Право выбора

Артём сидел на полу, прислонившись спиной к стене и положив автомат на колени. Стена была тёплой, и это было приятно - глубокий подвал хорошо держал тепло, хотя был уже ноябрь и по утрам на ветки уцелевших деревьев ложился первый снег. Было около пяти утра, и, значит, жить ему оставалось часа четыре. Всего-навсего. Вчера ему с напарником было приказано выдвинуться в разрушенное боями село, занять опорник и удерживать его до подхода основных сил. Опорником был единственный каменный дом в селе - сельмаг, сельпо или как там он называется по-украински? Неважно. Сам дом давно разнесло вдребезги артой, а вот подвал уцелел. Хороший подвал, прочный. Продуктов в нем давно не было, только на хлипком столе качались от близких разрывов чашки рычажных весов, а в углу стояли огромный рулон серой упаковочной бумаги и пара бочек, от которых несло тухлой рыбой. Имелась также пара окон-амбразур, направленных в сторону противника. Через такое окно вчера снайпер и застрелил напарника. Стрелял из чего-то мощного и дальнобойного - пуля проломила кевларовую каску. Своего погибшего напарника Артём не знал, потому что тот был из другой роты. Даже имя не запомнил, только позывной - "Камыш". Поэтому Артём не стал смотреть в лицо убитого, а просто оттащил его к дальней стенке и накрыл голову курткой. Мёртвому было всё равно, да и ему тоже скоро будет всё равно, потому что как только начнётся бой, он будет убит. Никакой перестрелки - кинут в амбразуру пару гранат или выстрелят из гранатомёта, да и всё, привет мартышке.
Сколько против него засело укров, Артём не знал, да и какая разница? Что трое, что триста - результат один, вариантов выжить всё равно ноль. За полтора года войны чувство страха быть убитым не то чтобы совсем исчезло, но отступило на задний план. Постоянно бояться нельзя - с ума сойдёшь. Бой что, прямые боестолкновения бывают нечасто, а вот дрон, ракета или шальной снаряд могут прилететь в любой момент, и от своих тоже. Бывали случаи. Война - она война и есть, бессмысленная, нелогичная и беспощадная. Вот ему, например, было суждено умереть в подвале, воняющем тухлой рыбой. И что? Да ничего. Хорошо, если ещё останется что хоронить, потому что если влетит граната РПГ, и его, пока ещё живого, и уже мёртвого напарника разнесёт на куски. А зачем, почему, кому это надо? Кому впёрлась мысль защищать этот никому не нужный подвал и заплатить за это жизнями двух человек? Неизвестно. И про него, Артёма, забудут завтра же. Потому что каждый думает о своей жизни, а не о чужой, которая уже закончилась. Хорошо хоть старики умерли, им похоронку не получать, а жены и детей нет. Ну вот как-то не успел жениться. Диплом инженера и звёздочки на военной кафедре получить успел, а жениться не собрался. Да и друзей, выходит, у него нет. Приятели там, сослуживцы, этих сколько угодно. А друзей не нажил. Квартира отойдёт государству, а вещи полетят на помойку. Был человек - и нет человека. Себя жалко, а другим плевать
Внезапно на лестнице, ведущей наверх, послышались шаги. К дому никто не подходил, он бы услышал. Как так? Артём насторожился, перехватил автомат и прижался к стене. "Прямо уж совсем нагло кто-то прётся, - подумал он, - ну-ну".
- Не надо стрелять, Артём, - сказали откуда-то сверху. - я не ВСУ-шник.
- А кто?
- Да так сразу и не скажешь... Поговорить хотелось бы.
- Ладно, спускайся, но если чего...
- Да не дёргайся ты, нормально всё будет. Так я войду?
- Давай...
- В подвал спустился человек в камуфляже, на вид ему было лет пятьдесят, оружия при нём не было. А ещё Артёму никак не удавалось различить знаки различия и звёзды на погонах, они были, но почему-то не читались. И камуфляж был непонятный, незнакомый.
Человек присел напротив Артёма, оглядел подвал, потом встал, осторожно выглянул в окно и опять сел.
- А поганая позиция-то, - спокойно сказал он. - Тебя же здесь просто гранатами закидают. Одного вон уже снайпер уложил.
- Знаю, - коротко сказал Артём.
- А переместиться?
- Куда? Ты же сверху шёл, там всё как косой покосило, даже сортир деревянный разнесло. Разве что в яму нырнуть? Что-то неохота.
- Тогда уходи. Один ты здесь и пяти минут не продержишься, в чём смысл голову за так сложить?
- Не могу, приказано ждать.
- Чего? Второго пришествия? Так не дождёшься. Это я тебе, голуба, говорю как краевед. Вали отсюда. По тёмному времени уйти ещё сможешь.
- Кончай нервы мотать. Советник, понимаешь, нашёлся, твою мамашу, - устало огрызнулся Артём. - Ты сам-то кто такой? и вообще, ты за белых или за красных?
- Я-то? А, ну да, я же не представился. Забыл, понимаешь. Война - дело такое, хлопотное. Так вот, я - дьявол, Люцифер, Сатана, Чернобог, этот, как его, Тецкатлипока... да там много всего. Что, страшно, смертный?
- Не-а...
- Почему? - как-то даже обиделся странный гость. - Дьявол же! У-у-у!
- Да иди ты в задницу, - устало отмахнулся Артём - Странно, таблетки вроде не жрал, ни красненькие, ни синенькие - а тут этакие глюки развесистые.
- Я не глюк!
- А чем докажешь?
Дьявол растерялся.
- Ну, я не знаю... Ну не чудеса же тебе в этом вонючем подвале являть, сам-то подумай.
- Некогда мне с тобой лясы точить, скоро зверьки полезут.
- Пока я тут, не полезут, - заверил дьявол.
- А зачем тогда пришёл?
- Так ты, как говорится, стоишь у "бездны мрачной на краю". И один толчок - лёгкий такой, лёгонький, тебя отправит либо туда, либо оставит здесь. А это уже по моему профилю.
- Ладно, зайдём с другой стороны. - Глюк ты или не глюк, но поговорить-то можно? - Вот скажи, там (Артём ткнул пальцем в небо) что-нибудь вообще есть?
- Вообще есть. Атмосфера, за ней безвоздушное пространство, космос то есть.
- Не валяй дурака, ты же понял, о чём я спросил.
- Понял, только не скажу. Придёт время, сам всё увидишь.
- Опять этот развод длиной в две тысячи лет! Ну вот доказали бы вы людям, что вы на самом деле есть - ад там, рай, чистилище, насколько бы всё упростилось! Ты Вальтера Скотта читал?
- Я всё читал! Работа такая.
- Ну вот, помнишь, там рыцарь Гай Гисборн говорит: "Иногда я думаю, что Господь всё-таки есть, и мне становится страшно!" По-моему, гениально сказано.
- Дурья ты башка! - вздохнул дьявол. - Если бы всё так просто было! Ты знаешь, что такое граничные условия?
- А как же, матан сдал, между прочим, на "отлично".
- Ну вот. Граничным условием существования человечества является наличие у него свободы воли. Нет её - нет цивилизации.
- А что есть?
- Стадо рабов. Оно Творцу зачем? Ну ладно, времени у нас с тобой и правда немного. Поэтому давай коротенько, по процедуре. Я хоть и не священник, а ты неверующий, но тем не менее. Скажи, есть у тебя на совести такое, за что вот прямо по-настоящему стыдно?
Артём задумался.
- Да нет, вроде... Не врал, ну то есть так, привирал по мелочи, не предавал никого, не крал. Ну, убивал, в смысле, на войне убивал. Точнее, стрелял, а уж попадал или нет - откуда мне знать? Обычный мобик. Хотя... Знаешь, однажды мама в больнице лежала, а я к ней в тот день не пошёл. Должен был, а не пошёл, опоздал, с девкой одной захороводился. Вот за это стыдно - аж кровь из глаз. Была бы возможность - на колени бы перед матерью встал, прощения просил... Мама в тот раз поправилась, потом ещё долго прожила, но тогда ума не хватило, а сейчас и просить некого.
- И опять скажу - дурак ты, братец! Мать она на то и мать, чтобы детям всё прощать. Вот ты себя терзаешь, мучаешься от бессилия что-то изменить, а страшнее этого наказания и нет ничего. Кстати, я к твоим противникам зашёл, надо же было разобраться, кто есть who, как этот ваш лысый придурок говорил.
- И кто они? Украинцы?
- Да если бы. Нет, поляки, наёмники. Они-то побыстрее тебя смекнули, кто к ним пожаловал. На колени попадали, нательные кресты и иконки целовать стали, "Матка Боска Ченстоховска!" и всё такое.
- А потом что?
- Потом? - дьявол усмехнулся. - Потом они мне деловое предложение сделали - ваши души в обмен на их. Я дескать вас прибираю, и всем хорошо, а им особенно, рисковать уже не надо. Они же не знают, сколько ваших тут сидит. Наёмники, что с них взять? Так-то братец-ты мой Артём...
- Да какой я тебе брат, - хотел сказать Артём, но не успел.
Внезапно дьявол насторожился, к чему-то прислушался, и вдруг мощным движением опрокинул Артёма на пол и накрыл своим телом. Дьявол показался Артёму чудовищно тяжёлым и горячим, как свежеотлитая чугунная плита. В тут же секунду страшно грохнуло, пол и стены шатнулись, взлетело облако пыли, уши заложило, по полу покатились чашки дурацких весов.
Дьявол опомнился первым. Он встал, отряхнул камуфляж и протянул руку Артёму.
- Ну вот, всё и кончилось, вставай давай.
- Ч-что? Что это было?
- Это? Да как же его? А! Бомба-трёхтонка с у эм пэ ка. Придумают же название?! И откуда только она тут взялась? Над точностью вам надо ещё работать и работать. Метили-то не сюда, а попали почему-то аккурат в наёмников. Им, понятное дело, со святыми упокой, хе-хе. Ну всё, пора мне, а то я шаги слышу, это ваши идут, не надо мне с ними встречаться. Да, вот ещё что. Это вот военное безобразие скоро закончится, хватит кровь лить. Так ты, когда домой вернёшься, обязательно женись. Но не на Кристинке своей, потому что потаскуха она. А вот на Олеське женись.
- А это ещё кто такая?
- Вот ты... - погрозил пальцем дьявол. - Ты же сам ей на третьем курсе курсовик по термеху делал, ну а потом... Сам знаешь. Вот ты про неё забыл, а она помнит. И свечки за тебя, оленя в загоне, в храме ставит. Толку с того, понятно, немного, но всё же?
Дьявол повернулся и вышел из подвала, только камешки проскрипели под берцами.
А потом в мире стало тихо.

Ты меня пригласи в ресторан...

"Рестораны времён моей юности органично совмещали свойства столовых, борделей и варьете в одном флаконе..."
Это я цитирую себя. И сразу вспоминается Ялта 1989 года, ресторан, в котором Соловьев снимал сцену из легендарной АССЫ и мальчик Бананан пел нетленный хит про Вэ-Вэ-эС.
Подвыпившая публика, вилка, торчащая в котлете "по-киевски", вульгарный конферансье и певица Вероника Стволова, от сопрано которой колыхались засаленные и прокуренные портьеры на окнах...
Действительно, зачем в советские годы люди ходили в ресторан? В лучшем случае что-то отпраздновать... В не менее лучшем -выпить потанцевать, снять бабу или мужика, создать иллюзию праздника, в крайнем случае покушать лучше, чем в дешёвой столовке или дома... Если я что-то упустил - напомните...
И меню было примерно одинаковым в разных городах, разве что ресторан мог быть, например, "рыбным"...
*
В ленинградском "Метрополе":
- Я вижу, вы год не вылезали из морей! -вкрадчиво говорит холёный официант, - У нас есть что предложить вам. Зачем метаться по дешевым танцевальным вечерам в поисках женщины? У нас красивые холёные и ласковые девушки. Ужин на двоих обойдется 25 рублей. Еще 25 - девушке и червонец нам за апартаменты... Да, шестьдесят деревянных. Но вы не работяга какой-нибудь, а морской офицер! Год не вылезали из морей-океанов. Можете позволить себе незабываемое удовольствие. Ведь так?..
Официант был прекрасным психологом. Только я причалил сюда не из морей. Я полгода провел в Афганистане. Впрочем, какая для него разница?..
В московском ресторане меня пыталась "склеить" женщина с усами...
В мурманском по десять раз за вечер звучала "Усталая подлодка"...
В казахстанском "Петропаловске":
- А вы увезёте меня с собой в Европу?.. - заискивающе шептала мне в медленном танце на ушко красивая метиска.
Европа в её понимании - это Крым, Москва, Ленинград, если что... Признаться, я думал, что все казашки маленькие, кривоногие, страшненькие... А тут 182 сантиметра шикарной длинноногой плоти! Фиг вам, расисты всех времен и народов!..
В курском "Космосе" меня пригласила на белый танец красивая студентка, а потом увезла с собой до утра... Девушка тоже была выше ростом головы на полторы.
- Главное- гармония! -ободряюще шепнула она в медленном танце.
И я повёл ее в танго, погрузив лицо в глубины декольте... Успел однако заметить, как ресторанный лабух, восхищенно загнул кверху большой палец, когда мы проплывали мимо. Это означало: "Отличный выбор, парень!.."
В ростовском ресторане были цыгане с медведем и "вор в законе" (так мне представился этот человек):
- Братан, мы родственные души! ? говорил он, - У тебя на плечах погоны и у меня на погоны...
Сказав это, "братан" снял дорогую шелковую рубаху и предъявил...
У него действительно на плечах были наколки типа маршальских звёзд!..
А еще, на выходе из ростовского ресторана, стояла девушка в алом платье. Красотка была занята тем, что уперлась одной ногой в стену под углом девяносто градусов и подтягивала сползший чулок.
- Проходите, господин офицер! -дружелюбно предложила ростовчанка. Я прошел под ее ножкой, как под шлагбаумом и увидел... Ну...это самое... Ну, во всей юной красе... Ну,.. я просто не мог этого не увидеть...
А в ресторане, а в ресторане
А там гитары, а там цыгане...!
На дворе был 1990 год. В ростовский ресторан меня пригласил сосед по гостиничному номеру - кооператор из Тюмени, отметить удачную сделку. Мужик только что закупил на "Ростсельмаше" сто тракторных двигателей! А что?
Пройдя под девичьим "шлагбаумом", мы отправились к Дону, там уже был ошвартован заказанный катер, естественно, с цыганами и медведем... Я предложил было взять и девицу, но та оказалась с кавалером.
На следующее утро я не вышел на работу, то есть на учёбу в Противочумный институт, где в то время стажировался по карантинным инфекциям и писал обзор литературы для кандидатской диссертации.
В полдень коридорная позвала меня к телефону.
-Владимир! -грохотала в трубку заведующая кафедрой, - Владимир, почему вы не вышли на занятия? Как вы себя чувствуете? Ах, нормальноооо!!! Так знайте, что вы стажируетесь в режимном учреждении и ваш невыход - прямой повод выслать за вами в гостиницу карантинную эвакогруппу в противочумных костюмах! Со всеми вытекающими для вас последствиями!.. Значит, так! Сегодня отсыпайтесь, а утром ко мне в кабинет!.."
А вообще завкафедрой была классная тётка. На выпускном корпоративе заказала для меня песенку: "По Дону гуляет моряк молодой!..."
*
В девяностые все изменилось. Сначала в ресторанах пили шампанское из майонезных банок. Фужеры куда-то вдруг подевались. Было такое чувство, что их кто-то разом разбил, но отнюдь не на счастье... И репертуар стал специфический. Например, в "украинском" Севастополе с эстрады звучало: "А можно Россия остаться с тобой?"... И офицеры под эту песню напивались, и казалось это какой-то "нео- белогвардейщиной", как будто мы сидим в Константинополе, а вокруг люди - с виду вроде русские, но какие-то чужие.
Потом все наладилось, в смысле посуды, но появились нюансы.
- В ресторан?! - восклицал мой питерский друг, прорвавшийся с военной службы в бизнес, - Вы там в Крыму сидите в ресторанах?! Нет, с бабками у меня все в порядке.. Но если мы пойдем в Питере в ресторан, то у нас есть три сценария. Первый: нас проклофелинят какие-то шалавы. Второй: встрянем в драку с подвыпившими "быками", ныне они в каждом кабаке сидят. Третий: войдут бандюганы с целью кого-то "завалить" и попадешь в перестрелку, а то и пулю поймаешь... На хрена это надо? В общем так, едем в гастроном, набираем багажник бухла-хавчика и ко мне домой. А девок я вызвоню. У меня они свои, прикормленные, родненькие. И я их не обижаю, и они ко мне со всем теплом и лаской...
Насчет завалить... Было дело. Две симферопольские студентки зашли после лекции в бар выпить кофе. И тут появились гоблины и застрелили из "калашникова" сидящего в углу конкурента. А девочки оказались "на линии огня"...
А еще в Москве приятель пригласил нас в ресторанчик, в своем спальном районе. По какой-то причине мы приехали поздно, было уже около двадцати трех часов. Приоткрыв дверь, администратор объявил, что заведение закрыто.
- Но ведь там сидит наш приятель с девушкой!- воскликнул было друг.
- Досиживают, - возразил админ, - У нас до последнего посетителя, а новых не пускают. Подождите на улице.
На улице было минус двадцать шесть. Ждать не хотелось. Товарищ поманил администратора пальцем и, расстегнув кожанку, - показал торчащую из-под мышки кобуру:
-Такое дело, приятель. Эти люди заказаны. Мы сейчас входим, быстренько их валим и на выход. Ты всё понял?..
Администратор побледнел, открыл дверь и уступил нам дорогу.
- Долбоёбы! - причитал московский друг, подталкивая свою спутницу к выходу. - Вы там охуели в своем бандитском Крыму!.. Как мне теперь по району ходить?! Валим отсюда!..
И мы свалили, проходя мимо послушно лежащих на полу в позе "руки на затылок" администратора, бармена и официантки. Помню, москвич еще положил на барную стойку деньги за ужин и компенсацией за стресс. Пошутили, блин...
*
В девяностые дочь моего приятеля - авторитетного бизнесмена Гоши Зверева отмечала совершеннолетие. Гоша заказал столик для четверых подружек в лучшем ресторане Севастополя, а для обеспечения безопасности усадил в зале двух могучих гоблинов, строго наказав, чтоб к девочкам "никто не клеился".
- Папа! -возмущалась наутро дочка, - Папа! К нам никто ни разу так и не подошёл. Один молодой человек попытался меня пригласить танцевать, так его вместе со стулом выбросили в окно!..
- Возможно это перебор,- вздохнул Гоша, когда мы остались наедине. - Но сам знаешь, Вовчик, какие времена... Да! А знаешь, что заказали эти дуры? Гы-гы! Запеканку! Гы-гы!.. В кабаке -запеканку!.. Гы-гы!..Держите меня!..
*
А в "нулевые" был переходный период... Афганский друг, а ныне миллионер Валера, пролетая из Китая на Кипр пригласил меня в питерский ресторан. Помню на столе красовался огромный чугунный котел баранины с горелкой для подогрева... Ужин был задуман в азиатском душманском стиле.
А рядом гулял какой-то необычный корпоратив персон на двадцать. Необычный потому, что мужчина там был только один, судя по всему, директор коллектива. Остальные - барышни, никак не старше тридцати трех лет.
После нескольких фужеров девушки стали постреливать глазками по сторонам. Ну и мы - после нескольких стаканов тоже. Закончилось медленными танцами, причём Валера успел перетанцевать со всеми дамами, а я, как однолюб, прилип к одной - очень фигуристой и в очень откровенном вечернем платье - с оголенными плечами и бретельками из которых рвались на волю молодые, четвертого размера, молочные железы!
Получилось как-то так, что танцами мы и ограничились. Уже не помню почему - кажется, нас с другом ожидали какие-то новые ночные приключения.
- Ты хоть с титьками своими попрощался? - спросил Валера в гардеробе.
Ах, да! Не попрощался! В растерянности я заметался по вестибюлю и обнаружил-таки объект своего вожделения. Девушка как раз надела шубку, но еще не успела ее застегнуть. Она мне искренне улыбнулась, возможно ждала, что я попрошу ее телефон, поцелую в щечку, еще что-то сделаю - но только не это...
А я выпил чуть больше нормы и потому просто попытался припасть губами к сокровищам. Взвизгнув, девица отпрыгнула назад и налетела спиной на колонну.
- Нина! -воскликнула вдруг ее подруга, - Нина! Мужчина просто хочет поцеловать твою грудь. Искренне и от всей души! Я чувствую - он хороший! И запомнит ЭТО на всю оставшуюся жизнь. Лично я ему доверяю. Нина, не смей отказывать джентльмену!..
Мы стояли у колонны. Подруга тут же загородила нас от общественности своим пуховиком и командирским тоном шепнула:
- Ну, давай! Давай же! Минута! Время пошло!.."
И я отвел дрожащими пальцами в сторону бретельку и... Действительно, двадцать лет прошло, а помню до сих пор!
- Что? Не взял даже телефончик? - изумлялся потом Валера, - Ну ты даешь, Вова! Ну даешь! Ты офицер или как?...
*
А потом наступил ресторанный "интерьерный век", где многочисленные заведения щеголяли друг перед другом дизайном... Культовый ресторан "Саквояж беременной шпионки"!
Банкетный зал для настоящих пацанов, где председатель восседает в... гинекологическом кресле, а остальные - на электрических стульях!..
Ресторан в стиле коммунальной квартиры, где нет ни одного одинакового стола и даже одинакового стула плюс "советское" меню: "винегрет заводской", "Салат обкомовский" и т.п.
Культовый клуб ныне покойного шоумена, где в туалете красивая девушка в алом белье и на высоких каблуках предлагает джентльменам "подержать пиписку" во время "процесса". За приличную плату, но некоторые щедрые личности соглашались.
Киношный ресторан с реальными тарантиновскими персонажами для почитателей "Криминального чтива" и т.п.
Еще помню знаменитый питерский конкурс ресторанных туалетов, которые редактор Миша приказал мне красочно описать. И да -там были туалеты, стилизованные под скотный двор, с кудахтаньем кур, пеньем петуха, хрюканьем свинок и блеяньем барашков.
Туалет ретро-чтива, оклеенный станицами из советского журнала "Огонек". Сиди, облегчайся, читай, вспоминай.
Туалет-кунсткамера с немыслимыми уродцами... Туалет-ранчо, туалет станция технического обслуживания, туалет для уединения влюбленных с душем, биде и универсальным креслом-трансформером.
Туалет, в котором в красном сумраке звучали сказки Шехерезады типа: "И дошло до меня, наимудрейший..."
*
Музыка ресторанного прошлого ныне кажется пошлой.. Закрываю глаза и тут же звучит : "Эх, ба-га-тырская наша сила-а-а-а!...".. Или "УЧКУУДУК -три колодца-а-а-а"... А то и "Владимирский централ - ветер северный..."
Но ведь пели когда-то в ресторанах и Михаил Шуфутинский и Григорий Лепс, и Вилли Токарев, и Любовь Успенская и Олег Газманов и Лариса Долина и даже Стас Михайлов...
Бред Питт вот в ресторане не пел, зато работал зазывалой в костюме огромного цыплёнка... А потом сыграл в "Трое"! И много где еще...
*
А потом всё пришло к тому, для чего и существует любой хороший ресторан: пообщаться, посидеть в уютной обстановке, повспоминать, поговорить... Еще попробовать нечто совершенно новое экслюзивное... Или "старое", но приготовленное совсем по новому...
Вот ресторанчик в горном Крыму, где каждый столик в маленькой кабинке подвешенной над лесистым склоном с видом на море. Сидел в таком как-то весенним вечером и было так тихо, что слышался звон чайной ложечки о стакан в соседней кабинке...
Или ресторанчик с плавучими столиками на двоих в виде лодочки-ватрушки с моторчиком. На столике маленький светильник. Сидишь, дрейфуешь, испытываешь неповторимые ощущения в летних сумерках ... И становится не так уж важно, что у тебя на столе из выпивки или еды...
А в другом тоже крымском ресторанчике окрошку заливают при тебе углекислотой и стелется над столиком молочный туман... И трюфельной крошкой посыпают карпаччо из мраморной говядины... А потом администратор может продемонстрировать вам настоящий трюфель и даже собачку с помощью которых эти грибы ищут в почве...
-У нас всегда ужинает сам ... - говорит администратор упоминая фамилию известнейшего российского политика, - Всякий раз бывая в Крыму, он ужинает только у нас...
В Питерском ресторанчике недавно отведал необыкновенную водку с ароматом бородинского хлеба и чеснока... Долго сидел с закрытыми глазами вспоминая детство и бабушку Нэлю и... А когда открыл, попросил "завернуть с собой" целую бутылку.
*
- А давай посидим в ресторанчике! - предложила дочка, - Мне возьми лососевые наггетсы с соком, а себе что желаешь плюс разрешаю винишка!..
Вот и дожили. Она! Мне! Разрешает! Медленно сидим, кушаем, пьем... Верунчик мило улыбается, а потом начинает кормить меня через стол "с вилочки" своими лососевыми наггетсами, приговаривая:
-Ты лучший папа в мире!..
За соседним столиков вполоборота к нам сидела красивая молодая женщина в вечернем платье, медленно пила из бокала сухое белое вино и, кажется, думала о чем-то своем.
Но когда мы уходили, незнакомка улыбнулась и произнесла:
- Боже! Какие же вы милые!..
И я подумал, что если бы я был здесь один, она бы этого не сказала. "Сто пудов" не сказала бы...
*
"Ты меня пригласи в ресторан...Я надену все лучшее сразу...
А там гитары, а там цыгане...И... Где-то здесь начинается рай..."
В ресторанах моей юности и в ресторанах времен лихих 90-х люди гуляли... Именно гуляли... Удивительно, но рестораны крупных городов советской эпохи, и подобные заведения 90-х были более криминальными, чем сегодня... В сегодняшних заведениях (если их заведомо не ангажируют под гульбу нуворишей) царят спокойствие и тишина.
- Причины на поверхности, - шутит друг журналист-аналитик, - Большие деньги и серьезные люди ныне любят тишину. Они не потерпят рядом ни "фоксов", ни "горбатых", ни "промокашек", ни личностей в "татуированных погонах", ни шумной пьяной "гопоты", ни вульгарных женских особей,
попивающих с хохотом "сладкое винцо"... "Нам бы сладенького винца!..." - напрашивались "за столик" в крымском ресторане две смазливые, но простоватые девицы. Мой приятель был в тот вечер не в настроении и ответил им: "Сладеньким винцом поят блядей!.."
Тут же вспоминаю подвешенную на горном склоне ресторанную кабинку... И солнце, садящееся в море, вот-вот зашипит, коснувшись воды и тихо так, что слышно, как звенит о стакан чайная ложечка за соседним столиком..."
Что еще интересно ? из множества ресторанов, в которых сиживал, запомнились только русские... Немецкие, австрийские, польские, прибалтийские, греческие, испанские и турецкие заведения... канули в синий туман, из которого ж не извлечь какие-то яркие детали даже цепкая память...

Автор Владимир Гуд