимура успели обследовать не только талию генеральской дочери. Дарья Михайловна довольная результатом отстранилась от друга, привела в порядок платье и причёску, накинула шляпку и надавила кнопку звонка. Открыл генерал, удивлённо посмотрел на куклу с яблоками и впустил молодёжь. Дочка с ходу заверещала:
- Папа, это мой приз! Мама, я тебе сейчас такое расскажу. Ты не поверишь!
Прапорщик, наконец - то, избавился от корзины, кивнул на девушку и коротко сообщил папе:
- Пост сдал!
- Пост принял! - улыбнулся генерал и спросил, - зайдёшь на чай?
- Нет, спасибо! Да и поздно уже, устал.
Даша при родителях целомудренно ткнула губками Тимура в щёку, молодой человек попрощался и зашагал домой, разминая руки после тяжёлой ноши. Прапорщик Кантемиров, как и дочь генерала Потапова, выполнили свои обязательства по взаимному двухстороннему договору, взятому днём раньше. Вечер удался!
На следующий выходной день, ближе к вечеру Тимур, захватив пару бутылок пива, зашёл на «Ледокол», в общагу холостяков гарнизона. Лейтенанты только встали, приводили себя в порядок и пытались восстановить коллективным разумом события этой ночи. Появление прапорщика с пивом «приняли на ура» и ещё раз поблагодарили за вчерашний вечер. Вася тут же откинул одеяло и вытащил из - под кровати ящик водки.
- Ну, ни хрена себе! Только пять бутылок осталось. Где остальные?
- А ты не помнишь, что ли? - удивился Роман, - да ты ночью, когда в доме прокурора водка закончилась, сам заявил, что ты самый быстрый «Белый Олень» и тебе за это памятник в парке стоит. И вызвался за водкой сбегать.
- И сколько раз бегал? - спросил, выпив полбутылки пива в один присест, лейтенант.
- Два раза, - уточнил товарищ.
Тут прапорщик Кантемиров решил подключиться к этому коллективному разуму:
- Парни, а вы помните о вчерашнем разговоре?
Лейтенанты переглянулись, Василий допил пиво и ответил:
- Тимур, это святое! Забывать нельзя. Да я вот всё чётко помню, до момента, когда немка в доме Пауля стала передо мной голой танцевать. Потом всё! Как отрубило, ничего не помню.
Прапорщик на полном серьёзе прокомментировал этот важный момент в жизни молодого политработника:
- Вася, это твой офицерский мозг тебя же и охраняет. Значит, что было после грязных танцев, тебе знать лучше не надо.
- Так, интересно же? - улыбнулся офицер политотдела штаба армии и сам спросил прапорщика, - Тимур, а у тебя то с Дашей вчера хоть что-нибудь сладилось?
- Целовались, - скромно заметил начальник полигона.
Лейтенанты заржали во весь свой молодецкий голос. Роман, сквозь смех произнёс:
- Попал ты, Тимур, с генеральской дочкой! «Руссо туристо, облико морале!».
- Так, товарищи офицеры, давай к делу переходить, - предложил правильный прапорщик Тимур, - завтра в гарнизоне поднимется большой кипишь по моему поводу. Думаю, уже с обеда меня начнут дёргать к вам в политотдел армии. Парни, мне нужно контролировать ситуацию и я повторюсь, будет лучше, если информация обо мне прямо с утра дойдёт до ваших командиров. И вам обоим будет зачёт - нашли, мол, Вася с Ромой этого оберлёйтнанта Соколофф. Молодцы!
Лейтенанты после пива стали соображать быстрее, Роман спокойно сказал:
- А в чём проблемы, товарищ? Завтра прямо после развода подойдём к шефу, это замначальника политотдела штаба армии полковник Лащ Олег Степанович. Мы ещё его зовём Олег Стаканович, уважает полковник это дело. Вот, так и скажем, нашли мы этого «последнего героя». Точно он, и немец Пауль подтвердил. Специально в выходные встречу организовали, так сказать очную ставку, - офицера понесло, - Работали по этому заданию без выходных. Заодно и отгулов отхватим. Дальше, что от нас надо?
Прапорщик задумался и ответил:
- Чтобы завтра всё устаканилось до обеда, и потом я сдёргиваю с полигона. Дело есть!
- С Дашей кувыркаться будешь? - догадался Вася.
«Эххх, нет на вас Ангелики Шмидт!» - подумал Тимур и ответил сообразительному лейтенанту:
- С другой надо бы встретиться.
- Ай, прапор, ай молодца! И вашим и нашим успевает! А конец, конечно, окунуть надо. Как же без этого? Пока от генеральской дочки чего дождёшься, так глядишь и монахом можешь стать, - резюмировал любвеобильный лейтенант. И ведь был отчасти прав! Прапорщик Кантемиров и в самом деле в последнее время начал задумываться о встрече с продавщицей Верой для душевного разговора. Опять же этот постоянный стресс надо было как то снимать. Но, первым делом у начальника стрельбища были «самолёты, ну а девушки потом!». Тимур выдвинул ещё просьбу:
- И мне нужно будет пару дней до допросов в немецкой полиции и вручения этой награды.
- Сделаем! - сказал Вася. Роман подтвердил:
- Тимур, ты главное, свою версию продумай, а мы как бы проверим и доложим полковнику. И ещё тебя завтра точно к Олегу Стаканычу вызовут, а этот любит за стрельбы и ученья поговорить. И пообещай ему свою медаль вместе обмыть. Вообще, все вопросы отпадут!
- Понял! - улыбнулся Тимур, - пора мне, дел завтра много.
- Прапорщик, забери ты эту водку от греха подальше. Как раз тут такой расклад получается: две бутылки Эрику, две тебе за бар и одна за эту ночь.
- Да там вроде Пауль расстарался?
- Не, Тимур, без тебя бы ни чего не было. Хотя и самого главного не помню, - рассудил лейтенант.
Прапорщик Кантемиров с пакетом водки заспешил к себе в общагу. С завтрашнего утра Тимура ждали: стрелка немецких пацанов с нашими старшеклассниками, встреча с местными блатными, показания полицейским и награда с денежным призом. И ещё с понедельника на полигоне становились полевым лагерем десантники с Лейпцига, и планировали стрельбу в тире особисты Штаба армии. Ни от первых, ни от вторых начальник стрельбища не ждал ничего хорошего. Покой прапорщику только снился!

P.S. Все имена и события придуманы автором и к суровой действительности не имеют никого отношения.
Оценка: 1.3667 Историю рассказал(а) тов. Камрад : 29-08-2017 08:21:13
Обсудить (6)
30-08-2017 12:42:40, Рихтер
"Вот говорят - книжка для дураков, книжка для дураков... А м...
Версия для печати

Дочь генерала
(продолжение)

Следующим ударом по неприступному пока бастиону по имени Даша должны были быть извинения хулиганистых пацанов. Тимур был уверен в парнях, в том, что они выполнят свои условия договора. И ещё советский прапорщик хорошо понимал, на какой риск он идёт ради малознакомых старшеклассников и их преподавателя. Тут уже не обойдёшься гауптвахтой. И если попадёшься за участие в такой интернациональной драке, могут запросто и в двадцать четыре часа в Союз отправить. Дослуживать в районе, где много песка и мало воды. И Особый отдел уже ничем не поможет. Но, прапорщик Кантемиров уже принял решение и просчитывал различные варианты развития событий. Пока шла стрельба школьников, начальник полигона решил не терять времени даром, вначале приказал дневальному нагреть для него воды в бане и затем аккуратно, особо не высовываясь во время стрельбы, на склоне бруствера тира со стороны немецкого кукурузного поля собрал букет ромашек. Когда вода нагрелась, тщательно помыл голову, сполоснулся и переоделся в гражданку. Тимур сменил батарейки на своём портативном аудиоплеере «Сони Уокмен», которые только появились в продаже на чёрном рынке Дрездена. Это был наимоднейший аппарат и мечта всех молодых офицеров и прапорщиков гарнизона. Ещё у прапорщика Кантемирова на полигоне в домике и в комнате семейного общежития хранились по флакону настоящего французского одеколона «Cacharel pour L Homme» с металлическим подстаканником, купленные уже за западные марки в Интершопе*.
Отвлекусь немного за парфюмерию. И я бы вначале хотел уточнить, что прежде чем заиметь настоящий французский, не побоюсь этого слова - ОдЭкОлОн, крутому советскому прапорщику ГСВГ просто необходимо было вначале достать не менее крутые джинсы. И не какие - нибудь там местные ГДРовские штаны фирмы «Боксер» за сто марок, а настоящую американскую джинсу «Монтану» или «Левис страус» за триста марок. Затем надо было надеть импортный батник (рубашку) и обуть настоящие кроссовки «Адидас». Как утверждал в те времена местный фольклор: «Если ты носишь Адидас - тебе любая девка даст!». Чуть не забыл, на руках у клёвого пацана должны были быть обязательно импортные часы, лучше японские; но, на худой конец подойдут и «7 мелодий». И только после этого, когда ты упакован и готов внутренне и морально к приобретению настоящего парфюма, необходимо было обратиться к специалисту. В Шестьдесят Седьмом мотострелковом полку таким спецом был начальник вещевого склада, прапорщик Толик Тоцкий, который до призыва в армию почти профессионально фарцевал парфюмом у себя на родине в городе Сумы. Ареста за спекуляцию удалось избежать только благодаря призыву на действительную военную службу. К начальнику склада обращались все, и в первую очередь жёны офицеров и прапорщиков. Прапорщик Тоцкий даже имел честь проконсультировать по этому жизненно важному вопросу жену командира полка и супругу начальника штаба. Толик и посоветовал своему коллеге по службе приобрести именно этот французский одеколон, добавив при этом, что бабы будут вешаться на шею Тимура только от одного запаха. В те далёкие былинные годы ещё не было компромиссов в парфюмерии, никакого унисекса и непонятной гендерной принадлежности. И если одеколон был для мужчин - значит, был для мужиков! И в те времена паскудных парфюмов ещё не умели делать. От любого одеколона шёл правильный, долгий шлейф, а запах был просто несмываем. И в любом приличном обществе с ходу могли определить, что на тебе именно французская туалетная вода, а не советский ширпотреб. Хотя прапорщику Кантемирову доставляло истинное удовольствие после бритья набрать в ладошку «Шипра» и окунуть свой свежевыбритый подбородок в родной одеколон с возгласом: «Бляха-муха!». Совсем как отец в Тимуркином детстве. И эта ежедневная процедура по утрам сильно поднимала Тимура в собственных глазах. Он был мужиком! И ещё однажды прапорщика Кантемирова удивила просьба соседки по семейному общежитию, жены молодого офицера, не выбрасывать пустой флакон от импортной парфюмерии. Новые хозяева затем налили в освободившуюся тару польский одеколон и поставили на видное место в стенку, перед корешками подписных изданий. И это тоже было круто! В глубинке Советского Союза, в свободной продаже были в основном одеколоны: «Русский лес», «Тройной», «Шипр» и от комаров очень годился «Красная гвоздика». Конечно, при очень большом желании можно было «достать» и настоящую французскую парфюмерию, которую периодически «выкидывали» в продажу в центральных магазинах Москвы и Ленинграда. С применением мер предосторожности можно было и надыбать «чеков» по чёрному курсу и купить парфюмерию в инвалютных магазинах «Берёзка». Французские духи доставались советским женщинам всякими правдами и неправдами и стоили больших усилий: узнать, достать, урвать и простоять в очередях. Поэтому тема парфюма в Советском Союзе была всегда актуальна и не остановится здесь на заграничном одеколоне советского прапорщика.
Следующей задачей для влюблённого молодого человека был выбор аудиокассеты для плеера. Тимур в основном слушал рок, и в основном хеви-метал. А вдруг Дарья Михайловна в автобусе соизволит музыку послушать? А вот нате Вам с нашим превеликим удовольствием! Но, не станешь же предлагать целому преподавателю Blac Sabbath, например, или нам Judas Priest. Тимур представлял свои дальнейшие действия так - заходит он значит в автобус, весь такой красава ультрамодный с наушниками на шее, а салон тут же заполняется ароматом Кашарель. Глазища генеральской дочери сразу загораются, а римский носик по запаху начинает инстинктивно и хищно искать добычу в виде простого советского прапорщика. А вот затем приходит очередь прекрасных ушек. И для этого надо было подобрать соответствующую музыку. Не Шурика же с гитарой тащить за собой в салон автобуса? Хорошо в домике хранилась одна кассета Битлз. Классика всегда останется классикой! Тимур так размечтался о следующей встрече с генеральской дочкой, что чуть не прослушал сигнал с Центральной вышки об окончании стрельб. Быстро нацепил на бок свой музыкальный аппарат, наушники закинул на шею, схватил букет, выскочил во двор и, подозвав к себе сержанта Басалаева, дал ему ещё вводную по работам на стрельбище в своё отсутствие. Полигонная команда собиралась к обеду, и со стороны бойцов старшего периода послышались различные смехуёчки по поводу букета и внешнего вида их командира. Прапорщик Кантемиров только шутливо пригрозил солдатам кулаком и свистнул Абрека. Пёс подошёл с виноватым видом и поджатым хвостом. Тимур вначале почесал собаку за ухом, затем погладил по спине и сказал: «Ну что, предатель? Прощаю тебя. Остаёшься здесь за старшего». Просто нормальные парни и самцы не должны ссориться из-за баб и самок. Не мужское это дело!
Начальник войскового стрельбища Помсен немного обогнул дорожку к Центральной вышке так, чтобы его сразу не было заметно с окон автобуса, и заскочил в салон вместе с последними учениками. Погода стала меняться, на советский полигон стал наступать неожиданный саксонский туман. Молодая учительница сидела у окна и задумчиво смотрела на домик казармы полигонной команды, поэтому не заметила появления прапорщика Кантемирова во всей свой красе. А он так старался! Да и рядом с ней были два верных лейтенанта политотдела штаба армии, которые пытались её развеселить анекдотами про курсантов и их подруг. Зато на прибытие молодого человека враз обратили свое женское внимание несколько старшеклассниц с передних сидений. Послышались возгласы: «Тимур, садитесь с нами!», «А какая у Вас музыка в наушниках?» и «Ах, французский одеколон. Да я сейчас отдамся!». И раздался громкий девичий смех. Вообще дети военных взрослели раньше своих гражданских сверстников. На это влияли и постоянная смена места жительства, и частая смена школ, и новые одноклассники, иногда не совсем дружелюбные. Многим парням и девчатам часто приходилось доказывать своё место под солнцем в этом непростом школьном мире. Особенно раньше взрослели старшеклассницы. Выпускников гарнизонных школ родители должны были отправить в Советский Союз в обязательном порядке. Тимур неоднократно видел надпись на стене дрезденской школы: «Ни одной целки в Союз!». Этот крик девичьей души постоянно стирали, но лозунг свободной любви появлялся вновь и вновь. Прапорщик Кантемиров знал о многих любовных историй со старшеклассницами от своих сослуживцев, да и солдат в том числе. Иногда эти «лав стори» заканчивались весьма печально. А Тимуру вполне хватало немочек и вольнонаёмных женщин вокруг.
И раз «пошла такая пляска» за лямур остановимся немного на немочках и советских «вольняшках» соответственно. Итак, «Die Deutsche junges Madchen» делились на правильных и неправильных. Правильные немецкие девушки никогда сами не общались с советскими военнослужащими, некоторые из них даже презирали советских солдат и офицеров. Сказывалось воспитание родителей. Но, иногда на официальных встречах с советскими военнослужащими этим правильным фройляйн поневоле приходилось представляться и проводить время за одним столом с русскими. И раз им руководство учебного заведения или предприятия сказало: «Дружба - Freundschaft», значит будь добра и улыбайся своим завоевателям. Вообще, немцы - очень законопослушная нация. У них даже блатной мир какой-то неправильный. Но, об этих особенных камрадах поговорим позже. Очень даже правильной немочкой была подружка Тимура Ангелика Шмидт. И познакомились то они случайно. Прапорщики Тоцкий и Кантемиров играли в настольный теннис в немецком парке прямо около нашего госпиталя. Да, вот так вот запросто военнослужащие Советской армии в свой редкий, безветренный и солнечный выходной день могли перекидывать шарик в пинг - понг в немецком парке. Везде были разбросаны всепогодные теннисные столы из гранита, оставалось только принести с собой сетку, ракетки и шарик. И играй совершенно бесплатно, сколько твоя загадочная душа пожелает. Оба теннисиста были в шортах и майках, и с неуставными причёсками. Белобрысый и статный украинец Толик вообще походил на настоящего арийца. У Толика был какой там школьный разряд по настольному теннису; а Тимур, как и любой боксёр, просто уважал эту игру на реакцию и силу удара рук. Парни разыгрались не на шутку и не сразу заметили, как к ним подошли немецкие девчата. Подруги приняли русских за своих и сразу поинтересовались, что эти интересные спортивные парни делают сегодня вечером. Тимур успел незаметно шепнуть Толяну о якобы их полной безграмотности в местном наречии, и стал знаками показывать фройляйн, что они русские офицеры и плохо учились в школе, не знают немецкого языка, так как получали только двойки и единицы (высшие отметки в немецких школах) и за это их учителя отправили в Советскую армию подальше от родного дома. И на живом примере Толика просто взял и шутейно пнул товарища под зад и показал немецким девушкам - мол, вот так они после плохой учёбы в школе и пинка преподавателей оказались в Дрездене. Немочек удивили и развеселили эти необычные и компанейские русские парни. Раньше они таких весельчаков не встречали, и подружки представились сами: Ангелика - Гели и Габриэла - Габи. После чего стали между собой спокойно обсуждать достоинства новых знакомых. Эти же русские двоечники всё равно ничего не понимают! И если наши старшеклассницы взрослели быстро, то юные немочки могли им дать фору на сто очков вперёд. По поводу секса они были намного грамотней, опытней и свободней. И опять же в каждом немецком платном туалете стояли автоматы для продажи презервативов. Тимур от тайно прослушанного девичьего разговора даже покраснел и из-за прилива крови в нижнюю часть тела перестал улыбаться и пропустил несколько очков на радость сопернику. Договорились встретиться вечером на дискотеке в самом крупном ночном баре «Эспланада» в историческом центре города. Тимур знал, что в этот ночной бар очень сложно попасть, билеты покупались за месяц. Девушки смогли объяснить, что проходные билеты им выделили по комсомольской линии в Союзе Свободной Немецкой Молодёжи. (нем. Freie Deutsche Jugend, FDJ). Похоже, эти девчонки были ещё и активистками.
Советские прапорщики тщательно приготовились к встрече и оба, благоухая Кашарель, встретились в баре с фройляйн. Подружки пришли ещё с тремя девушками, как оказалось, они учились в одной группе техникума (нем. Fachschule). Тут подтянулись друзья Тимура палестинцы, которых советский прапорщик быстро попросил по-русски не выдавать его знания немецкого языка. Арабы были за переводчиков, и компания получилась очень даже тёплой. Водка, вино и пиво лились рекой весь вечер. Две девушки покинули стол и стояли рядом у колонны, чтобы лучше видеть сцену, где играла местная группа. К одной из них подошёл молодой чернокожий кубинец, взял за руку и попытался пригласить её на танец. Девчонка что-то резко ответила, и горячий кубинец тут же влепил ей в ответ звонкую пощёчину. Тимур с Ангеликой сидели ближе всех за столом. Советский прапорщик быстро снял с руки свои часы и на чисто местном наречии спокойно произнёс свой спутнице: «Ангелика, подержи пока мои часы, пожалуйста», быстро встал и провёл кубинцу хук слева. Удар получился не менее громким пощёчины, а кубинец вдобавок остановился головой об колонну. Музыка резко прекратилась. Кубинцы сидели недалеко за отдельным столом и все одновременно вскочили и направились к Тимуру. С нашей стороны подтянулись арабы и Толик с пустой винной бутылкой в руке. Намечалась грандиозная интернациональная драка! Международного скандала не получилось, так как перед кубинцами встал их старший по производственному обучению, огромный негр по фамилии Стивенсон (для друзей просто Стив), а перед арабами возник бармен и хозяин заведения, высокий рыжеволосый немец с бакенбардами по имени Эрик. Тимур и Стив были знакомы, кубинцы постоянно покупали у наших военнослужащих радиоаппаратуру, и прапорщик Кантемиров подогнал им несколько радиоприёмников и проигрывателей пластинок. И как - то раз Стив попросил его привезти из Союза банты для его дочерей - близняшек, которые должны были пойти в этом году в школу. На Кубе даже банты для девочек были огромным дефицитом. Тимур в очередном учебном отпуске в Ленинграде купил пару ярких девчачьих портфелей, набил их тетрадями и альбомами для рисования, запихнул туда кучу разноцветных карандашей, авторучек и пеналов, добавил наших шоколадок и закончил сюрприз для кубинских первоклашек бантами на всю школу. Радость Стивенсона просто не описать словами, а его благодарность не знала границ. Прапорщик Кантемиров со словами: «Стив, это же детям!» категорически отказался от денег молодого папы и в тот вечер после кубинского рома так и не смог уйти домой, упал с возгласом: «Йо-хо-хо, и бутылка рому!» и уснул прямо на полу кубинской общаги. Хорошо хоть матрас постелили. Стивенсон хотя и был старшим у своих собратьев, но всё равно плохо говорил по-немецки. Хотя немного знал русский язык от наших военнослужащих на Кубе. Вообще кубинцам немецкий язык давался очень трудно. Например, даже русское название города Лейпциг, по правильному берлинскому произношению звучит как Ляйпцик, по-саксонски - Ляйпцишь, а по-кубински - Липси. Вот и пойми их, этих горячих кубинских парней. С помощью Тимура как переводчика с немецко - русского на кубинский переговорщикам Стиву и Эрику удалось выяснить, что нокаутированный кубинец хотел пригласить немецкую девушку на танец, а она отказала ему и обозвала «Чёрной свиньёй» (нем. Schwarz Schwein), что было не совсем интернационально. В итоге девушка извинилась, Тимур с палестинцами накрыли поляну на радость всем кубинцам, а Эрик не стал вызывать полицию и предложил советскому прапорщику чаще заходить к нему в ночной бар. И заодно попросил при случае захватить «Килек в томате». Все эти переговоры внимательно фиксировала правильная немецкая девочка Ангелика Шмидт, которая затем протянула часы прапорщику и в присутствии своих подруг сказала с возмущением:
- Тимур, так ты говоришь по-немецки? Ты нас слушал в парке и всё понимал. Как тебе не стыдно?
Молодой советский гражданин прижал свои руки к груди и от всей души, честно глядя немецкой девушке в глаза, с лёгким акцентом произнёс:
- Ангелика, до нашей встречи с тобой я по-немецки знал только «Я хочу есть» и «Я хочу спать с тобой». Всё! А сегодня я целый день посвятил изучению прекрасного немецкого языка. Может быть, я такой вундеркинд?
Все фройляйн вместе с барменом враз развеселились от такого признания, а Эрик вдобавок выставил две бутылки шампанского от заведения для всей честной компании. Советское шампанское очень ценилось у немцев, и было самым дорогим напитком в ночных барах Дрездена. И прапорщики оценили этот шикарный жест, и в следующий раз Тимур с Толиком подогнали в этот ночной бар целую упаковку дефицитных советских консервов. Так и притащили вдвоём в сумке.
А в этот вечер друзья переночевали в небольшой двухкомнатной квартире Габи, мама которой работала в ночную смену. Место хватило обоим парам. До этого случая прапорщик Кантемиров почти шесть месяцев встречался с новой продавщицей магазина отдельного танкового батальона, стоявшего впритык к полигону. Продавщицу звали Верой, она была родом из Кемерово, старше Тимура ровно на десять лет и успела научить молодого прапорщика кое-чему в плане личных отношений. До Веры у Тимура были ещё вольнонаёмные подружки с медсанбата. Поэтому в первую ночь с Ангеликой Шмидт молодой человек предполагал, что он в сексе со своим жизненным опытом будет ведущим в паре с немецкой подругой, а она ведомой. Всё получилось с точностью до наоборот! Гели оказалась ненасытной и опытной фройляйн, и секс был для неё как борьба между мужчиной и женщиной. Простой дружеский «перепих» она не признавала и постоянно экспериментировала. За этот период знакомства с Ангеликой молодому человеку удалось потрахаться в самых неожиданных местах: под мостом реки Эльба, на Северном кладбище города у кирхи и в Трабанте (крайне неудобная машина для этого дела). А столы для тенниса в парке у госпиталя можно было уже назвать «супружеским ложем» молодой пары. И это было по - настоящему: «Дас ист фантастишь!». Вот тебе и комсомольская активистка! И иногда Тимуру казалось, что Ангелика таким образом просто мстит советскому прапорщику за безоговорочную капитуляцию своих дедов в мае 1945 года. И опять же политика вмешалась в личную жизнь этой темпераментной пары. Если в Советском Союзе везде бушевала Перестройка, громыхала Гласность, а впереди намечалось якобы Ускорение; то в Германской Демократической Республике был Орднунг (нем.Ordnung - порядок) и были Штази (нем. Stasi - Министерство государственной безопасности ГДР). Поэтому, когда студент Кантемиров, окрылённый вольным духом Ленинградского Государственного Университета, как то в перерыве между сексом заявил своей подружке, что произведение «Капитал» Карла Маркса - полный отстой и Ангелике пора выкинуть эту книжку со своей полки на свалку, то получил достойный отпор в духе марксизма-ленинизма. Правильная немецкая девушка заявила своему другу, что он поддался на провокации империалистов и пусть Тимур считает, что сейчас этими словами он дал ей пощечину. Советский юноша возмутился и сказал, что он в жизни не ударил ни одной девчонки и не ударит никогда. И вообще, никого не ударит открытой перчаткой, а только кулаком. Ссора в этот день была нешуточной и оказалась началом разлуки. Летом Гели окончила свой техникум и поступила в Лейпцигский Университет. Тимур не видел свою подружку уже более двух месяцев и считал себя свободным человеком. Да и расстался парень со своей немецкой девушкой с лёгким сердцем, так как от такой сексуальной жизни просто устал. Напомню, что у советского прапорщика была ещё армейская служба на полигоне со стрельбой днём и ночью. И ещё были некоторые свои дела. За этот период постоянных любовных утех Тимур похудел на несколько килограмм и вновь вернулся в свою родную весовую категорию - веса «мухи».
Теперь немного отвлечёмся на неправильных немецких девушках. Это были страшненькие, но очень доступные девчата в основном из сельских мест. Они с удовольствием ходили на танцы в ГДО, флиртовали со всеми подряд и всегда готовы были отдаться любому холостяку гарнизона за кров, еду и водку. Все мы знаем, что страшных женщин не бывает, бывает только мало водки. Поэтому и эти боевые подруги пользовались у нашего брата вполне определённым успехом. Некоторые из них были со стройными фигурами и периодически жили в холостяцких общагах по несколько дней и ночей, переходя из комнаты в комнату. Любви и ласки хватало на всех страждущих, иногда даже перепадало солдатом срочной службы в кочегарках, на свинарниках, танкодромах и стрельбищах. Иногда немочки беременели и рожали. Полиция со слов молодой мамы и с помощью комендатуры быстро находили молодого папу и отправляли его в двадцать четыре часа в Союз дослуживать на благо родному Отечеству. Мама с ребёнком оставались на своей исторической Родине. Периодически наши холостяки подхватывали от своих временных подруг различные венерические заболевания и тайно лечились в медсанбате и госпитале. В общем, как гласила армейская мудрость: «Попали мы служить в страну дождей, блядей и велосипедов».
А теперь нам пора вернуться в школьный автобус на войсковом стрельбище Помсен, где наш юный прапорщик просто смутился от неожиданных откровений старшеклассниц в присутствии свой учительницы. Тимура после Ангелики Шмидт уже сложно было удивить чем - то таким откровенным, но рядом была Дарья Михайловна, всё пошло не по задуманному ранее плану и прапорщик Кантемиров пошёл на экспромт и опять со словами: «Я даже не пытаюсь!» вручил дочери генерала свой букет, собранный под обстрелом с небольшим риском для своей жизни. Глаза девушки вспыхнули, но не будь Даша генеральской дочкой и учителем, если бы она не взяла себя в руки, спокойно приняла букет, вдохнула аромат полевых цветов и сухо произнесла:
- И это всё! А извинения?
Вдруг учителя немецкого языка совсем неинтеллигентно перебил один из лейтенантов, который неожиданно перешёл с Тимуром на ТЫ:
- Ни хрена себе! «Сони Уокмен». Дай послушать?
Тщательно разработанный план менялся по ходу движения школьного автобуса. Но, Тимур охотно снял с себя аппарат и вручил офицеру, который тут же нацепил наушники, включил аппарат и прямо под ушком Даши громко воскликнул:
- Ну, ни хрена себе! Битлз!
Дочь генерала сморщила свой носик и косо посмотрела на лейтенанта. Одним конкурентом стало меньше. А Тимур знаком показал офицеру, что в наушниках надо говорить тише, и вновь повернулся к девушке:
- Извинения будут обязательно, но, немного позже. Дарья Михайловна, вот даже саксонским ёжикам в этом тумане понятно, что мы с Вами абсолютно разные люди и у нас никогда не будет романтических встреч с поцелуями и вздохами под луной.
Тут генеральская дочь возмутилась:
- А это потому, что вы оценили себя на пять с плюсом, а меня на три с минусом?
- Конечно, нет, - вздохнул Тимур и впервые назвал учителя по имени, - Даша, Вы очень красивая девушка, но мы с в самом деле очень разные человеки, и поэтому у меня к Вам будет предложение в виде двухстороннего взаимовыгодного договора.
Всё же студент Кантемиров учился на юридическом факультете ЛГУ и заранее потренировался с этой фразой. Тут было главное зацепить интерес девушки, а потом уж как пойдёт. Даша клюнула:
- Это какой ещё договор?
Прапорщик Кантемиров вновь перешёл на официоз:
- Дарья Михайловна, я с Вашим папой стрелял недавно на спор из пистолета Макарова и остался должен генералу две бутылки пива. Согласитесь, это дело чести и долги надо отдавать.
- А мой папа Мастер спорта по стрельбе! - радостно доложила генеральская дочь.
- Об этом я немного догадывался, - улыбнулся Тимур, - но, прошу Вас заметить, сударыня, что я Кандидат мастера спорта по боксу и Вашего папу на ринг не приглашал.
- Так, понятно! А дальше, - уже с нетерпением спросила девушка.
- Вот! Вы, со своей стороны, приглашаете меня сегодня домой, и я возвращаю долг генералу. И, может быть, даже ужином накормите, - успел произнести Тимур, как его резко перебил звонкий девичий голос с глубины салона автобуса:
- И спать уложите!
И опять весь класс грохнул от смеха.
- Нет! Сегодня спать каждый будет в своей постели, - улыбнулся прапорщик Кантемиров. Дарья Михайловна тоже развеселилась и спросила:
- Так, с моей стороной договора мне всё понятно, - и вновь обратилась на ТЫ к молодому человеку, - а с твоей стороны какие будут действия?
- Завтра в городе, в ночном баре ««Эспланада», в 19.00. у немцев начинается праздник для молодёжи Erntedankfest (Праздник благодарения). Этот праздник проходит раз в году, и в этот бар билетов уже не достать. Но, у меня есть два билета, и я приглашаю Вас, Дарья Михайловна, поучаствовать в этом мероприятии.
И если для дочери генерала выход в местный свет на танцах в ГДО уже состоялся, то это приглашение было заманчивой возможностью показать себя для местной богемы и попрактиковаться в своих знаниях немецкого языка. На этот праздник, в этом ночном баре билеты практически не продавались, а расходились только по специальным приглашениям. И пропускали на это мероприятие или в национальных немецких костюмах, или в классических платьях для девушек и в костюмах - тройках для парней. Вот такой был дресс-код. А вообще то, прапорщик Кантемиров, мягко говоря, слукавил. Не было у него никаких пригласительных билетов, а был только знакомый хозяин этого заведения по имени Эрик; и, как запасной вариант, оставался сын прокурора города по имени Пауль. Прокурорский сынок наверняка сможет организовать билеты для Тимура с девушкой. Но, в этом случае советскому прапорщику придётся раскрыться и выйти из подполья. Что не сделаешь для дочери командующего армией? А в салоне автобуса тут же раздались звонкие голоса: «Ой, возьмите нас с собой!», «Дарья Михайловна, отдайте нам прапорщика Тимура!» и тому подобные девичьи требования. И Даша приняла волевое решение:
- Я согласна! - и протянула Тимуру свою ладошку.
Молодой человек быстро и резко сжал руку учительницы так, что та только ойкнула, и торжественно произнёс:
- Стороны скрепили двухсторонний договор крепким рукопожатием!
Девушка тряхнула рукой и вдруг с улыбкой сказала:
- А у меня сегодня День Рожденья! Вот и будет для меня такой подарок.
- Ёшкин Кот! - воскликнул Тимур и обратился к старшеклассникам, - Народ, у вашего учителя сегодня именины, а вы ни сном, ни духом? Нехорошо! А теперь давай все вместе - ПОЗДРАВЛЯЕМ!
И салон автобуса вздрогнул от одновременного поздравления своему учителю. Тимур не знал, что до этого момента у классного руководителя со своими учениками за первый месяц обучения были напряжённые отношения. В классе организовалась группировка парней и девчат под предводительством уже знакомых нам Безбородова Александра и Паклина Андрея, которые ни в какую не хотели воспринимать всерьёз свою молодую училку и по всякому доставали её. А Дарья Михайловна уже начала задумываться об ошибке в выборе своей профессии. Но, сегодня, после стрельбы вожаки этого движения сами вдруг отозвали Дашу в сторону и извинились перед ней. И это был нормальный пацанский поступок. Затем парни поделились со своими сверстниками о подмоге прапорщика Кантемирова в дальнейших разборках с немцами, и, учитывая интерес Тимура к учительнице, старшеклассники решили больше с ней не связываться. Ещё утром в одном автобусе находились две конфликтующие стороны, а с войскового стрельбища Помсен уже ехал обратно дружный класс во главе со своим очаровательным преподом. А информация об участнике драки за дрезденском вокзалом стала распространяться со скоростью передвижения этого школьного автобуса. Поэтому вопрос раскрытия инкогнито прапорщика Кантемирова оставался только вопросом нескольких дней. Тимур задумался и потом спросил девушку:
- Так у вас, наверное, будет полон дом гостей?
- Нет! Только дядя Толик придут с женой. Мы же здесь пока никого не знаем, - вздохнула генеральская дочка.
Это был неожиданный удар со стороны Дарьи Михайловны. Прапорщик Кантемиров уже был наслышан про дядю Толика - друга генерал-лейтенанта Потапова, начальника Особого отдела Первой Танковой Армии, полковника Кузнецова Анатолия Жановича. Этот контрразведчик с непонятным французским отчеством появился в гарнизоне с весны этого года, немного раньше своего товарища. От своего особиста полка прапорщик знал, что Потапов и Кузнецов дружат давно, и что главный контрразведчик армии успел повоевать в Афганистане и имеет орден Красной Звезды. С кем, с кем, а с полковником Кузнецовым Тимур сегодня никак не ожидал встретиться. Но, отступать было уже некуда, позади был только полигон Помсен. Прапорщик Кантемиров ещё раз уточнил у Даши время своего прибытия - ровно в 20.00. и вышел у общежития немного раньше школьников.
У молодого человека было ещё два часа в запасе для подготовки к встрече с семьёй генерал-лейтенанта Потапова. И за это время Тимур успел проконсультироваться со своим приятелем Толиком по поводу духов для девушки и получил короткий и исчерпывающий ответ: «Только Chanel No.5». Затем переоделся в свой любимый классический костюм тёмно синего цвета на белую рубашку с чёрными туфлями, вынул из тайника сто западных дойчмарок, добавил к ним пару сотен социалистических денег и отправился за подарком для именинницы. Ещё Тимур захватил из дома самый крутой полиэтиленовый пакет из под проданных ранее джинс. Как говориться: «Гулять, так гулять! Стрелять, так стрелять!». Прапорщик Кантемиров решил твёрдо завоевать сердце Даши и пошёл ва-банк. И для него было уже не важно, какие там особисты окажутся в гостях у генерала. Советский военнослужащий аккуратно, сохраняя меры предосторожности, зашёл в Интершоп гостиницы «Меркурий» для западных туристов, быстро приобрёл там две самые большие и дорогие банки пива и средний флакон французских духов. И попросил ещё симпатичную продавщицу убрать с купленного товара все фирменные бирки магазина и сложить покупки в его пакет. Хорошо, что в те времена на товарах не было штрих-кодов, пришлось бы соскабливать штык-ножом. За всё, про всё ушло около семидесяти дойчмарок. И если взять курс валюты один к семи, за который сбывал деньги Тимур, то это сумма была его среднемесячной зарплатой. Затем прапорщик зашёл на вокзал и купил три самые красивые розы разных цветов: бордовую, красную и белую. У человека же День Рожденья! Готовый и упакованный молодой человек двинулся потихоньку в сторону набережной реки Эльба. Семьи военнослужащих дрезденского гарнизона жили в основном на обычных городских улицах немецкого города. Жилые советские дома делились на благоустроенные ДОСы - это были обычные современные панельные пятиэтажки с центральным отоплением. В основном такие дома стояли по улице Курт Фишер Аллее, недалеко от Эльбы. В таких домах, в отдельных квартирах жили офицерские семьи. А семьи прапорщиков и сверхсрочников обитали в трёхэтажных неблагоустроенных семейных общежитиях, перестроенных из бывших кайзеровских казарм под жилые комнаты. Некоторые ещё оставались с печным отоплением. В таких общагах даже мансарды были приспособлены под отдельные небольшие комнаты. Как правило, там селились холостые офицеры, не желающие жить в общежитиях на территории части. В частном секторе по улице Клараштрассе стояли коттеджи для командования Первой танковой Армии. По этой же улице жили в отдельных коттеджах руководители города Дрезден. Это была так называемая «нижняя территория», где находились Штаб армии, ГДО и школа.
Семья командующего Первой Танковой Армией занимала самый красивый двухэтажный коттедж по элитной улице. И пока прапорщик Кантемиров спокойно подходил к «нижней территории», в доме генерала держали семейный совет. Гости, супруги Кузнецовы, можно было сказать, были частью этой семьи, так как дружили ещё с молодых лет и их дети выросли у друг друга на глазах. Причиной сбора была старшая дочь генерала. Семьи решили вместе отметить её двадцатидвухлетие и обсудить проблемы дочери в школе. Конечно, генерал-лейтенант Потапов хотел как лучше: и чтобы дочь была рядом, и чтобы смогла проверить себя в выбранной профессии, да и социалистической валюты подзаработать. А получилось как всегда! По большому счёту, не надо было молодого специалиста без опыта работы сразу бросать к старшеклассникам и назначать у них классным руководителем. Поработала бы пока с малышами, приобрела опыт, и там, глядишь, и втянулась бы в работу. Но, классный руководитель старшеклассников получал намного больше, чем при работе с первоклашками. Миром правят деньги! За первый месяц работы молодой преподаватель столкнулась с такими проблемами, о чём никто и никогда не учил её в педагогическом вузе. Тем более, при работе с детьми военнослужащих. Дарья жаловалась маме, что не знает, как справиться со своими учениками. Жена пересказывала генералу, а он только морщился от этой проблемы. Генерал-лейтенант Потапов многое мог в этой жизни, раз прошёл путь от командира танкового взвода до командующего Первой Танковой Армией. Но, опытный офицер не мог даже представить, что можно сделать с детьми в школе, чтобы они слушались его дочь - учителя? Вызвать родителей этих обормотов к себе и вставить им по «самое не балуй»? А они передадут это послание своим деткам через офицерский ремень? А толку? Только школу развеселишь! Главный контрразведчик тоже был не в силах ничем помочь в этом щекотливом деле. Два нормальных мужика уже битый час сидели и обсуждали впустую различные варианты выхода из этой школьной ситуёвины. Жёны переговаривались отдельно на кухне. Тут все услышали щелчок открывающегося замка, и в дом влетела раскрасневшаяся Даша с букетом ромашек в руке и затараторила с ходу:
- Дядя Толик, здрасьте! Тётя Настя, привет! Мама, папа у нас сегодня будет гость.
Дочь взглянула на огромные часы в углу прихожей и со словами: «Так мало времени осталось!» побежала к себе наверх переодеваться. Генерал с генеральшей опешили от такого напора и разительной перемены в настроении девушки. Ещё утром на работу уходил подавленный и растерянный ребёнок, а сейчас домой вернулась радостная и уверенная в себе дочь. Дарья переоделась в халат, спустилась, поставила букет в вазу и спросила участников тайного собрания по поводу её дальнейшей судьбы:
- Всё ещё сидите? Я же сказала - у нас будет гость. А стол ещё не накрыт.
- Перспективного лейтенанта с политотдела себе подцепила? - первым пришёл в себя генерал, - и как твои дела в школе?
- Папа, бери выше. Прапорщика с полигона! - рассмеялась дочка и добавила, - а на работе всё отлично. Никаких проблем!
- Прапорщик? - разочарованно протянула мама. А Потапов переглянулся со своим другом и спросил:
- Подожди, дочь! А как же твои старшеклассники - хулиганы?
- Папа, ты ничего не понимаешь! Я же сказала, что познакомилась на стрельбище с прапорщиком, его Тимур зовут. Вот Тимур сам отозвал этих парней, они поговорили, пожали руки, а потом Безбородов с Паклиным сами подошли ко мне и извинились. А ещё сказали, - Дарья на секунду задумалась и рассмеялась, - сказали, что если меня ещё будет кто-то доставать, они ему рыло начистят. Да, так и сказали - начистят рыло!
Папа помотал головой:
- Ничего не понимаю! Кто такой Тимур?
- Папа, вот ты уже целый генерал-лейтенант, а такой непонятливый! Прапорщик Кантемиров с полигона Помсен. Я его пригласила на День Рожденья, и мы завтра с ним идём в ночной бар к немцам. Мы так договорились. Папа, да знаешь ты его, он тебе две бутылки пива должен.
- Кантемиров, что ли? - догадался генерал, - нормальный прапорщик. На БМП станцевал недавно для меня. И в ЛГУ заочно на юридическом учится.
В тот момент генерал-лейтенант был готов хоть чёрта к себе в дом пустить, лишь бы снять с себя головную боль с проблемами дочери в школе. А Дарья вдруг удивилась:
- А Тимур мне ничего не говорил про свою учёбу! Да, папа, у меня к тебе серьёзный разговор. Вот ты, мастер спорта по стрельбе, вызвал простого прапорщика на спор стрелять и победил. Папа, а ты знаешь, что Тимур КМС по боксу? А если он тебя сегодня на ринг вызовет? Вот смеху то будет.
Генерал-лейтенант с полковником внимательно посмотрели на девушку:
- Стоп, дочь! А с этого момента поподробней. Кто КМС по боксу? Кантемиров?
Даша, довольная произведённым эффектом, пожала плечиками:
- Ну, конечно, папа! Вот какой ты непонятливый, ну кто же ещё то? У Тимура и значок КМС СССР на форме висит, и на скакалке так прыгает - одно загляденье.
В разговор вмешался дядя Толя:
- Дарья, а перевязку ты у прапорщика на руках не заметила?
Девушка задумалась:
- Так он в своих боксёрских бинтах бегал и со скакалкой в левой руке. Ой, дядя Толик, точно! У него же правая рука перевязана марлевым бинтом чуть ниже локтя была.
Даша улыбнулась, довольная своей внимательностью и зоркостью. А её папа добавил задумчиво:
- И немецкий хорошо знает, сам слышал.
Контрразведчик Кузнецов заметил:
- Вроде всё в цвет бьёт. Точно он! И сам к нам идёт. На ловца и зверь бежит!
И тут генерал-лейтенанта Потапова понесло:
- Ну, надо же, а? Ядрён - батон! Целый месяц весь гарнизон ищет этого «оберстлёйтнант Васья Соколофф», а этот боксёр со мной на спор стреляет, на броне танцует и на скакалке прыгает. И ни слова о себе. Вот, партизан, а? И сейчас ко мне ещё в дом заявится. Ну, погоди, прапорщик!
Генерала распирала буря чувств: это была радость за родную дочь и гордость за своего подчинённого, справившегося с немецкими уголовниками; и генеральский гнев за то, что он узнал то о прапорщике только сейчас и только от Дарьи. И, конечно же, генеральский гнев преобладал над всеми остальными чувствами. А куда без генеральского гнева в Советской Армии? А дочка генерала упёрла руки в боки и спросила строго:
- Папа, что вы с дядей Толей собираетесь сделать с Тимуром?
- Да не мешало бы его вначале выпороть, - отдышался генерал и предложил своему товарищу, - Жаныч, давай вмажем с тобой по стопарю для храбрости. А то этот КМС по боксу сейчас придёт и нас с тобой ещё поколотит. Ну, надо же, а! Вроде такой щупленький паренёк, с виду то и не скажешь, что боксёр?
Генерал подошёл к столу, разлил две стопки водки, чокнулся с полковником и лихо засадил стопарь под солёный немецкий огурчик. Затем ещё раз обратился к дочери:
- Да успокойся ты. Ничего плохого твоему Тимуру не будет. Немцы вон хотят его даже медалью и премией наградить. А мы твоего прапорщика немножко с дядей Толей пожурим по-отечески.
- Знаю я ваши «пожурим»! - дочь решила стоять за своего гостя до конца, - папа, дядя Толик, дайте мне сейчас слово офицера, что Тимуру ничего плохого не будет. А то я сейчас сама поеду на полигон и расскажу всё ему про вас.
- Поедет она! Декабристка нашлась. Сядь, дочь, к маме и слушайте все внимательно.
Дарья присела на диван к маме и тёте Насте, и все услышали гарнизонную версию драки на вокзале советского военнослужащего и сына прокурора города с местными уголовниками и про безуспешный поиск советского офицера - боксёра по имени Вася Соколов. Генерал добавил в конце этой криминальной истории:
- Этот боксёр ранен был в руку ножом и оказался теперь дружком нашей дочери. Это он, больше некому!
Возмущённая Дарья вскочила с дивана:
- Папа, никакой он мне не дружок! Мы с Тимуром даже вначале поссорились, а потом помирились.
- Ну, с тебя станется! - усмехнулась мама. А довольный своей речью генерал предложил полковнику:
- Жаныч, а давай ещё по сто?
- Всё! Хватит. Гостя дождитесь, а мы пока стол накроем, - строго сказала генеральша, и женщины пошли готовиться к встрече Тимура. А сам генерал только развёл руками:
- Ну вот! Дожили, блин! Теперь генерал с полковником будут сидеть и целого прапорщика ждать. И ведь ничего не поделаешь, товарищ полковник, сказали ждать - будем ждать.
Потапов с Кузнецовым, как нормальные мужики, всё же договорились не наезжать с ходу на Кантемирова, а помочь ему в дальнейшем нормально выйти из этого дела. Всё же, Тимур вон как Дарье помог с её учениками. Командующий с главным особистом не смогли, а начальник полигона смог.
Ну, может быть, выговор влепить этому борзому прапору для профилактики. Совсем невиновных в Советской Армии не бывает, и без наказания никак.
Праздничный стол был накрыт, именинница переоделась в парадное платье и получила подарки от родителей и друзей семьи. Даша по секрету успела рассказать маме и тёте Насте историю своего знакомства с Тимуром и о том, в какой именно ночной бар они пойдут завтра. Тётя Настя, как прожившая в Дрездене дольше генеральской семьи удивилась и сообщила товаркам, что русским в этот праздник в ночной бар «Эспланада» попасть практически невозможно, чем ещё больше подняла планку Тимура в глазах Дарьи. А прапорщик Кантемиров, совсем не подозревая о бурных событиях в генеральском доме и напевая: «Как хорошо быть генералом!», подошёл к генеральскому дому. Тимур после трёх лет сверхсрочной службы в ГДР перенял у немцев очень важное качество - прапорщик старался всегда быть точным и пунктуальным как немецкий автобус и прибывать точно в срок. Конечно, на службе в Советской Армии быть пунктуальным прапорщиком очень сложно, но начальник войскового стрельбища Помсен очень старался. Перед тем как нажать кнопку звонка Тимур на всякий случай переложил духи из пакета во внутренний карман пиджака. В это момент Даша взглянула на свои часики, вздохнула и сказала:
- Уже восемь часов, а Тимура всё нет.
- Да у твоего прапорщика ещё двадцать секунд в запасе! - генерал приблизил к глазам свои точные «Командирские». И как только дочь успела возмущённо ответить: «Папа, он такой же мой, как и твой!» раздался звонок входной двери дома.
- Нет, Анатоль, ты только посмотри. Секунда в секунду! - Потапов возмущённо приблизил свои часы к Кузнецову, - да это прапорщик просто издевается над нами. Щас я его!
Генерала опять охватила буря чувств от предвкушения праздничного стола и нормального разговора с парнем его дочери. И, конечно же, над всеми чувствами опять преобладал гнев генеральский. А дочь, подпрыгнув по девчачьи на одной ножке, закричала: «Ура!» и побежала открывать дверь своему гостю. Все взрослые посмотрели ей вслед и понимающе заулыбались. В комнату вслед за Дашей зашёл долгожданный гость с пакетом.
- Ну, заходи, студент! - Генерал-лейтенант встал со стула и протянул прапорщику руку, - знакомься: Анатолий Жанович со своей супругой Анастасией Петровной. А это моя вторая половина - Рената Рашидовна, между прочим, Кантемиров, землячка твоя с Казани.
Тимур крепко пожал руки мужчинам и подошёл к маме Дарьи, яркой восточной женщине, больше похожую на сестру девушки, чем на её маму, и со словами: «Вот теперь я понял, в кого именно такая красивая Ваша дочь» вручил ей бордовую розу. И в ответ услышал: «Мерси, молодой человек!». Затем повернулся к жене контрразведчика и с ловкостью фокусника выловил из пакета красную розу и протянул симпатичной женщине:
- А это вам!
- Учитесь, мужчины! - воскликнула «тётя Настя», посмотрела на офицеров и демонстративно вдохнула аромат цветка. Дарья рассмеялась и воскликнула:
- А почему маме розу, а имениннице ромашки?
- А характер весь в папу, - Тимур протянул девушке последнюю белую розу.
- О, папина дочка! - сказала, улыбаясь, мама.
И тут генерал-лейтенант возмутился своим праведным генеральским гневом:
- Подожди, прапорщик! А чем тебе мой характер не угодил?
- Да что вы, что вы, товарищ генерал-лейтенант! Да от Вашего характера вся Первая танковая армия в восторге. А что касается лично меня? Вот когда вы, Михаил Петрович, прибываете ко мне на полигон и стоите вот так и молчите, - молодой человек прошёл в центр комнаты, встал, широко раздвинув ноги, сцепил руки за спиной и стал осматривать всё вокруг, - Всё! Лично мне больше счастья не надо. Вы стоите и молчите, а я в тот момент самый счастливый прапорщик Советской Армии!
Прапорщик так точно изобразил генеральский взгляд, что все гости и хозяева грохнули от смеха. Сам генерал отсмеялся, протёр глаза и заявил:
- Ты мне, Кантемиров, зубы то давай не заговаривай. Долг принёс? Дело чести!
Тимур подошёл к праздничному столу, вынул из пакета две литровые банки заморского пива и со стуком поставил обе на стол. Если бы сейчас начальник войскового стрельбища Помсен поставил бы с таким же стуком на этот же стол пару ручных наступательных гранат РГД-5 - эффекта было бы намного меньше. В те былинные годы жестяная банка пива была такой же редкостью, как и японские часы «Сейко» на руке Тимура. Потапов с Кузнецовым подошли к столу и стали разглядывать капиталистические диковины. Генеральский гнев быстро сменился на генеральскую милость. Потапов задумчиво произнёс:
- Тимур, я даже спрашивать не буду, откуда у тебя это пиво. Только повторюсь - умеешь ты удивлять. Жена, давай бокалы.
Офицеры попробовали ногтем открыть металлическую тару, ничего не получилось. Потапов опять обратился к Кантемирову:
- Открывай сам, раз принёс. Но, только одну банку. Вторую оставлю себе на завтра.
Прапорщик быстро откупорил банку и разлил поровну всем в фужеры для шампанского, приготовленные мамой Даши в честь такого события - пить пиво из банки! Тимур тут же вспомнил, как в свой первый отпуск привёз домой бутылку немецкой водки и ликёра. Все гости, а отец ещё ради такого события, дегустации заграничного напитка, пригласил ещё и соседей, были очень довольны, хотя всем дегустаторам также досталось по чуть - чуть. Вот только водка не понравилась, а ликёр пришёлся по вкусу. А вообще прапорщик Кантемиров не любил пиво. Совсем. Абсолютно! Ни немецкое, ни чешское и тем более - советское. Из лёгких алкогольных напитков больше предпочитал вино. И больше всего прапорщика Кантемирова удивлял сам факт непонятной жажды офицерами и прапорщиками немецкого пива при возвращении из отпуска в ГДР. При пересечении польско-немецкой границы (по территории Польши поезд практически не останавливался, и выходить советским военнослужащим было категорически запрещено) вся мужская часть пассажиров поезда Брест - Дрезден на первой же долгой немецкой станции тут же устремлялась в привокзальный гаштет пить пиво. В вагонах оставалась только женщины и дети, да и редкие парни вроде Тимура. В этот раз пришлось выпить свою долю и изобразить вместе со всеми полный восторг от заморского напитка. Вот только главный армейский контрразведчик вдруг задал профессиональный вопрос:
- Ловко банки открываешь, прапорщик. Где научился?
- Армейская смекалка, товарищ полковник, - улыбнулся Тимур.
Видимо, у Анатолия Жановича тоже проявился свой особый особистский гнев. Может быть, от вручённой розы Тимуром его супруге, а может быть, и от наглого ответа этого парня. Нам не дано понять загадочные души контрразведчиков. И особист резко спросил у Тимура:
- Это ты дрался у вокзала?
Генерал с полковником уже сидели за столом и смотрели на прапорщика, который стоял рядом с Дашей и с бокалом в руке. А у советского прапорщика тоже было право на свой гнев, да и рядом находилась такая девушка! Молодой человек постарался ответить сдержанно:
- Товарищ полковник, я знаю, кто Вы по должности и хорошо понимаю, что отвечать вопросом на вопрос - это вверх неприличия. Но, всё же спрошу. Вот, почему, как особисты, так сразу начинают тыкать взрослым незнакомым мужчинам?
Полковник усмехнулся:
- И что будет?
- Можно и в морду получить, - вздохнул Тимур, хорошо понимая, что зашёл слишком далеко.
- Так, «взрослый незнакомый мужчина», а тебе самому зубы не жмут? Давай без борзости в моём доме! - Генерал начал привставать, опираясь об стол на свои огромные кулаки.
- А в вашем доме меня обещали накормить вначале, а потом допрашивать, - парировал Тимур и посмотрел на Дарью.
И тут в «чиста пацанский базар» вмешалась супруга генерала:
- Так, дяденьки, оставьте мальчика в покое. Мальчик хочет кушать! - и обратилась к парню, - садитесь, Тимур, и не обращайте внимания на этих неотесанных мужланов. Начните с салата, потом я горячее подам.
Жена особиста только посмотрела на своего супруга и фыркнула. А дочь генерала снова взяла руки в боки и гневно обвела взглядом папу и дядю Толика. Женская половина была на стороне прапорщика. Генерал сел и только молча поднял руки вверх. «Хенде хох! Гитлер капут!». Наступила неловкая пауза. А Тимур сел, начал есть и одновременно говорить. Говорил подробно, ровно и спокойно. Начал с позднего возвращения с вокзала домой и закончил прибытием полицейских и скорой. Только ничего не сказал о том, где и кто сделал ему перевязку в тот вечер. Остальные гости просто сидели и внимательно слушали. Тимур одновременно доел салат и закончил свой рассказ. Затем взглянул на генерала:
- Михаил Петрович, а я бы сейчас с вашего разрешения водочки маханул?
- За встречу! - поднял указательный палец хозяин дома, и за столом сразу все загалдели и стали накладывать угощение. А генерал добавил:
- Кстати, прокурор Дрездена здесь рядом живёт, вниз по улице. Завтра заскочу, обрадую. Нашли, мол, мы наконец то этого «Васья Соколофф».
Вот только Анатолий Жанович ел молча, о чём то думал о своём, об особом и вдруг заявил Тимуру:
- Так ты - боксёр?
Прапорщик понял, что контрразведчик Кузнецов читал его донесения и, сопоставив услышанное, догадался, кто именно из агентов особого отдела сидит сейчас перед ним. Тимур только кивнул, а генерал сказал, улыбаясь:
- Да боксёр он, боксёр! Что, Жаныч, на спарринг решил Тимура вызвать?
Полковник отрицательно покачал головой и сказал прапорщику:
- У нас скоро стрельба из пистолетов в тире, там и поговорим.
Тимур вновь кивнул головой. После второй выпитой папа - генерал вдруг вспомнил о своей дочери:
- А у кого у нас сегодня День Рожденья? Кого мы сегодня будем за ушки дёргать?
- Ну, наконец-то! Спасибо, батюшка, что о дочке своей вспомнили. А то всё кого то в морду бить собираетесь, да стрелять готовитесь, - Даша опять посмотрела в сторону папы и дяди Толика. А Тимур понял, что пора вводить в действие тяжёлую артиллерию. Прапорщик сам разлил водку мужчинам и вино дамам, встал с рюмкой и сказал:
- Дарья Михайловна, я бы хотел вначале при всех извиниться перед Вами за сегодняшнее.
Даша тут же перебила Тимура:
- Да я вас давно простила уже. Как только мои ученики извинились передо мной, так и я вас заодно и простила. И не только простила, но и готова поцеловать.
Девушка начала привставать, а парень не ожидал такого напора:
- Даша, подождите! Я вас ещё с Днём Рожденья не поздравил. И у меня подарок есть.
И с этими словами вытащил из кармана пиджака духи и протянул дочери генерала. Дарья округлила свои глазища и ничего не могла сказать. Рената Рашидовна только произнесла: «Мамочки мои!», а Анастасия Петровна воскликнула: «Да это же Шанель номер пять!». С другого конца стола её супруг решил уточнить:
- Какая шинель?
Жена контрразведчика только махнула на супруга рукой и обратилась к Даше:
- Так, подруга! Давай делись подарком.
- Минуту, тётя Настя, - Даша обогнула стол и звонко поцеловала обалдевшего Тимура в щёку, вернулась и аккуратно распечатала упаковку. Дамы нанесли себе по дозе французского парфюма, и по дому поплыл такой аромат, что даже такие «мужланы», как генерал с полковником, получили лёгкий ольфакторный шок (лат. Olffactorius - обонятельный). А мама Дарьи добавила:
- Тимур, это же так дорого! Зачем такие траты?
- Рената Рашидовна, Анастасия Петровна и Дарья, если я вам скажу, во сколько мне обошлись эти духи, я сам опущу значимость своего подарка ниже плинтуса, - пошёл ва-банк прапорщик.
Супруга контрразведчика, как более разбирающаяся в ценах, томно промолвила молодому человеку:
- Так мы же здесь все свои.
Тимур улыбнулся:
- А потом меня ваш муж из этого дома отправит в другой дом. Казённый!
- Говори прапорщик, не стесняйся, - поддержал свою жену дядя Толя.
- Да, Тимур, давай выдавай нам свою военную тайну. Мы ни кому не скажем, - заговорщицки с улыбкой потянулась к Тимуру через стол Даша.
- Колись прапорщик. Это приказ! - сказал последнее слово генерал.
Есть! - весело ответил Кантемиров, и честно (ну, почти честно) признался:
- Эти духи я обменял за две матрёшки в общежитии Лейпцигского университета.
И победно обвёл взглядом всех вокруг. Мол, вот я какой! Ухарь. «Гулять, так гулять!». Генеральский дом замер. А генеральша, задумчиво глядя на уже такого дорогого гостя, сказала:
- А мы как раз из Союза привезли пять матрёшек. Нам друзья посоветовали.
У прапорщика Кантемирова в голове тут же щёлкнула цифра попадания на дойчмарки.
- И у нас пара матрёшка где-то осталось! - добавила весело тётя Настя.
Цифра увеличилась. А Тимуру было уже всё равно! Он был в центре внимания таких красивых женщин, и на одну из которых имел самые серьёзные виды. Одна из красавиц, а именно супруга контрразведчика, как самая практичная дама, спросила у Тимура:
- А что там, в Лейпциге ещё можно обменять или купить?
- Да всё подряд, начиная от женского фирменного белья и заканчивая радиоаппаратурой.
Тётя Настя повернулась к Даше:
- Так подруга! Тебе приказ - этого прапорщика от себя далеко не отпускать и держать на коротком поводке.
- Есть держать на коротком поводке! - рассмеялась дочь генерала.
Да, прапорщик Кантемиров, был готов и сам, без поводка, держаться всё ближе и ближе к этой девушке. Но, Тимур уже начал уставать, да и день выдался очень даже непростой. Молодой человек предложил дочери генерала прогуляться по набережной Эльбы. Дарья с удовольствием согласилась, и молодёжь покинула этот гостеприимный дом.
Оценка: 0.8824 Историю рассказал(а) тов. Камрад : 27-08-2017 10:32:40
Обсудить (162)
04-09-2017 22:20:59, BigMaximum
Гм.. мой первый - советский, квадратнообразный, почти: [u...
Версия для печати

Дочь генерала

А теперь про любовь! О новой молодой учительнице немецкого языка в советской школе дрезденского гарнизона Тимур услышал ещё с начала школьного учебного года от холостых офицеров и прапорщиков. Юная особа впервые появилась в свет на танцах в ГДО. И холостяки в перерывах между стрельбами наперебой и взахлёб рассказывали начальнику стрельбища о красоте и всех остальных прелестях нового педагога. Особенно старались делиться яркими впечатлениями наши лейтенанты. Не сказать, что наши молодые офицеры были такими уж впечатлительными людьми с тонкой душевной натурой и легко ранимой душой. Нет, конечно. Ларчик открывался просто! Новая красавица по имени Дарья Михайловна была старшей дочерью командующего Первой Танковой Армии, генерал-лейтенанта Потапова. И вероятно, после окончания педагогического института, конечно же, по папиной протекции смогла завербоваться вольнонаёмным преподавателем в советскую школу. Хорошо быть дочкой генерала! Согласитесь, а это уже уважительная причина для внутреннего душевного волнения и бессонных мечтательных лейтенантских ночей. И такой шанс женитьбы на дочери генерала и последующего стремительного взлёта офицерской карьеры даётся только один раз за всю службу. Тимур не был обделён женским вниманием, да и своих проблем по жизни и службе на тот период вполне хватало. И всё же молодой человек поддался общему холостяцкому движению охмурения генеральской дочки и решил как-нибудь при случае посетить танцы в ГДО и оценить эту таинственную красавицу по своей внутренней пятибалльной шкале. Но, с подготовкой к итоговой осенней проверке и частыми наездами на полигон самого папы - генерала такой случай никак не представлялся. И все мы хорошо знаем, что «если Магомед не идёт к горе, то гора сама вдруг перемещается ближе к Магомеду». Жизнь снова подтвердила эту прописную истину.
В один погожий сентябрьский день на войсковом стрельбище Помсен не было стрельб. Гвардейский Шестьдесят Седьмой мотострелковый полк стрелял в полном составе, «из всех стволов», на армейском полигоне Лейберроза. На Помсене дальность максимальной стрельбы позволяла стрелять только пушке «Гром» БМП-1 и РПГ. На тот момент на вооружении полка уже стояли по одной роте каждого батальона на БМП-2 и танковый батальон на танках Т-80. Зенитчики полка стреляли отдельно на полигоне малой зенитной артиллерии «Балтика» на полуострове Вустров Балтийского моря. Самым большим полигоном Группы Советских Войск в Германии был Магдебургский, где проводились большие стрельбы и ученья, в том числе ученья войск стран Варшавского договора. Затем шёл Виттштокский полигон, где тоже могла работать авиация. Вслед шли армейские полигоны: Лейберрёза, Ютерборгский, Хайдеховский и Ордруфский, где кроме БМП-2 и танков могла стрелять артиллерия. И потом по значимости вниз шли многочисленные небольшие полигоны и войсковые стрельбища вроде нашего стрельбища Помсен. Это было небольшое лирическое отступление за советские полигоны на германской земле. А теперь вновь пойдёт суровая проза жизни про любовь.
Итак, на полигоне Помсен была пауза в стрельбах. И эту паузу нужно было заполнить с чувством и с толком служению Отечеству родному. Прапорщик Кантемиров приказал операторам Директрис и направлений стрельб проверить все силовые кабели в поле, остальных просто отправил на пилораму колотить мишени про запас. А сам вместе с псом полигонной команды по кличке Абрек решил пробежаться по полигону километров так с пяток, заодно проверив своих солдат на работе, а затем попрыгать на скакалке и постучать по боксёрскому мешку в боксах самой дальней танковой Директрисы, где танкисты стреляли вкладным стволиком.
Тимур бежал вместе с Абреком обратно к казарме стрельбища. Щенка особой пастушьей породы солдатам полигонной команды подарил немецкий пастух, который по договорённости с администрацией деревни Помсен пас своих овец на полигоне в больших перерывах между стрельбами. Но, только в тех районах, где пехота отрабатывала наступление. Дальше, куда ложились гранаты и снаряды, пастись было запрещено. Ходить по грибы и ягоды тоже. «Ферботтен», понимаешь ли! «Хальт», «Цурюк» и - «Их верде шиссен!» (Запрещено, Стой, Назад и - Я буду стрелять! Пишем, сохраняя орфографию и прочее, все как написано в обязанностях часового). Пас немецкую отару один пастух и тройка выученных собак специальной пастушьей породы. Таких умных и красивых псин Тимур ещё не встречал! Пастух свистнет потихоньку (прапорщик рядом стоит, еле слышит) что - то своё немецкое, одна собачка тут же вскакивает, но - остаётся на месте; вторая огибает стадо, третья несётся прямо на овец. И стадо перебирается на новое место пастбища, а собаки вновь ложатся с трёх сторон. Один из этих псов рос и воспитывался в полигонной команде. А в ответ бойцы подарили немцу пару солдатских сапог и несколько банок самой лучшей в мире ваксы. Пастух был добродушный и словоохотливый немец, с которым начальник стрельбища постоянно практиковал язык страны пребывания. Абрек, внешне похожий на кавказскую овчарку, вырос в молодого, сильного самца и признавал за своих только людей в форме Советской Армии. Тимур сам занимался дрессировкой пса на немецком языке (немецкий язык просто создан для подачи таких команд), был для него вожаком стаи и единственным человеком в гражданке, которого Абрек мирно подпускал к себе.
Итак, два сильных и молодых самца бежали домой к обеду на запах пищи. Начальник стрельбища приметил издали несколько школьных автобусов у Центральной вышки, большую группу молодёжи и отдельно стоявшую девушку в окружении офицеров и своего замкомвзвода. Раз в полгода на полигоне стреляли жёны офицеров и ученики старших классов. Жёны офицеров стреляли в тире из пистолета Макарова, а школьники в боевой части стрельбища по ближним ростовым мишеням из автомата Калашникова. И обычно о таких стрельбах прапорщика Кантемирова предупреждали заранее. И если в тире можно было стрелять в любой день и в любое время суток, то стрельба по мишеням разрешалась только при наличии оцепления вокруг полигона. В этот раз о стрельбе школьников прапорщика Кантемирова никто не предупредил. Тимур тут же вспомнил рассказы холостяков гарнизона о новой учительнице, прикинул, что именно её могли послать за старшего на стрельбы школьников. Видимо в гарнизонной школе среди преподавателей была своя дедовщина. И было не важно, чья ты дочь. Молодой, он и в советской школе - молодой! Прапорщик сбавил шаг, скинул футболку, вытер пот по ходу движения, приказал Абреку бежать красиво и сам побежал как в кино, подняв подбородок и широко размахивая руками. Весь эффект красивого появления на сцене полигонного амфитеатра смазал инстинкт немецкого пса. Абрек заметил чужаков в гражданке, оскалил зубы и, защищая своего хозяина, вырвался с рычанием на полкорпуса вперёд прапорщика. Советская молодёжь с визгом бросилась врассыпную от такого неожиданного, чёрного и лохматого представления, а спереди учительницы вдруг появился сержант Басалаев. Стоявшие рядом с ней два лейтенанта вообще оказались на пару шагов позади. Если бы мы не знали, что Басалаев Виталий вместе с другими солдатами полигонной команды выкормил и вырастил этого пса, то можно было бы сказать, что сержант закрыл своей грудью мирное гражданское население в виде очень даже красивой и статной училки. Тимур успел на бегу схватить Абрека за ошейник, развернул его по инерции вокруг себя, пару раз хлестанул пса скакалкой по горбине, резко приказал на немецком сесть и лечь, и вдруг услышал со спины звонкий голос: «Что Вы делаете? Отставить немедленно!». Прапорщик повернулся, встретился взглядом с этими карими глазищами и понял, что пропал. Совсем! Навсегда! Тимур стоял как истукан и не знал, что ответить этой необычной девушке. Дочь русского генерала оказалась по настоящему восточной красавицей с огромными раскосыми глазами, с чёрными как смоль кудрями волос до плеч и стройной фигуры спортсменки. Ученики стали подтягиваться с опаской к вышке, а юный преподаватель подошла вплотную к псу, присела рядом и со словами: «бедненький малыш» спокойно погладила и почесала за ухом пса. Абрек только лежал, высунув язык, и с благодарностью смотрел на своего спасителя. А затем вообще в знак признания взял да и лизнул девушке руку. Это было невероятно! Как-то раз командир полка, подполковник Григорьев приехал поохотиться на полигон в гражданке и по привычке хотел погладить Абрека и угостить его сахаром. Хорошо прапорщик Кантемиров рядом оказался. Иначе вместо охоты командир полка сам бы дичью оказался. С тех пор все офицеры и прапорщики подходили к сторожевому псу полигонной команды только в форме. Дарья Михайловна ещё раз потрепала пса по холке, привстала, взглянула на прапорщика и спросила строго: « Почему не разрешаете нам стрелять? На вашем полигоне творится такой бардак!». Это был удар ниже пояса. Прапорщик Кантемиров окончательно убедился, чья именно дочь стоит перед ним. Один из лейтенантов тоже решил проявить волю и характер:
- Товарищ прапорщик, почему Вы не в форме? Немедленно переоденьтесь и приступайте к своим служебным обязанностям, - офицер взглянул на часы, - через пятнадцать минут мы должны начать стрельбу!
Прапорщик посмотрел на туфли лейтенанта и форму одежды под названием «брюки об пол», понял, что лейтенант недавно из училища и служит в политотделе штаба армии и спокойно возразил:
- Товарищ лейтенант, у полигонной команды по графику учебных занятий сейчас спортивная подготовка. Мои солдаты немного отстали, скоро подбегут. А вот Вы, в самом деле решили стрелять без оцепления на дорогах к полигону и связистов на Центральной вышке?
Лейтенанты переглянулись и посмотрели на дочь командующего Первой Танковой Армии. Девушка только пожала плечами. Тимур тоже повернулся к красавице:
- А теперь, что касается Вас, дамочка! Мне тут холостяки гарнизона, блин, все уши прожжуали - ах, какая красотка появилась в нашем гарнизоне. И вся такая - растакая, расчудесная! А ЧТО я вижу сегодня в этот прекрасный день? Да ничего особенного. Так, всё средненько и серенько. Примерно на тройку с минусом!
Это был ответный удар за «бардак на полигоне». Учительские глазища стали ещё больше, ямочки на щёчках ещё глубже:
- А Вы, прапорщик, себе наверняка уже пятёрку поставили?
- С плюсом! - улыбаясь, ответил Тимур и в ответ услышал:
- Самовлюблённый павиан!
Прапорщик Кантемиров перестал улыбаться и тоскливо подумал: «Вот и познакомились». Затем обратился к растерянным лейтенантам:
- Товарищи офицеры, предлагаю с телефона дневального нашей казармы дозвониться до дежурного по штабу армии и объяснить ситуацию со школьниками и дочерью генерала Потапова. Думаю, наверняка поступит быстрый приказ в ближайший танковый батальон и вам срочно выделят и солдат для оцепления и двух связистов на Центральную вышку стрельбища. А я дам приказ разрешить стрельбу, - прапорщик улыбнулся, - есть и второй вариант. Я сейчас же докладываю адьютанту командующего о нарушении Инструкции по стрельбе офицерами политотдела штаба армии, и догадайтесь сами - кого именно сегодня поставит генерал-лейтенант Потапов в оцепление комаров кормить?
Офицеры вновь переглянулись и один из лейтенантов в сопровождении сержанта Басалаева быстро выдвинулись к телефону. Второй офицер гневно взглянул на прапорщика и, взяв под руку учительницу, стал ей что-то говорить на ушко и отвёл девушку в сторону. А Тимур подошёл к группе старшеклассниц, улыбнулся, представился по имени и извинился за своего пса и за свой непотребный внешний вид, так сказать - за голый торс. Девчата радостно загалдели:
- Ой, что Вы, что Вы! Нам так нравятся мускулистые парни. А Вы придёте к нам на дискотеку?
Тимур, конечно же, согласился. Он сейчас был готов согласиться на всё, даже на школьную дискотеку, лишь бы ещё раз встретиться с молодой учительницей. И юноша обратился к девчатам:
- Барышни, а кто из вас умеет прыгать на скакалке? Хочу научиться, бегаю вот со скакалкой в руке по всему полигону как дурачок. И никто так и не покажет, как правильно прыгать.
Это скромное предложение развеселило старшеклассниц ещё больше, а самая бойкая подошла к Тимура, представилась Оксаной, взяла у него скакалку, встала на асфальт и сделала несколько прыжков. Тимур, улыбаясь, попросил:
- Помедленней, пожалуйста, покажите ещё раз.
Девушка пожала плечиками и прыгнула ещё пару раз.
Молодой человек воскликнул:
- Так! Оксана, милая, я всё понял. Надо одновременно прыгать ногами и махать руками.
И опять раздался громкий девчачий смех. Вокруг такого развлечения собрались уже все ученики. Преподаватель и лейтенант стояли невдалеке и что-то обсуждали. Дарья Михайловна изредка бросала гневные взгляды на прапорщика. Абрек успокоился, не отходил от своей спасительницы и вилял хвостом. «Вот предатель!» - подумал про своего верного пса Тимур. Ещё прапорщик заметил пристальное внимание двух парней, которые стояли отдельно от всех. Старшеклассники уж очень внимательно рассматривали его руки в боксёрских бинтах и повязку на правой руке. Эти двое переговаривались, иногда хмуро посматривали также в сторону своей учительницы. Тимур вышел на площадку, натянул скакалку и сказал:
- Барышни, только не смеяться! Иногда в этой жизни что-то происходит в первый раз.
В ответ раздался возглас одобрения и девичье хихиканье в кулачок. Никто из девчат и подумать не мог, что Тимур был знаком с этим спортивным инвентарём ещё с пятого класса, с секции бокса. И боксёр запрыгал! Спортсмен поочерёдно менял ноги, скрещивал их при прыжке, бежал под скакалку, затем так нарастил темп прыжков, что успевал сделать мах скакалкой два - три раза при одном касании ногами асфальта. Скакалка только свистела на весь полигон. Шум и смех тут же прекратились, а удивлённая учительница с молодыми офицерами подошли ближе к такому неожиданному цирковому представлению. Во время привычных прыжков Тимур успокоился и спланировал свои дальнейшие действия по окружению и захвата сердца красавицы. Спортсмен остановился, выдохнул и сказал:
- Вот! Научили. Спасибо.
Затем уточнил у лейтенантов о вызванном оцеплении, прикинул по времени и предложил всем:
- Так, народ! У нас ещё примерно час в запасе до стрельбы. Предлагаю передислоцироваться ближе к первому направлению, будем стрелять оттуда. Там и трава помягче будет. А мы пока для вас песенки споём.
Школьники радостно загудели и двинулись в заданном направлении. Преподавателю с офицерами ничего не оставалось, как пойти вслед за учениками. Только двое парней отстали от всех и хотели было подойти к прапорщику, но учитель властным голосом назвала обоих по фамилии и потребовала идти к остальным. Старшеклассники, глядя на преподавателя, опять что-то сказали друг другу и демонстративно заржали во весь голос. Тимур догадался, что эти два пацана были местными школьными хулиганами и у них конфликт со своей новой учительницей. Обычное дело ...
И всё же стратегическая инициатива была перехвачена! И надо было закреплять успех. Для этой тактической цели прапорщик Кантемиров решил привлечь своего бойца, обмотчика электродвигателей по имени Шурик. Его так и все звали, не по званию или фамилии, а просто - Шурик. Этого бойца, родом из Удмуртии и окончившего до призыва электромеханический техникум в городе Воткинске (родины Петра Чайковского, между прочим) начальнику стрельбища сосватали из строевой части полка. Со строевиками у прапорщика был заключен взаимовыгодный и долгосрочный договор - за каждого поставленного бойца с электротехническим образованием Кантемиров выставлял им бутылку «Кёрн». Шурик же сам, добровольно ни в какую не хотел идти служить на стрельбище. Молодой солдат желал пройти солдатскую службу как положено: со стрельбой, ученьями и строевой подготовкой. Вот такой был этот Шурик! И только после уговоров Тимура и клятвенных обещаний солдату круглосуточной стрельбы из всех видов стрелкового оружия полка Шурик сдался. Прапорщик Кантемиров не прогадал. Боец получился грамотный и ответственный, а стрельба ему уже надоела через пару месяцев службы на полигоне. И самое главное, вдруг позднее выяснилось, что Шурик в своё время закончил музыкальное училище по классу гитары и пел в вокально-инструментальном ансамбле техникума. И как этот молодой солдат смог пройти сквозь сито естественного отбора музыкально одарённых солдат различными замполитами - оставалось загадкой. В первый же день рождения Шурика прапорщик Кантемиров привёз бойца с собой в город, угостил мороженным в кафе и выбрал вместе с музыкантом новую гитару ему в подарок. И для полигонной команды периодически наступили редкие свободные музыкальные вечера. Шурик и в самом деле играл и пел почти профессионально и в благодарность решил приобщить прапорщика Кантемирова к «высокому и прекрасному» и научить его играть на гитаре. Но, дальше мелодии «в траве сидел кузнечик» дело не пошло. После нескольких бесполезных попыток Тимур осознал, что тонкое искусство - это не его. Каждому своё! А как бы сейчас пригодилось прапорщику умение томно музицировать и петь мягким баритоном генеральской дочке песенки про любовь. Это вам не на скакалке прыгать! И Тимуру пришлось на передний край своего наступления на девичье сердце Дарьи выдвинуть Шурика с гитарой. Это была ещё не тяжёлая артиллерия, но за разведку с боём вполне могло сойти. Прапорщик Кантемиров честно, как пацан пацану, объяснил своему солдату задачу охмурения учительницы вместе с её ученицами до кучи. Посоветовал музыканту самому продумать и выбрать репертуар для этой секретной операции. Шурик, как творческая личность, тонко осознал важность момента личной жизни своего командира и серьёзно приступил к поставленному приказу: сходил в каптёрку, переоделся в чистое ХБ, нацепил все свои солдатские значки, начистил сапоги и принялся настраивать гитару. Тимур тоже решил не отставать от своего солдата, переоделся в новое ПШ, нацепил Гвардию, затем свой значок средне-технического образования (в народе - «Я тоже не дурак») и закончил свой иконостас знаком Кандидата Мастера Спорта СССР. У нас встречают по одёжке, а провожают по значкам! Затем прапорщик зашёл в Ленкомнату, выбрал самый крепкий стул, приказал музыканту захватить для себя табурет и идти за ним. А Шурик попросил Тимура захватить для него бутылку минералки, только не холодной. Да прапорщик был готов в этот момент и стопарь налить солдату. Лишь бы всё прошло удачно. Так и выдвинулись навстречу школьникам - прапорщик Кантемиров со стулом в руке и Шурик с гитарой за плечом и табуретом для себя. Эту делегацию уже заскучавшие старшеклассники встретили радостным гулом и аплодисментами. А Дарья Михайловна впервые с интересом взглянула на подошедшего прапорщика в форме и со значками на груди, который прямо перед ней аккуратно вдавил свой стул в грунт полигона и сказал:
- Это для Вас.
Генеральская дочь присела и усмехнулась:
- И не надо строить из себя воспитанного человека. Даже не пытайтесь. Я уже сказала, кто Вы такой.
- Что Вы, Дарья Михайловна. Ни в коем разе. Просто, у меня с первого класса нежный трепет ко всем учителям в мире. И меня Тимур зовут.
Начальник стрельбища отошёл от дочери генерала с её кавалерами и объявил начало концерта, специально подготовленного для таких дорогих гостей. Шурик начал с классических испанских мелодий, по которым защищал свой диплом в музыкальном училище. Аудитория вместе со своим преподавателем просто замерла. Глядя на тонкое и вдохновлённое лицо дочери генерала, прапорщик Кантемиров сам вдруг проникся на короткое время большой любовью к классике. Хотя на самом деле Тимур больше уважал рок. Но, надо было соответствовать моменту. А когда Шурик запел русские романсы, молодая учительница вдруг оглянулась, нашла взглядом прапорщика, улыбнулась и кивнула головой. А у не менее молодого и интеллигентного человека в этот момент тут же появилось острое желание, не смотря на свою музыкальную глухоту, всё же научиться играть на гитаре и тоже петь романсы. Тимур так замечтался под музыкальные произведения, что не сразу заметил, как его окликают те двое старшеклассников - хулиганов. Прапорщик аккуратно отошёл, махнул парням в сторону пилорамы и удалился вместе с ними от импровизированной концертной площадки. Парни были дети военных, всю жизнь мотавшие по гарнизонам, поэтому знали, что это на гражданке «можно Машку за ляшку», а в армии - «разрешите», и с ходу начали:
- Товарищ прапорщик, разрешите с Вами поговорить?
Кантемиров сухо ответил:
- Так, пацаны, давай без ВЫ и по имени. У меня тоже к вам обоим базар имеется.
Молодые люди представились друг другу. Парней звали Саня и Андрей, Саня был сын начальника госпиталя, а Андрей сын старшины этого же военно-медицинского заведения. Начал говорить Александр, как сын старшего по званию:
- Тимур, тут такое дело. С неделю назад мы с пацанами вчетвером шли из школы домой и сократили путь через дворы в районе площади Единства, чтобы выйти к трамвайной остановке. Шли быстро и негромко говорили между собой. И в одном из дворов у детской площадки нам преградили путь семь - восемь немецких парней. Примерно нашего возраста и чуть постарше. Один из них был только лет двадцати и с татуировками. Эти парни пили пиво, что - то говорили между собой и смеялись. Мы не хотели ввязываться, но эти пацаны поняли, что мы русские и повели себя агрессивно - стали хватать за одежду, кричали нам и ругались. Произошла скоротечная драка, но их было больше и они были старше. Силы были неравные, нам пришлось убегать. Досталось нам прилично, одежду порвали, «фонарей» наставили.
- Ну нихрена себе! Вот тебе и дружба-фройндшафт, - прервал и искренне удивился Тимур.
Андрей только усмехнулся, а Саня продолжил свой доклад:
- На следующий день мы с пацанами девятых и десятых классов решили провести акцию возмездия. Заранее направили в тот двор пацанят на разведку. Те проверили и доложили, что эта компания в том же дворе сидит и пиво пьют. Мы разделились на две группы по семь человек и зашли с двух сторон. Мы их месили минут десять, после чего разбежались в разные стороны и встретились потом у полка связи.
Саня замолчал, вздохнул и посмотрел на Тимура:
- А вчера у школы к нам подошёл тот немец с татуировками и назначил нам на понедельник стрелку в шесть часов за кирхой на поляне у Пионер-плаце. Сказал, чтобы приходили мы все, иначе немцы будут нас ловить по одному и жёстко мстить. Этот немец хорошо по - нашему говорит, вроде у него бабушка русская была.
Саня опять замолчал. А прапорщик Кантемиров на тот момент забыл и про свой полигон, и про классическую музыку и даже немного подзабыл про красавицу по имени Даша. Для Тимура прозвучала до боли родная и немного подзабытая тема про махач, про свой район и квартал. Это было уже на уровне инстинкта - «Наших бьют!». Внешне пацаны старшеклассники не отличались от своих сверстников - немцев: такие же причёски, те же потёртые джинсы, те же кроссовки или туфли, да и слушали все одну и ту же музыку. Правда, по немецким законам лицам до восемнадцати лет можно было находиться на улицах только до 23.00. Отношения между русскими и немцами в реальности и повседневной жизни были не совсем гладкими. И если в отдалённых от крупных немецких городов наших небольших гарнизонах и военных городках советские военнослужащие редко сталкивались с недружелюбным отношением, или вообще не сталкивались, как например, в деревеньках Помсен и Оттервишь рядом с полигоном, где Тимура все местные знали; то в крупных городах эта проблема стояла остро. Часто в магазинах или в общественном транспорте можно было услышать шипящее «русишь швайн», когда немцы слышали русскую речь. И почему то, в основном от пожилых немцев или от молодёжи. Немцы среднего возраста были к нам более-менее лояльны. Но, о драках среди молодёжи прапорщик слышал впервые.
И вдруг Андрей продолжил:
- Тимур, а теперь главное. Они знают про тебя. Знают, что это ты вырубил уголовников у вокзала. Тот немец там так и сказал - Offizier aus Schiesplatz (офицер с полигона). Только они тебя Васей называют и хотят, чтобы ты тоже пришёл с нами.
Тимур от неожиданности присел на бревно у пилорамы и посмотрел подозрительно на пацанов:
- Откуда они могли узнать про меня?
Парни заговорили наперебой:
- Да мы сами только сегодня убедились, что это ты, когда увидели кулаки в бинтах и перевязку на правой руке. Может быть, раньше с ними где-нибудь махался?
Боксёр задумался, прикинул что-то про себя, принял волевое решение и сказал твёрдо:
- Не было с ними у меня махача. Так, только пару раз с кубинцами схлестнулись. Видно, кто-то из немцев и запомнил меня. Кто я, да откуда. Да чего теперь тереть то лишнего. Слушайте, пацаны, сюда внимательно.
Старшеклассники пододвинулись к прапорщику ближе. Тимур посмотрел обоим в глаза:
- Я вписываюсь в ваш махач. Базара нет! Так, сегодня пятница, осталось всего два дня. На стрелке в понедельник попробуем вначале нормально с этими пацанами разойтись. Пока не понимаю, чего им от меня надо. Но, похоже, эти в полицию точно стучать не будут.
Парни выдохнули и заулыбались. А Саня, развернулся по направлению к городу, согнул правую руку с кулаком и характерным жестом хлопнул левой себе по бицепсу. Тимур, вспомнив свою молодость, тоже улыбнулся и сказал:
- Но, парни, я же сказал в самом начале базара, что у меня есть встречное предложение. Поэтому слушаем дальше и внимательно!
Старшеклассники уставились на прапорщика, который вдруг сердито спросил:
- Какого хрена вы оба достаёте учительницу?
Саня с Андреем никак не ожидали такого поворота в разговоре и опять заговорили, перебивая друг друга:
- Да чё она только в школу пришла, классной стала и ставит из себя крутую! Подумаешь, дочь генерала. Видали мы таких! Чуть старше нас, а всё туда же, застроить нас решила.
Тимур дал им выговориться и продолжил:
- Так, пацаны, в вашем возрасте у меня тоже детство в жопе играло. Мне сложно это вам объяснить, но сейчас мне в самом деле стыдно за свои некоторые подвиги в прошлом. Долго базарить не будем! Я вписываюсь в вашу ситуёвину, а вы оба оставляете в покое Дарью Михайловну. И сегодня же извинитесь перед ней.
Саня удивлённо спросил:
- Тимур, а тебе то какой резон за училку так вписываться?
- Так, она моя девушка, - прапорщик улыбнулся и добавил, - будет.
Андрей рассмеялся:
- Чё та, непохоже она на твою девчонку. Вот как отшила тебя и до сих пор глазами зыркает.
- Пацаны, вы помогаете мне, я помогаю вам. Всё! Без базара!
- Да ладно, Тимур, - Сане явно не хотелось упускать такое подкрепление, - извинимся мы сегодня прямо после стрельбы. Базара нет! Тимур, правда, что ты трёх немцев в нокаут отправил и в полицию сдал?
Боксёр усмехнулся:
- Только двух. Но, один с ножом был. С третьим тот немецкий паренёк справился. А полиция сами приехали, - и тут спортсмен снова задумался и продолжил, - пацаны, я чего тут удумал. Я на самом деле Кандидат Мастера спорта по боксу и попробую договориться с руководством ГДО по поводу спортзала для вас постоянно по вечерам, а вы подтяните ещё наших нормальных пацанов. Будем учиться боксу. Может ещё и Лёва подключится со своим каратэ. Только пока никому не говорите.
Парни только переглянулись от удивления. Это было достойное чисто мужское предложение. Перед десятиклассниками сидел парень не намного старше, но уже доказавший себе и им своими действиями правильность выбранной позиции по жизни. И Александр с Андреем уже понимали, что Тимур пацан непростой и привык отвечать за свой базар. А Саня тут же заявил с улыбкой:
- Тимур, да за это мы прямо сейчас перед этой училкой при всех на колени встанем!
- Вот этого не надо! Извинитесь после стрельбы. Пусть Дарья Михайловна концерт дослушает. А мы встречаемся в понедельник за час до стрелки у полка связи.
Парни пожали друг другу руки и вместе втроём подошли к группе одноклассников. Что не осталось незамеченным от глаз зоркой и строгой учительницы немецкого языка. Шурик уже перешёл на репертуар популярной группы «Машина времени» и все зрители вместе со своим классным руководителем подпевали маэстро на весь полигон про лодки под названием Вера, Надежда, Любовь и про птицу цвета ультрамарин. Концерт удался на славу. Прапорщик в это время быстро договорился с водителями автобусов не уезжать в город без него. Затем подозвал своего повара Расима и попросил его помыть пару кастрюль яблок, запас которых постоянно пополнялся за счёт немецкого сада и хранился на чердаке казармы. И ещё попросил выбрать лично для него самое крупное и красивое яблоко. Бойцы полигонной команды уже были в курсе о стычке их прапорщика с дочерью генерала. Поэтому Расим понимающе взглянул на своего командира, приготовил чистый колпак и фартук и пошёл лично мыть фрукты.
К Центральной вышке подъехал ГАЗ-66, развозивший оцепление, и над полигоном прозвучал сигнал о подготовке к стрельбе. С боевой части полигона быстро потянулись работавшие в поле операторы. А прапорщик Кантемиров взял одну кастрюлю с яблоками, самое крупное зажал отдельно в руке; вторую нёс Расим в своём белоснежном колпаке и фартуке. Это был тщательно продуманный второй выход прапорщика со своим поваром. Ибо, после пищи духовной обязательно требуется пища телесная. И этот выход опять был встречен звонкими, но непродолжительными аплодисментами. На свежем воздухе молодой организм просто требовал подкрепления и хлопать в ладоши было уже некогда. Наступало время стрельбы. Прапорщик подошёл к преподавателю, демонстративно вытер огромное яблоко своим белоснежным платочком (такие хлопчатобумажные платки входили в вещевое довольствие офицеров и прапорщиков ГСВГ) и, молча, протянул Дарье Михайловне, которая опять со словами: «Даже и не пытайтесь!» приняла угощенье и с хрустом откусила изрядный кусок. Тимур спокойно ответил:
- А я не пытаюсь! Но, у меня к Вам профессиональный вопрос по поводу стрельбы. Разрешите спросить?
Генеральская дочь, прожёвывая яблоко, просто кивнула. И прапорщик спросил на полном серьёзе:
- Дарья Михайловна, а вы тоже стрелять собираетесь?
Преподаватель доела очередную порцию витаминов и ответила с улыбкой:
- Обязательно!
У Тимура мелькнула мысль: «Вся в папу!» и он сказал:
- Ну, тогда Вам лично от меня: «ни пуха и ни пера!».
А девушка рассмеялась:
- Пошёл ты к чёрту, Тимур!
- Есть «пойти к чёрту», - прапорщик зафиксировал в памяти обращение по имени и на «ты», улыбнулся, отдал честь, развернулся кругом и зашагал к казарме стрельбища. Молодому человеку очень хотелось повернуться, «чтобы посмотреть, не повернулась ли она, чтобы посмотреть не повернулся ли я»*, но Тимур, чувствуя спиной взгляд девушки, выдержал это испытание и скрылся за забором двора казармы. А над полигоном поплыл сигнал к началу стрельбы ...

(продолжение следует)

Оценка: 1.4259 Историю рассказал(а) тов. Камрад : 24-08-2017 15:52:29
Обсудить (34)
28-08-2017 22:55:42, BigMaximum
Еще медленнее, это ответ на: [quote=Ст. прапорщик запаса;...
Версия для печати

Драка

В жизни начальника войскового стрельбища Помсен, гвардии прапорщика Кантемирова практически одновременно произошли два глобальных события - он серьёзно подрался и серьёзно влюбился. И помахался то Тимур не с пьяными советскими офицерами или прапорщиками до первой крови на танцах в ГДО, а с матёрыми немецкими уголовниками у дрезденского вокзала до ножевого ранения. И влюбился то наш прапорщик не в немецкую юную красавицу, а в дочь целого советского генерала. Начнём по порядку, и начнём с плохого. Ибо, нехорошие события в нашей жизни всегда настигают нас быстро и неожиданно. Прапорщик Кантемиров после четырёх лет службы в Советской Армии, в свои двадцать три года уже был вполне зрелым человеком. Когда в двадцать лет получаешь в командование войсковое стрельбище мотострелкового полка и отвечаешь за дисциплину, быт и здоровье двадцати солдат одновременно, то поневоле взрослеешь быстрее своих гражданских сверстников. И когда в двадцать два года тебя изолируют от общества в камере гарнизонной гаупвахты, то у тебя появляется много времени поразмыслить над вечными вопросами «Кто виноват?» и «Что делать?». И если ты избегаешь реального срока уголовного наказания и начинаешь работать на Особый отдел, то к тебе поневоле приходит полезный жизненный опыт. Но, конечно, этот опыт лучше получить заочно. Тимур научился заранее продумывать и контролировать свои действия и по службе, и по своим личным делам. Да ещё прибавились дела контрразведчиков полка и штаба армии. При этом прапорщик старался не афишировать свой спортивный статус, в гарнизоне мало кто из сослуживцев знал о его боксёрском прошлом. Спортсмену уже хватило и на гражданке, и в армии этих «боксёрских штучек». Бокс как вид спорта предъявляет высокие требования к психике спортсмена, и с этим у Тимура был полный порядок. И боксёр по мере возможности поддерживал свой уровень физической и моральной подготовки. И, конечно, для ринга надо было бы заниматься буквально каждый день. Это как пианисту надо ежедневно играть, или пехотинцу постоянно стрелять. Но, со своей спортивной карьерой молодой человек распрощался ещё в спортроте танкового училища, и сейчас занимался просто для себя. И многолетние тренировки и полученный армейский опыт в очередной раз помогут прапорщику Советской армии.
Тимур возвращался на поезде поздно вечером с Лейпцига, и при выходе с вокзала советский прапорщик решил сократить путь домой и двинулся по железнодорожным путям прямо к армейским складам, а оттуда было уже рукой подать до семейного общежития. За вокзалом Тимур заметил группу немцев - парня с девушкой в окружении трёх мужиков явно немирного настроения. Этого молодого немца, высокого спортивного блондина, он уже видел неоднократно в ночных барах Дрездена. Немец постоянно сорил деньгами и явно относился к местной «золотой молодёжи». Это было очень необычно для молодого немецкого парня - угощать всех вокруг водкой и сигаретами. Прапорщик Кантемиров тоже был вполне в состоянии просадить кучу марок за раз в хорошей компании. И эти два молодых человека просто успели примелькаться друг - другу. Но, знакомиться никто не спешил. Да и зачем? Кто такой простой советский прапорщик, и где находится эта дрезденская богема? Тимур бы и прошёл мимо, пусть эти немецкие граждане сами между собой разбираются. Зачем нам вмешиваться в дела аборигенов? Но, один из мужичков вдруг схватил девчонку за руку, а двое других стали отталкивать паренька в сторону. Девушка стала кричать и звать на помощь. А это уже было не по - нашему, не по - пацански. Даже в родном посёлке Тимура было западло нападать на чужака, если пацан был один и с подругой. И тем более, втроём на одного. Прапорщик резко свернул и быстрым шагом двинулся к месту конфликта. Советский военнослужащий предполагал просто разрулить ситуацию на месте. Одно дело - втроём на одного, и всё будет совсем по другому, если двое против трёх. Один из троицы тут же развернулся и пошёл навстречу, по ходу движения выкрикивая абсолютно незнакомые Тимуру слова. Это было нетипично для немцев. Тут даже не было вопроса аналогичного нашему: «Ты кто такой?». Были только явные угрозы на непонятном сленге.
Анализировать услышанное и отвечать оппоненту было уже просто некогда. Немец размахнулся и с ходу попытался ударить прапорщика в лицо. Боксёр контролировал расстояние удара, сделал шаг назад и немного в сторону, и через руку своего оппонента встретил своим кулаком челюсть противника. И в этот короткий миг обоюдного касания кулака и челюсти постарался вложить свой вес в удар. Встречный удар получился, челюсть хрустнула, а противник пролетел по инерции мимо советского прапорщика и рухнул на платформу. Это был стопроцентный нокаут! Немецкий паренёк оказался тоже не из робкого десятка и, увидев такое качественное подкрепление со стороны, просто влепил кулаком по уху мужику, схватившим его девушку. Немочка освободила руку и побежала на вокзал. А немецкие сограждане сцепились между собой. Тимур остался один на один с самым здоровым противником, который уже стоял прямо напротив. Мужик был высокий и жилистый, медленно подходил к Тимуру и держал левую руку за спиной. Боксёр встал в стойку и стал заходить с правой стороны. В голове быстро мелькнуло: «Правша или левша? Надо было этого первым валить!». При свете фонаря стало видно, что правая рука и лицо противника вся в разноцветных татуировках. Советскому прапорщику уже приходилось сталкиваться на улице и на пляже с местными уголовниками с разноцветными татуировками по всему телу. У наших блатных в те времена были только синие татуировки. И Тимур в них неплохо разбирался и мог с ходу определить уголовный статус владельца этих нательных рисунков и обозначений. Здесь же было всё непонятно для загадочной русской души. И времени для разгадывания этих разноцветных рисунков и иероглифов уже не было. Прапорщик Кантемиров всем своим нутром чуял опасного противника, который медленно приближался и немигающим взглядом смотрел на руки боксёра. Немец дёрнулся вправо, занёс свободную руку для удара и вдруг левой снизу провёл дугу по направлению живота Тимура. В свете фонаря мелькнул клинок небольшого ножа. Тимур успел среагировать и закрыть блоком локтя правой руки свою печень и солнечное сплетение. Руку обожгла резкая боль и в голове мелькнуло: «Левша!». Противник раскрылся, и боксёр просто и быстро двумя боковыми ударами левой заехал ему в глаз. Немец оказался мужик здоровый, мотнул головой, но, всё же от неожиданности и резкости ударов выронил нож. Тимур быстро зашёл слева и, прекрасно понимая, что с этой стороны противник уже ничего не видит, ещё раз провёл «двоечку левой сбоку». На этот раз прямо в челюсть. Мужик был высокий, нормального хука не получилось, был только лёгкий нокдаун. Немец опять помотал головой, пошатнулся и присел на колено. А Тимуру уже было не до дворовых этикетов типа: «лежачего и сидячего не бьют». А нехрен было ножом размахивать! И советский боксёр раненной правой рукой от души, на выдохе и со словами: «На, ссука!» провёл прямой удар сверху вниз прямо в переносицу своего сидячего оппонента. А этот удар получился! Нос хрястнул, брызнула кровь на мостовую и смешалась с кровью Тимура. А представитель немецкого уголовного мира с протяжным выдохом рухнул вперёд на живот. «Ещё кровью истечёт!» - подумал Тимур и перевернул немца на спину. Оглянулся, отдышался, заметил выроненный нож, быстро подобрал оружие и положил во внутренний карман куртки. Зачем советский прапорщик захватил с собой этот трофей, на тот момент он и не думал. Эти действия были интуитивными и, как покажет нам время, правильными.
В этот момент напарник Тимура наконец то одолел противника и погнал его в сторону вокзала, откуда уже показались полицейские с его девушкой. Первый нокаутированный тоже пришёл в себя, заметил полицию, быстро поднялся и рванул по путям в темноту ночи. Немец подошёл к Тимуру, снял с себя куртку и рубашку, зубами разорвал свою майку, скоро и толково перевязал раненную руку. Во время этой процедуры молодые люди успели познакомиться. Парня звали Пауль, а прапорщик на всякий случай представился Васей. Полицейские защёлкнули наручники на задержанных и по рации вызвали подмогу и скорую помощь. Прибывший второй полицейский патруль оказался знакомым советскому прапорщику ещё по инциденту у телефонной будки. Один из здоровяков полицейских узнал Тимура и тут же воскликнул: «О, комендатур! Оберстлёйтнант Соколофф». Молодой немец рассказал сотрудникам правопорядка о нападении на него с девушкой. Полицейские после проверки документов у задержанных, вдруг обрадовались и стали докладывать руководству по рации о захвате опасных преступников, находящихся в розыске. Тут прапорщику сильно повезло, так как довольные задержанием преступников немцы не стали проверять документы у советского военнослужащего и оформлять протоколы на месте, а с благодарностью усадили его в карету скорой помощи и пообещали сами сообщить в комендатуру о произошедшем. Тимур не хотел такой огласки. Придётся объяснять командованию полка и особистам причину нахождения в столь поздний час у немецкого вокзала. И опять же сломанные челюсть и нос своих оппонентов. Вдруг и на него немцы в суд подадут? Нет, такой бокс нам не нужен! И Тимур попросил доктора немецкой скорой доставить его в наш госпиталь, в надежде, что сегодня ночью там будут дежурить его земляк или кто-то из знакомых медиков. И в этот раз прапорщику опять улыбнулась фортуна. На дежурстве оказался земляк Тимура, военврач родом из Челябинска. И дежурный фельдшер был старослужащим сержантом и в тему врубился моментально. Рана оказалась неглубокой, обработали и зашили быстро. Тимур знал, что его будут искать и в госпитале, и в медсанбате. «Конспирация и ещё раз - конспирация!». Поэтому за риск и молчание дал твёрдое слово прапорщика ГСВГ подогнать под дембель фельдшеру часы «7 мелодий» а зёме - французские духи для его супруги на Восьмое марта. Хотя фельдшер и доктор сразу стали отнекиваться от такого шикарного предложения - мол, мы же здесь все свои, мы же всё понимаем и будем молчать как рыбы в реке Эльба. Но, по блестящим глазам медицины прапорщик Кантемиров видел, что с таким подгоном он не прогадал и попал в десятку. А фельдшер от своего доктора знал, что начальник стрельбища Помсен слов на ветер не бросает и предложил Тимуру заходить на перевязку без особого риска.
Прошли уже две недели с событий у Дрезденского вокзала, рука Тимура заживала хорошо, только чесалась постоянно, и фельдшер госпиталя обещал к концу сентября снять бинты. Активный поиск советского офицера, по имени Вася Соколов, уложившего нокаутом трёх матёрых и здоровых немецких преступников и сдавшего уголовников прямо в городское управление полиции (именно об этом гласила молва в гарнизоне) постепенно прекратился. Так думал прапорщик Кантемиров. Он знал, что на построениях в частях гарнизона даже присутствовала полиция с тем немецким парнем по имени Пауль. И ещё Тимур узнал, что этот Пауль оказался сыном главного прокурора Дрездена. Но, о чём не мог знать советский прапорщик, так это о том, что немецкая делегация вместе с представителями политотдела армии искали на построениях нашего офицера, которого руководство города решило наградить медалью и денежной премией. Пауля тоже ждали медаль и премия, но все понимали, что награждать без советского офицера было бы неправильно. Поэтому Васья Соколофф был больше нужен немцам и офицерам политотдела армии, которые бы поставили жирную галочку в своих отчётах и постояли бы рядом с героическим видом при награждении участников уже легендарной драки. Да и ещё попили бы водочки на шару в честь такого события. Поэтому поиск скромного советского офицера продолжался. Да ещё как то на тренировке в спортзале самбист, спокойно глядя в глаза боксёру, спросил ненароком:
- Тимур, слышал про историю у вокзала? Это случайно не ты похулиганил там вместе с немецкими уголовниками?
- Да куда там, Виктор Викторович, с моим весом то?- спортсмен пожал плечами, - говорят, там наш троих немецких здоровяков вырубил. Наверняка, тяж какой - нибудь сработал.
Контрразведчик улыбнулся:
- Да и как раз в это время поезд с Лейпцига пришёл?
Тимур насторожился:
- А что там в Лейпциге мне делать?
- Вот и я думаю, что же в Лейпциге делать то нашему прапорщику Кантемирову?
Капитан КГБ усмехнулся и пошёл разминаться дальше. А Тимур вновь задумался о бытие своём ...
Оценка: 1.4429 Историю рассказал(а) тов. Камрад : 16-08-2017 14:21:02
Обсудить (19)
25-08-2017 09:46:14, Камрад
Начало этой истории и продолжение есть здесь: ...
Версия для печати
Читать лучшие истории: по среднему баллу или под Красным знаменем.
Тоже есть что рассказать? Добавить свою историю
  Начало   Предыдущая 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Следующая   Конец
Архив выпусков
Предыдущий месяцФевраль 2018 
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728    
       
Предыдущий выпуск Текущий выпуск 

Категории:
Армия
Флот
Авиация
Учебка
Остальные
Военная мудрость
Вероятный противник
Свободная тема
Щит Родины
Дежурная часть
 
Реклама:
Спецназ.орг - сообщество ветеранов спецназа России!
Интернет-магазин детских товаров «Малипуся»




 
2002 - 2018 © Bigler.ru Перепечатка материалов в СМИ разрешена с ссылкой на источник. Разработка, поддержка VGroup.ru
Кадет Биглер: cadet@bigler.ru   Вебмастер: webmaster@bigler.ru