Bigler.Ru - Армейские истории, Армейских анекдотов и приколов нет
VGroup: создание, обслуживание, продвижение корпоративных сайтов
Rambler's Top100
 

Флот

Стеклянная дверь.

В августе одна тысяча девятьсот девяносто седьмого года, когда Балтийск, расплавленный солнцем до полужидкого состояния, стекал в Гданьский залив, а ходовые испытания большого противолодочного корабля «Адмирал Чабаненко», в очередной раз были прерваны из-за отсутствия финансирования, которое, очевидно, ушло на выполнение более насущных задач по становлению капитализма в России, в отпуск ушел старший помощник командира корабля. Мы, уже традиционным маршрутом перешли в ставший родным калининградский прибалтийский судостроительный завод «Янтарь» и продолжили подготовку в соответствии с курсами и наставлениями, которых в изобилии производили и производят для надводных кораблей военно-морского флота.
Во всей полу праздничной эйфории, царившей на корабле, в связи с происшедшими событиями, один я, командир минно-торпедной боевой части, свежее произведённый в капитаны третьего ранга, чувствовал себя неуютно. Потому, что именно мне предстояло исполнять обязанности заслуженно балдеющего в отпуске старпома. А как гласит флотская мудрость - должность старшего помощника не совместима с частым пребыванием на берегу. Это мне удалось понять практически сразу...
Но это было только начало. Дружное население пятнадцатой каюты, состоящее из помощника командира по снабжению, или, по корабельному, ПКСа и командира боевой части связи, которое и так не отличалось высокой моральной устойчивостью и дисциплиной, полностью «слетело с катушек». Их пьянки начинались практически сразу после подъёма флага и продолжались, с перерывами, почти до самого вечера. И выступать в роли полицейского и реаниматора всегда приходилось мне. Что мы только не делали - на корабле объявлялась аварийная тревога, с причала раздвижными упорами выдавливался иллюминатор и в каюта заводились по две линии пожарных рукавов. Вышибалась дверь - всё бесполезно. И убрать с корабля их было нельзя, Северный Флот «забыл» о своём «неродившемся» ещё сыне, стоящем даже не под Андреевским, а ещё под Государственным флагом. От командира я получал по полному. На берег сходил в режиме курсанта первокурсника, жизнь превращалась в ад.
Однажды, совершенно случайно попав домой и «листая» телевизор, я увидел решение...
В ближайшую пятницу, мне удалось убедить командира отпустить на «большой сход» ПКСа и связиста. Как только они прошли заводскую проходную, начались работы по демонтажу входной двери злополучной каюты....
Пришедшему в воскресенье на корабль командиру я с гордостью показал новую, абсолютно прозрачную стеклянную дверь пятнадцатой каюты. Сквозь неё, как в вычищенном до блеска аквариуме можно было рассмотреть всё содержимое запущенного логова.
- Это что?!
- Шоу « за стеклом», товарищ командир. Всё чисто и стерильно. Пусть запираются, а мы будем собираться и глумится...
- Сотник, Вы случайно не идиот?
- Никак нет, товарищ командир, я в июле диспансеризацию прошёл, у меня запись в медкнижке есть.
- А что комбриг скажет?
- Ну что скажет, скажите, что это испытания новой корабельной архитектуры, дверь то есть...
А в понедельник утром на корабль пришли связист и ПКС. Видели бы и слышали вы их.... А потом были столпотворения у волшебной двери, дружеские советы и комментарии. Жалобы, угрозы. Много чего. Вопли командира бригады и флотских политрабочих. Но ведь пить то господа офицеры перестали. Нет, мы все пили, да и сейчас, слава Богу, печень функционирует. Но ведь всё надо вовремя и в меру. А дверь помогла. Слава о ней гремела по всему Балтийскому флоту и как только мы вернулись в Балтийск, многочисленные делегации толпились у нас, как на гастролях парижского варьете. Жизнь продолжалась...
Оценка: 1.7754 Историю рассказал(а) тов. Андрей сотник : 04-03-2013 23:46:29
Обсудить (8)
07-03-2013 00:49:43, lancer
Я бы даже сказал, "туда тоже можно"©ан-т. :-))...
Версия для печати

Армия


Незадолго до нашего призыва в войсковой части N... сменили столовую посуду. «Вечные» алюминиевые тарелки, на донце которых можно было еще различить нацарапанное «ДМБ-66», сдали на склад (откуда они, надо думать, и перекочевали потом в пункты приема цветмета), а взамен выдали пластмассовые, нежно-голубого цвета. Это в СССР алюминия хватало и на самолеты, и на космолеты, и на тарелки с ложками оставалось. Да что алюминий - лопаты делали из титана! А тут - шиш. Халява кончилась.

Мыть эти синие «шлюмки» - то еще развлечение. Трешь, трешь ее, падлу, а она все равно скользкая от жира. Если бы вода была горячей... но это уже курорт получится, а не армия. Горячая вода бывает в бане. В столовой вода холодная. Даже ледяная. И только «посудомой»...

Да, о «посудомое». Я в первый раз заступил в наряд по столовой. Естественно, на мойку. Гора грязной посуды в большой ванне - ложки пополам с кружками, тарелки пополам с мисками. А старший прапорщик, дежурный по столовой, приказал вполне конкретно: чтобы все стерильно и по фен-шую. Мой горячий порыв немедленно броситься перемывать весь этот завал остановил «череп»-варщик.

- Куда, военный? «Посудомоя» нету еще!

Воображение тут же нарисовало маслом такого специально обученного солдата, который моет посуду. Посудомой же, ага. Увы. Посудомоями были мы, бойцы первого периода. А вот «посудомой» - его принесли со склада вместе с продуктами на ужин. Была это пластиковая бутыль с прозрачной жидкостью внутри. Ваш «фейри», который одной каплей уничтожает любой жир в радиусе километра, просто сосет как пылесос. Средство армейское «Посудомой жидкий» это намного круче. Адская субстанция мылится и пенится даже в морской воде, не говоря уже о пресной холодной. Причем одного колпачка хватит, чтобы отмыть тонну обычных тарелок. Проверено.

Но возвратимся к реальности. Наряд по столовой состоит из нескольких частей. В зале приема пищи есть «официанты». Расставить посуду - собрать посуду. Самая халявная должность. Но и самая опасная, так как с разгневанными мужчинами в ранге «дедушек» контактируют именно они. В кухне есть «варщики» - наряд по варочному цеху. Им сложнее. Они принимают продукты со склада, готовят их для поваров. Чистят картошку, морковь, лук. Вскрывают банки с тушенкой. А есть низшая каста - мойка. Те, кто перемывают горы и горы посуды. Не только чашки-ложки, но и кастрюли, котлы, миски, черпаки. Хотя и тысячу тарелок помыть - не баран чихал. Плюс: на мойке есть посудомоечная машина. Минус: не работает с сотворения полка.

Павлик был с Курганщины и деревенский. (Деревенским в армии живется проще. Один кадр писал домой: «Мама, ты не поверишь, тут подъем в полседьмого, так я высыпаюсь как наш кот Мурзик! Приеду домой, долго буду привыкать вставать рано.») Павлик мыл большие миски и черпаки. Павлик раньше других справился с задачей и по доброте своей природной начал помогать своим ближним. Ближние, в отличие от Павлика, с задачей не справлялись. Жирные пластиковые тарелки даже «посудомой» не брал. Но тут за дело взялся Павлик, и оно пошло. Синяя пластмасса шипела и плавилась под его ручищами. Отмытую тарелку Павлик метко швырял в сторону стеллажа, где ее ловил другой воин и укладывал в стопку. Скорость мытья посуды выросла сразу в разы.

У американцев есть такая пляжная забава - фрисби. Ну все, наверное, видали в кино - плоский пластиковый диск с загнутыми внутрь краями, который летает. Его перебрасывают друг другу и ловят. Иногда, что намного эффектнее, фрисби кидают собаке, и она тоже его ловит в воздухе. Вот, кстати, загадка - зубки-то у собачек весьма серьезные. Как хватит за руку - шрамы останутся на всю оставшуюся. А на тарелочке фрисби - ни царапины. Или это спецэффекты голливудские?

Паша кидал - Саша ловил. Паша кидал - Саша ловил. Дверь моечного цеха даже не скрипнула, зараза. Начштаба, которому приспичило внезапно проверить столовую, отворил ее абсолютно бесшумно. Зря он это сделал. Зря. Потому что Саша начштаба увидел боковым зрением. А Паша - нет. Саша вытянулся и встал по стойке «смирно». А Паша как раз метнул очередную тарелочку. О-о-о, фрисби ваше курит нервно в углу. Синяя пластмассовая посудина просвистела в воздухе и... Наряд по мойке потрясенно замер, глядя на начштаба, который зубами держал тарелку за край и очумело тряс головой.

- Ффы оффуеффли, ффоифны! - прошамкал начштаба. Потом опомнился и вынул тарелку изо рта. - Вы офуели что-ли, военные? Так, ..., и убить недолго. Тьфу... Гадость... Бля...

Махнул рукой и вышел из моечного, швырнув тарелку за спину не глядя. Саша тарелку поймал и потрясенно уставился на нее.

- Павлос, ты посмотри! Во волк, а! Это же какие челюсти он себе наел?!

На синем пластике отчетливо выделялся отпечаток зубов начштаба - хоть сейчас к стоматологу неси и снимай слепки. Большие клыки прокусили толстую пластмассу едва ли не насквозь. Тарелку можно было выбрасывать...

Оценка: 1.7075 Историю рассказал(а) тов. Рядовой Шлагбаум : 04-03-2013 21:07:31
Обсудить (13)
06-03-2013 18:42:39, Nix
Чую брата - Большое Ухо. Вот хоть мы с тобой из разных кон...
Версия для печати

Армия

Ранним утром обыкновенного мартовского дня к воротам войсковой части N... уверенно приближался командирский “уазик”. Уверенно - потому что он армейский вездеход, а не хрен поросячий. А этот был ко всему еще и новый - на широко расставленных зубастых колесах, с металлическим верхом. Полковник Рожков им гордился до опупения, а все остальные командиры войсковых частей в радиусе ста пятидесяти километров ему завидовали. Ничто в этот день не предвещало трагедии. Сейчас товарищ полковник прибудет на территорию вверенного ему подразделения и дальше все пойдет строго по плану. А разве может быть иначе? Отставить “иначе” - до особых распоряжений.

Но на воротах КПП N1 командира уже поджидал он. Шлагбаум. Нет, не подумайте, не солдат известной национальности. Настоящий шлагбаум - большой и металлический. Вообще-то, на первом КПП имелись и обычные железные ворота, поэтому шлагбаум там был нужен примерно также, как ежику семейные трусы, но... Впрочем, по порядку.

Однажды в полк прикатила очередная проверка из штаба округа. Неизвестно, то ли генерал с утра встал не с той ноги, то ли супруга накануне уклонилась от исполнения своего священного долга, а может, ничего более сурьезного и угрожающего обороноспособности государства проверяющий найти не смог. (Хотя какой это тогда проверяющий?) Натужившись, генерал родил: “Пахчиму нет шлагыбаума на въезде? Исправыть!” А с генералами, как известно, спорить - что жопой танки останавливать. Шлагбаум вкопали. И все бы ничего, но у начальника штаба был зуд. Он постоянно стремился что-нибудь улучшить. В наши времена нано-модернизаторов ему бы цены не было, наверное.

Длинный полосатый дрын на подставке начштаба не понравился с первого взгляда. Не было в нем полета мысли. Начштаба почесал свою большую умную голову и отправился в автопарк - соблазнять механика. Поскольку при всем богатстве фантазии воплотить их в бронзе он не мог. Да и не положено начштаба работать руками. Ибо нефиг.

Механик, в отличие от начштаба, был человеком мудрым и имел седые яйца. Он прекрасно понимал, что в армии чем меньше инициативы - тем лучше. Но начштаба в своей страсти был настойчив как молодой кролик, и поэтому механик быстро сдулся... эээ... сдался. Его бойцы взялись реализовывать идеи начштаба не то чтобы охотно, но... уважали своего Михалыча, в общем. На свет родился новый шлагбаум - сумрачное творение начштабовского гения. Вместо подъемной, он имел поворотную конструкцию и был целиком изготовлен из превосходных стальных труб. Вращающаяся на шарнире решетка весила довольно нехило, но, благодаря смазке, одна человекоединица из наряда по КПП приводила механизм в действие.

Увидев этот технический шедевр, начштаба испытал множественные оргазмы, но быстро нашел один недостаток. Который и... Впрочем, вернемся к нашему командирскому “уазику”, который уже подкатил к воротам и требовательно посигналил. Наряд по КПП распахнул ворота, и один из бойцов торжественно отвел в сторону шлагбаум, открывая путь.

Дальше события развивались неожиданным образом. “Уазик” командира еще только засунул свой нос на территорию части, а от подъезда штаба уже торопился дежурный. И что должен сказать дежурный, увидев родного до икоты полковника Рожкова? Правильно! Он раскрыл рот на ширину приклада и рявкнул:

Полк, смирно!

Как-то несколько преждевременно крикнул, не находите? Услыхав эту команду, боец, державший в руках шлагбаум, автоматически отпустил его и встал “смирно”. Тут и сработало дьявольское изобретение начштаба. К шлагбауму усилиями механика был присобачен хитрый возвратный механизм с громадными пружинами. Чтобы, значит, шлагбаум сам собой закрывался. Ну он и закрылся, ясен пень. Железная дура с размаху впечаталась в плоскую морду “уазика”. С нежным звоном осыпались осколками фары.

...! - вырвалось у фалломорфировавшего в доли секунды дежурного.

Бииип! - громко сказал “уазик”, водитель которого с перепугу нажал на клаксон.

“Бляяя...” - подумал боец и виновато шмыгнул носом.

Из салона “уазика”, на глазах раздуваясь и выпуская ноздрями клубы дыма, полез полковник Рожков.

Где. Этот. Леонардо. Гребаный. Приведите. Его. Ко мне. - вежливо произнес командир полка, и только испуганное эхо привычно разнесло по отдаленным уголкам части: “...мать! ...мать! ...мать!”

Услышав этот звук, начштаба побледнел и заперся в кабинете. Наклонив рога, полковник рысью проскакал по направлению штаба, затоптав по пути дежурного по части. День на глазах переставал быть солнечным.
Оценка: 1.6901 Историю рассказал(а) тов. Рядовой Шлагбаум : 28-02-2013 15:28:12
Обсудить (16)
, 04-03-2013 12:17:54, muvic
а у нас в 93-й мотокопытной комкор после проверки приказал у...
Версия для печати

Флот

Торпедная атака

- Лево руля, на курс триста сорок.
- Есть, лево руля, на курс триста сорок.
- Ложусь на боевой курс, Командир БЧ-3, выполнить наведение!
- Есть, выполнить наведение.
- Проходим 10.
- Проходим ноль, проходим триста пятьдесят.
- Наведение выполнено!
- На румбе триста сорок!
- Так держать, обе машины вперёд средний.
- Есть, так держать, обе машины вперед средний.
- Лежу на боевом курсе, торпедный аппарат, Товсь!
- Товсь выполнено!
- Залп!
- Торпеды вышли, замечаний нет!
- ... «Смышленый», мать вашу..., вы что с ума посходили?! Что у вас происходит? - Эфир в полигонах боевой подготовки взорвался живыми и образными русскими выражениями в исполнении Командующего Северным Флотом адмирала Громова, находящегося на крейсере «Киров» и руководящего ходом учений.
БПК «Смышлёный», вооружённый четырьмя практическими кислородными торпедами, должен был произвести стрельбу по эскадренному миноносцу «Расторопный», который, по замыслу командования, произведя манёвр уклонения, поразил бы выпущенные торпеды реактивными глубинными бомбами. Но что-то пошло не так. Эсминец был по левому борту от стреляющего корабля, а крейсер с Командующим - справа и впереди. На шестьдесят первом проекте торпедный аппарат расположен на площадке между мачтами и вращается вокруг своей оси на триста шестьдесят градусов. По какой-то роковой случайности, вместо того, чтобы развернуться влево, аппарат вывернул на правый борт, и торпеды прошли по корме флагмана Северного Флота, оказавшегося абсолютно неготовым к атаке и нагло всплыли в нескольких кабельтовых от его правого борта. Учения были остановлены, комиссия штаба Флота погрузилась в плавсредства для «разбора полётов» и «оказания практической помощи» бестолковому экипажу «Смышлёного».
А в это самое время командование бригады «насиловало» командира минно-торпедной боевой части лейтенанта Малинина.... Когда на борт поднялся Флот, Слава уже практически ничего не соображал. Поэтому он, как в тумане, смотрел на бесновавшегося и крушившего всё на своем пути капитана 1 ранга Баранова, флагманского минёра седьмой эскадры, и пребывал в одной, известной только ему нирване.
Наконец, Командующему доложили, что все неисправности устранены, и корабль готов к повторной стрельбе. Никому и в голову не пришло отменить выполнение боевого упражнения. Корабли вышли в точку рандеву, и раздалась повторная команда: «Залп!». Две торпеды, хищно оскалившись, выпрыгнули из торпедного аппарата и устремились... к БПК «Адмирал Исаченков», находящемуся на противоположном от «Расторопного» борте «Смышленого». Не знаю, какой Армагеддон имели в виду майя, промахнувшиеся с концом света, но, если бы они были в районе стрельб, они покраснели бы от стыда и стыдливо разбили бы свои каменные календари. То, что запланировали они, было бы всего лишь жалкой и неумело сделанной подделкой...
А дело было так.... Накануне выхода в море Слава Малинин обнаружил, что сбит электрический ноль на сельсине командирского прибора. Рассогласование достигло почти ста восьмидесяти градусов, что, в общем-то, было не удивительно, исходя из возраста корабля и изношенности техники. Слава всё подкорректировал, но в суматохе подготовки не успел никому об этом сказать. А мичман, старшина команды электриков БЧ-3, у него был очень ответственный, который, зная о неисправности, решил её устранить. Слава, сказал ему, что электрический ноль в порядке. Ну, а раз электрический ноль в порядке, значит, сбит механический. По-другому не бывает. Механический ноль выставляется очень просто: с вращающегося трансформатора снимается круглая, проградуированная крышка, и выставляется так, как надо. Крепится - и вопрос решен. Таким образом, ошибка на сто восемьдесят градусов появилась снова и торпеды во время первого залпа устремились к «Кирову».
Сразу после стрельбы под вопли флагманского минёра бригады, капитана третьего ранга Лукьянова, Малинин снова проверил электрический ноль и обнаружил ошибку в механическом, о причинах появлении которой узнал только по возвращению в базу. Но дело на этом не закончилось. Появившись на борту, капитан первого ранга Баранов, наоравшись и разгромив лейтенантскую каюту, лично пошёл на командный пункт и начал проверять командирский прибор! В это время командира БЧ-3 фельдшер пытался привести в чувства, а флагманский минер бригады получал разнос от комбрига. Уже догадались, что было дальше? Всё правильно. Убедившись, что электрический ноль выставлен, флагманский минер эскадры переустановил шкалу, считая, что исправил ошибку в механическом ноле.
Самое интересное, что, увлекшись любимой игрой военных в назначение крайних, запугивание и запутывание, никто не удосужился проверить, как аппарат отрабатывает фактически.
Надо отдать Славке должное, придя в себя к повторной стрельбе и преодолевая препятствия в лице бригадного минера, не отходящего ни на шаг и ежеминутно запугивающего его всеми земными и небесными карами, он попытался проверить фактическое положение аппарата. В момент выполнения наведения он запросил командира отделения торпедистов, старшину второй статьи Малдабекова:
- Аппарат вправо?!
- Вправа, командыр.
- Точно? Где правая рука твоя?!
- Так точно, командыр.
Только после этого, Славка доложил командиру:
- К стрельбе готов, - и выстрелил ... по «Исаченкову».
Во время разборов и «оказания помощи» никто не обратил внимания на то, как «смотрит» аппарат. А он после всевозможных разворотов был развёрнут не в нос, а корму корабля. Поэтому Малдабеков был абсолютно прав, утверждая, что аппарат «смотрит» вправо, потому что сидел на нем по направлению к передней крышке (по ходу движения торпед).
И такое бывает в жизни, в которой всегда есть место подвигу. После этой истории все остались живы и на Флоте. А вся минно-торпедная служба заново учила сельсины и вращающиеся трансформаторы и сдавала зачеты, даже те, у кого на кораблях уже были цифровые комплексы. Потому что на флоте виноватых не ищут, их назначают, и в этот раз назначили нас...
Оценка: 1.6822 Историю рассказал(а) тов. Сотник Андрей : 19-03-2013 21:43:51
Обсудить (31)
22-03-2013 22:08:57, Сотник Андрей
Именно, "Растопыренный". А когда он, в 91 пришёл в Север...
Версия для печати

Учебка

Услышал я недавно историю о том, как Катерина Ющенко привезла нашей детской больнице японский прибор. И японского инженера в качестве установочного оборудования. Маленький такой инженер, в очках. Умный, наверное. Все за прибор переживал. Суетился, пытаясь подъемный кран выискать. А когда увидел наших грузчиков...
Вот тут-то глаза его и округлились
Японский инженер лопотал по-английски сначала, затем по-своему, что прибор точный, очень тяжелый, габаритный и транспортировать его вовнутрь здания необходимо исключительно подъемным краном...
Фигня - ответили ему небритые мужики, синие робы которых были украшены оранжевыми бантиками. - Ану, взяли! Э-эхх! Отойди, узкоглазенький, не мешай.
И японский инженер бежал сзади и снимал процесс на мобильный телефон. Цунами мне в сакэ! - читалось восхищением в его узких глазах.

И вспомнились мне почему-то первые мои военные дни. Май, карантин, город-курорт Анапа. На полигон РТС доставили новый прибор. И стоял он, загораживая проход, прямо под окнами школы. Деревянный ящик - три метра во все стороны. Перед прибором - строем в колонну по четыре - вчерашние призывники - в новеньких робах без номеров, в белых бескозырках без ленточек и с недоумением во, все еще умных, глазах. Человек тридцать.
Рядом с ящиком - начальник полигона в звании капитана второго ранга и старшина карантина в звании главстаршины.
- Значит так, моряки. - Начальник полигона приподнялся на носки, покачался пару секунд. - Надо затащить этот ящик вон в ту дверь. Пальцем он ткнул за спину. Тридцать пар все еще умных глаз проследили направление. Ничего так дверь. Широченные ворота в стене здания, окрашенные шаровой краской. - Пусть пока здесь постоит.
Капитан второго ранга вынул из кармана связку ключей и направился к воротам.
- Командуйте, старшина, - крикнул он оттуда.
Главстаршина поправил берет и скомандовал.
Через минуту тридцать будущих моряков весело толкали ящик по асфальту в сторону «двери», а главстаршина ритмично взмахивал рукой и кричал, задавая ритм: «И-р-раз! И-р-раз!». Это самое «И-р-раз!», как оказалось, чуть ли не самая важная часть любого военного процесса. Без нее ну ничего не получается. Сам проверял. Поэтому обязательно должен быть специально выделенный «крикун», то есть ответственный. И, что уж самое удивительное, устает он куда больше всех остальных. Ответственность, видимо. Утомляет она.
Тридцать человек, прибор в несколько тонн весом, дерево по асфальту. За десять минут ящик сдвинулся на полметра. И стал намертво. Ни энергичные взмахивания, ни «И-р-раз!» не помогали.
- Перекур, - задумчиво скомандовал капитан второго ранга. - Старшина, ко мне.
За время перекура прибыла подмога в лице двух капитанов третьего ранга. И этот многозвездный штаб в два счета выработал победную стратегию.
- Рельсы, - сказал один из капитанов третьего ранга.
- Точно, - поддержал его второй. - По рельсам само пойдет.
- А где мы их возьмем? - покосился начальник полигона.
- А вон там, - главстаршина взмахнул рукой, указывая направление. - Под забором лежат.
Капитан второго ранга несколько секунд «пережевывал» этот план.
- Заканчивайте перекур, старшина, - сказал он, все обдумав. - Тащите рельсы.
За рельсами шли строем. Под командой одного из капитанов третьего ранга. Второй остался отрабатывать «И-р-раз!» и энергичные взмахивания. Ибо старшине доверить руководство движением ящика по рельсам уже нельзя. Уже не по чину.
Сам главстаршина шел впереди, изображая следопыта. И вывел точно. В молодой траве у забора действительно лежали рельсы. Два обрезка. Метров по десять длиной. Впрочем, в размерах я могу и ошибаться. Помню только, что очень тяжелые они были. Потому как тащили мы их на руках. На пальцах, точнее. (Это чтобы бросить успели в случае чего.) С пыхтением, сопением, потением. Под команды капитана третьего ранга. «Спину не гнуть! Идти в ногу!». Ну и тому подобные военные слова.
Со вторым рельсом было уже проще. Но все равно очень тяжело.
Поставить ящик на рельсы после этого подвига было совсем плевое дело. А толкать под «И-р-раз!» капитана третьего ранга - так и вовсе.
Ящик «пролетел» по рельсам и с размаху уткнулся в верхний край ворот. Не проходит он, оказывается. По высоте не проходит. В ворота. И намного? Намного. И на высоту рельсов еще.
- Мда, - сказал капитан второго ранга, сняв фуражку.
- Не проходит, - поддержал его один из капитанов третьего ранга.
Вчерашние призывники ничего не сказали. Потому как сил уже не было говорить. Но в глазах их ясно читалось, что по ту сторону забора сначала измеряют высоту ворот. А уже потом идут за рельсами. В глазах старшины ясно читалось, что по ту сторону забора он будет только через полгода и, что ящик этот у него не первый.
- Ладно, - рубанул воздух ладонью капитан второго ранга. - Разберемся. Старшина, ваша команда свободна. По распорядку. Только рельсы обратно отнесите.
И снова «на пальцах», снова «Спину не гнуть! Идти в ногу!». Только теперь уже в другую сторону.
И вы знаете, что я думал, когда тащил рельсы обратно под забор? Нет, совсем не о том, что ближайшие три года мне предстоит пробыть «по эту сторону забора», пропихивая огромные «ящики» в маленькие «двери». И не о том, что кричать “И-р-раз!» куда интереснее, чем таскать под забор рельсы. Всю дорогу меня мучил только один вопрос: Ну откуда взялись рельсы в нашей части, если ближайшая железная дорога проходит в семи километрах от города?
Оценка: 1.6170 Историю рассказал(а) тов. Константин Изварин : 19-03-2013 09:21:12
Обсудить (18)
23-03-2013 19:24:45, kilikanzer
История хорошая, честную двоечку поставил. Только "откуда...
Версия для печати
Читать лучшие истории: по среднему баллу или под Красным знаменем.
Тоже есть что рассказать? Добавить свою историю
    1 2 3 4  
Архив выпусков
Предыдущий месяцНоябрь 2017 
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   
       
Предыдущий выпуск Текущий выпуск 

Категории:
Армия
Флот
Авиация
Учебка
Остальные
Военная мудрость
Вероятный противник
Свободная тема
Щит Родины
Дежурная часть
 
Реклама:
Спецназ.орг - сообщество ветеранов спецназа России!
Интернет-магазин детских товаров «Малипуся»




 
2002 - 2017 © Bigler.ru Перепечатка материалов в СМИ разрешена с ссылкой на источник. Разработка, поддержка VGroup.ru
Кадет Биглер: cadet@bigler.ru   Вебмастер: webmaster@bigler.ru