Bigler.Ru - Армейские истории, Армейских анекдотов и приколов нет
VGroup: создание, обслуживание, продвижение корпоративных сайтов
Rambler's Top100
 

Дежурная часть

Ветеран
Контрразведка на страже судомоделизма
(история реальная)

В детстве был у меня друг и одноклассник Димон Сомов. Любили мы с ним конструировать и создавать различные модели плавающих средств. Благо жили в 30 метрах от отводного канала. Вот и в тот 1983 год, учась в 5 классе обыкновенной московской школы, мы за рубль приобрели у одного «барыги» из 7-го класса корпус от обыкновенного старого пластмассового игрушечного катера, который новый-то стоил 3 рубля с копейками. К процессу подошли творчески, приняли во внимание советы его отца - конструктора КБ «Энергия», плюс приложили наши необузданные фантазии собрать быстроходный катер. Если честно, то Димон от меня более отличался врожденной инженерной мыслью. Я в его проекте, учитывая, что он главный конструктор, являлся, наверное, начальником цеха сборки. Возможно, это так называется в промышленных кругах. Таким образом, мы решили создать супер-катер на подводных крыльях с высокооборотистым электродвигателем. Учитывая, что были летние каникулы - работы проводились у меня на балконе, который на тот момент являлся «верфью» изготовления нашего «особо секретного изделия» с определенным графиком работы. В 8-00, когда Димон приходил ко мне домой, научный совет КБ начинался с завтрака, который заботливо готовила и приносила к нам в «цех» моя бабушка. Затем работа и обед, ответственной за который была так же бабуля, и продолжение на благо отечественного судостроения. Через 3 дня кропотливого труда собранный и блестящий свежей нитрокраской катер «Волжанец»», как мы его нарекли, стоял на стапелях нашей «верфи». Окончание сборки проекта было обмыто вишневым компотом. Правда, двухлитровую банку пойла мы об корпус катерка не разбивали. Ограничились тем, что моя набожная бабушка его перекрестила, а я натянул на мачту сшитый флаг СССР. Настало время испытаний и спуска на воду нашего детища. Церемония была назначена на 10 утра следующего дня. Ни я, ни, как я узнал позже, Димон, перед ответственным днем не спали. Спуск судна на воду - это вам не баран икнул. Тревожно...
В восемь часов утра «главный конструктор» стоял у меня в «цеху», внимательно оглядывая наше детище. Я подготавливал новую батарейку и с важным видом рапортовал о полной готовности судна к испытаниям.
- Леску взял?
- Вот...
- Запасную батарею?
- Конечно...
- Герметичность корпуса проверил? - серьезно спросил «ГК».
- Да, конечно, проверил!!!!
- Ну, пошли! - произнес Димон, и мы двинулись к большой воде.
Выйдя на берег, мы начали приготовления к спуску нашего «Волжанца» на большую воду. Оказалось, что не было удачного причала, а посему пришлось срочно из подручных средств изготавливать то, о чем мы вовремя не позаботились. На ближайшей помойке были собраны бруски, доски и сооружена нехилая пристань.
Всё, день Х настал!!! Ура, товарищи!!! Я запустил двигатель, из-под кормы пошел мощный бурун. Швартовые «ГК» «приказал» пока не отдавать, а проверить мощность судна на месте.
За всеми этими манипуляциями юных судостроителей наблюдала команда из 7 мудаков 16-18 лет от роду, которые на горке пили портвейн, горланили песни и загорали на летнем солнышке.
- Пацан, дай запущу катерок, - обратился ко мне тот, что был с гитарой и протянул лапы к нашему детищу.
- У нас первый запуск, - пытался я отогнать беду, - Сейчас испытаем, отправим в плавание и потом разрешим...
- Ты чего, салага!!! Ох@ел, старших не слушать!!! - в пьяном угаре сообщил гитарист и схватился за катер. Отдавать детище я не собирался.
- Э, хлопцы, чего до пацанят пристаете, - послышался добродушный голос откуда-то справа.
Мы оглянулись, в трех метрах от нас стоял небольшого роста старичок с поводком в руках, как две капли воды похожий на актера Евгения Леонова. Рядом с ним, задорно виляя хвостом, носилась маленькая беспородная собачонка.
- Да пошел ты..., - грубо ответил парубок и продолжил отбирать у меня катер. В это время к нам подошли остальные пьяные ублюдки, искавшие, куда бы выплеснуть пьяную энергию. Один из них сильно, носком кроссовки ударил псинке под ребра. Животина завизжала и опрокинулась на спину.
- Да что же вы за сволочи такие, - тихо произнес дед.
В следующее мгновение произошло что-то невероятное. Какие-то движения, удары, вздохи, стоны, хрусты... Мы с Димоном стояли в ступоре. Мы такого раньше никогда не видели. Несколько секунд и всё... Все отморозки были в глубоком нокауте. Дедушка спокойно осмотрел собачонку, погладил по голове и как к человеку обратился:
- Ну ты как, подружка? Цела? В ответ псинка снова завиляла хвостом и лизнула морщинистую руку хозяина.
- Ребятишки, вы пока посидите вон там, а я с хулиганами поговорю, - улыбнулся старик и указал на лавочку. Дважды просить нас не надо.
Старик подошел к «гитаристу», какими-то манипуляциями привел его в чувство и минуты три что-то ему втолковывал. После этого в чувства были приведены остальные поверженные. Спустя некоторое время гоп-компания, хромая и держась за разные части тела, скрылись за домами. Дедок подошел к нам:
- Ну что, морячки, катерок-то запускать будете? - простодушно спросил истребитель хулиганов, и, посмотрев на катер, грустно добавил: - Я почти на таком в 1944 за реку уходил. Красиво сделан, молодцы, дуже он у вас красивый!»
И мы запустили!!! Запустили так, что покорил он все рекорды, которые могли существовать на этом канале ранее.
Дед сидел и радовался как дитя. Потом мы вместе сходили в магазин, где старик купил нам по большому пломбиру за 48 копеек. Мы были счастливы!!! Мы были счастливы тому, что посторонний человек оценил нашу работу. Нам было приятно, что мы в свои 12 лет смогли сделать то, что поразило и удивило взрослого. А вдвойне было приятно то, что он за нас защитился.
День удался. Испытания прошли удачно, работа оценена взрослым, злодеи наказаны, а пломбир в желудке.
Прощаясь с нами, старик произнес:
- Ну что, морячки, пошли мы, а то старуха нас заждалась. И запомните, ребята, никогда не судите о человеке по его внешности.
- До свидания, дедушка! - помахали мы испачканными мороженым руками.

Прошли времена.. Десяток лет. Я стал опером. В одно из дежурств начальник направил меня на адрес:
- Селиверстов, сходи на квартиру, тем более, твой район, заодно и пообедаешь.
- А что там?
- Да х#й его знает, - отмахнулся шеф. - Вроде бы сын отца мертвым обнаружил с разбитой головой.
Пришел на адрес. Следственно-оперативная еще не приехала - ждала моего вердикта.
Дверь открыл приятный человек лет 50, и ознакомившись с моим удостоверением, вежливо пропустил в квартиру.
- Что произошло?
- Отец второй день на телефон не отвечает, вот я и решил заехать. Захожу, а он... - хриплым голосом проговорил мужчина и заплакал.
На полу на кухне в луже запекшейся крови и растительного масла лежал... тот самый старик, так похожий на народно-любимого артиста, истребитель хулиганов, главный зритель испытаний «Волжанца», а главное, человек, преподавший нам с Димоном урок: «Не судите по внешности человека». В принципе мне все было ясно - пожилой человек разлил масло, поскользнулся и ударился головой о батарею. Только на душе было муторно. Как будто в детство вернулся, в то веселое, интересное..., но каким-то извращенным способом, на какой-то неправильной машине времени.
Я накрыл лицо трупа полотенцем, вызвал судебного медика, и мы с сыном погибшего прошли в комнату. Я достал чистый лист бумаги.
- Как звали погибшего?
- Антон Николаевич Ващеев...
- Значит дедушка Антон, - тихо себе под нос произнес я.
- Что?
- Продолжайте, пожалуйста.
И рассказал мне его сын, детский хирург травмотолог, о своем отце. О добром, сильном, отзывчивом человеке. Достал с полки коробку из-под печенья и открыл ее. Там были ордена и медали. Много. Я запомнил лишь два ордена «Красной звезды» и орден «Боевого Красного знамени».
- Кем ваш отец на фронте служил, в каких войсках?
- Сначала разведка армии, потом военная контрразведка «СМЕРШ», - вновь заплакал сын, - «Лесных братьев» гонял. Окончил войну капитаном.
- «СМЕРШ», - подумал я, - Значит, он пожалел тогда тех отморозков.
Не стал я мучить мужика. Не до воспоминаний ему. У него сейчас будут неприятные хлопоты и тягостные минуты.
Я вышел на лестничную площадку, закурил и дождался СОГ. Изложил своё мнение и ушел. Не на работу, а на канал, где мы много лет назад запускали «Волжанца». Я пил, курил и вспоминал.
Через два дня я заехал в Бюро СМЭ.
- Моя версия по поводу причины смерти Ващеева подтвердилась?
- Почти, - ответил медик, - Обширный инфаркт, возможно, падая зацепил масло, стоявшее на столе. Травма получена в результате падения с высоты собственного роста. Других повреждений нет.

PS: Каждое лето с Димоном мы ездим на могилу нашего старика. Пусть тот кораблик, пущенный нами по каналу, будет твоей душей, уважаемый Антон Николаевич. Удачи тебе там, капитан «СМЕРША».
Оценка: 1.9020 Историю рассказал(а) тов. Важняк : 14-05-2009 15:40:01
Обсудить (52)
08-06-2009 19:43:19, Flyin
стуканули- кто-то из соседней лаборатории увидел вспышку...
Версия для печати

Армия

Ветеран
Особая группа

(окончание)

Возле входа в оперативный отдел под грибком стоял понурый часовой в каске и скособоченном бронежилете. На него громко и с удовольствием орал какой-то подполковник.
- Слышь, ты, два глаза - роскошь для одного, пропускай, говорю, мне срочно пройти надо!
- Не могу, товарищ подполковник, мне сказали пропуска у всех проверять, я сейчас скоро сменюсь, тогда и проходите.
- Да ты охамел, солдат!
- Не могу, товарищ подполковник.
Офицер витиевато выругался, и чертыхаясь, пошёл обходить штабные машины, затянутые сетями.
Приехали, вся операция по закладке самодельного взрывного устройства срывается, внутрь я не пройду, часовой требует у всех пропуска. Наверняка специально поставили перед прилётом командующего армией.
Часовой заметил меня и радостно гаркнул:
- Здравия желаю!
Что-то лицо мне его знакомое. И смотрит он как-то подозрительно обеими глазами в разные стороны. Так это же боец Касабланка!
Я, сделав озабоченный вид, подошёл к грибку, под которым томился боец, и как можно небрежнее бросил:
- Здарова, будь добр, не пропускай и меня, а то так неохота на командующего нарываться...
- Да не-е, проходите, - заулыбался часовой, и воровато оглянувшись, поднёс пару пальцев к губам, жест, известный все курильщикам.
Я щедрой рукой отсыпал ему несколько сигарет и с кислой миной начал подниматься по приставной лестнице к штабным прицепам. Все автомобили были выстроены в ряд, между прицепами выложены дощатые настилы, образовывался длинный коридор, по которому туда-сюда сновали озабоченные военные с картами, папками и бумагами, хлопали двери кунгов, звенели телефоны. Обычная атмосфера на командном пункте на выезде. Ориентируясь по табличкам, я вышел в конец "коридора" к огромнейшему крытому прицепу. Из двери вылетел офицер с выпученными глазами и чуть не сбил меня с ног.
- Вы из штаба воздушной армии? - радостно заорал он, увидев меня.
- Да, вот вызвали, а я еще должен вертолёт встречать...
- Идите быстрее, свои пункты наносите на карту, потом пойдёте вертолёт свой встречать, сейчас командующий прилетит...
Странная логика - сами не понимают, что хотят, и на карте им нарисовать надо, и одновременно авианаводчиком поработать. Я прошмыгнул внутрь, над огромным столом с расстеленной на нём карте склонилось человек пять различного военного люда. Кто-то рисовал, кто-то стирал, кто-то в недоумении пялился на остальных.
- Лёёётчик пришёл, - с оттенком сарказма возвестил какой-то полковник, сидевший рядышком за столом, уставленным кучей телефонов.
- Долго же вас ждали, вы можете на карте поработать, или мне командующему доложить, что вы ни хрена ни на что не способны! - вызверился он на меня.
Остальные, не отрывая карандашей от бумаги, что-то прогундосили себе под нос и замолчали.
Я, сделав печальное лицо, засунул дипломат под стол и расщёлкнул замки. Когда буду уходить, изо всей силы пну несчастный портфель, дай бог, детонатор Аллилуева сработает.
Умыкнув у кого-то карандаш и офицерскую линейку, я изобразил усиленную работу мысли. Потом для убедительности найдя на карте Курояровку и отодвинув в сторону одного из штабных офицеров-операторов, нарисовал рядом с ПКП значок разведывательной группы специального назначения. Подписал дату и число. Сделав выноску от значка командного пункта, нарисовал значок диверсии, подписал «Ос.Оф.РГ СпН» ,число, время. Потом разрисовал маршрут выдвижения, нарисовал посадочную площадку, подписал время эвакуации сегодняшним числом. Войдя во вкус, я незаметно засунул Черепановский телефон в рукав, включил на нём камеру в режим видеосъёмки начал водить рукой над всей картой, задерживаясь над нарисованными позициями войск, маршрутами выдвижения и пунктами управления. Никто на мои манипуляции даже внимания не обратил, тут почти что все водили руками над картой. Начальник, сидевший за столом, начал нервничать и хватать трубки телефонов.
- Быстреее, - заорал он чуть ли не благим матом, - командующий на подлёте.
Всё, пора уходить. Я со всей силы пнул портфель под столом, и сделав очень озадаченное лицо, выскользнул из кунга. Не успел сделать и пары шагов, как меня кто-то дернул за плечо:
- Браток, портфель забыл!
Я очумело вылупился на одного из офицеров оперативного отдела, с вымученной улыбкой протягивающего мне дипломат.
Как он только не раскрылся?
Я в прострации схватил дипломат в охапку и благодарственно кивнул:
- Спасибо, братан, совсем замотался, мне еще вертолёт сажать с вашим командармом.
Оператор сочувственно помотал головой, а я понесся к своей группе, прижимая "бомбу" к груди и холодея от страха, вдруг Аллилуев произвёл неправильные расчёты и самодельное взрывное устройство условно взорвётся у меня в руках. Группа была в сборе. Братья капитаны уже свернули свои антенны и упаковали радиостанции. Все были готовы к движению. Где-то неподалеку стрекотал вертолёт.
- Как сеанс? - прокричал я Артемьевым, скидывая лётный бушлат и шапку и переодеваясь в свою форму.
- Отработали, всё передали, подтверждение есть, задача выдвигаться к южной окраине Курояровки для посадки на машины и эвакуации на пункт сбора групп.
Я лихорадочно нацепил на себя тактический пояс, закинул на спину рюкзак и повесил на шею автомат. Всё-таки несправедливо устроена наша армия, для кого-то вертолёт подают на эвакуацию, а нам автомобиль, который непонятно когда еще придёт. Ну ладно, автомобиль оставим "спортсменам", думаю, им он пригодится.

Когда вертолёт сел, и командующий армией со свитой и посредниками, придерживая под мышками папки с документами и натянув поглубже на голову каракулевые шапки, чтобы не сдуло винтами, начали подниматься вверх на небольшой пригорок, случилось неожиданное. Сверху с криками " Оооо бляяяя" на них покатилась какая-то группа неизвестных людей с рюкзаками и автоматами. Сбили с ног встречающих и на вопль командующего ответили длинной очередью из пулемёта.
- Диверсанты, - заорал генерал, - товарищи офицеры, к бою!
Товарищи офицеры из свиты уже давно залегли вокруг командующего, но в бой вступать не собирались. Неизвестное подразделение пробежало мимо генерала, при этом все дружно отдали воинское приветствие поворотом головы. Обезумевший командующий рванул у одного из рук дипломат с явно похищенными секретными документами. Диверсанты уже ловко запрыгивали в вертолёт, последний остававшийся на земле еще раз от бедра дал очередь из пулемёта и был затащен на борт уже поднимавшегося вертолёта.
Ми-восьмой, накренившись на бок, сразу же ушёл от площадки, и не набирая высоту, скользя по рельефу местности, скрылся из глаз...
То, что орал командующий своим подчинённым по дороге на пункт управления, можно, думаю, опустить.
Когда генерал грохнул на стол спасенный им лично дипломат, всем офицерам стало не по себе. Комендант командного пункта еле сдержался, чтобы не упасть в обморок.
- Здесь были диверсанты, а вы... я... тот гвоздик, на котором висит портрет кошки вашей бабушки, - тут взгляд командующего упёрся в карту на столе.
- Товарищ командующий, откуда здесь им взяться? - тоненько пропищал начальник оперативного отделения.
Генерал молча ткнул пальцем в карту, рядышком со значком ПКП был аккуратно нарисован значок диверсии, подписано время и дата.
- Ахххх...ть, начопер, ты видишь, что тут нарисовано, мы уничтожены через две минуты, если верить карте и тому, что на ней нарисовали твои долбо...бы операторы.
Начопер рванулся к карте и открыл рот.
- Связь мне быстро с командирами дивизий, - разорялся командарм.
- Товарищ командующий, дальняя связь пропала, начальник полевого узла связи докладывает, что они подверглись нападению какой-то группы спецназа, - прижимая трубку к уху и бледнея на глазах, промямлил начальник связи армии.
Крышка дипломата резво подскочила вверх, и из портфеля вылез раздутый до безобразия презерватив, который как бы спрашивал:
"Здраствуйте! А кто здесь?"

Портфель я тащил в руках непонятно зачем, скорее всего, просто не думая в спешке, подхватил его на руки. Когда на спуске первым поскользнулся Ромашкин, остальные, думая, что так и надо, покатились вслед за ним. Дальше уже была сплошная импровизация.
Стрелял из пулемёта только лейтенант начфинёнок, видно, явно перевозбудился от избытка адреналина. Как портфель у меня вырвали из рук, я так и не понял, видно, просто сильно струхнул, увидев генерал-лейтенантские погоны. Но больше всего меня поразил экипаж вертолёта. Тищенко, услышав стрельбу, подвергся тому же "вьетнамскому синдрому", которому частенько подвергался Ромашкин. Когда я влетел на борт, командир экипажа высунулся из кабины и заорал:
- Вали духов, пацаны, я их щас НУРами обработаю.
Летёху еле успели затащить на вертолёт.
- На Харачой бляяяя, - заорал командир и увёл вертушку из-под "условного обстрела".
Хорошо, что на подвеске вертолёта ничего боевого не было, да и Тищенко быстро пришёл в себя.

За то, что мы прибыли с задачи на вертолёте, нам ничего абсолютно не было. Начальник штаба руководства учениями и многочисленные посредники, уже находившиеся на полигоне, долго не могли поверить в то, что группа выполнила задачу. Все координаты местонахождения ПКП, данные во время двухстороннего сеанса один в один совпадали с теми, что были у посредников, а может, были даже и точнее. Руководство смущало несколько непонятных фактов. По докладам о реально действующих группах мы ходили где-то в районе Вахапетовки кругами. По докладам поисковой группы Специального отряда быстрого реагирования они были у нас на хвосте, и вот-вот должны были обнаружить и нейтрализовать. Пару часов назад даже поступил доклад о том, что мы пойманы на дневке и пытаемся залегендироваться под туристов. С СОБРом такие детские отговорки не проходят, и они вот-вот нас расколят на чистосердечное признание. А через час выходим мы и докладываем о выполнении задачи. План-схема ПКП немного убедили посредников, но дозвониться до командующего армией они так и не смогли - отсутствовала связь. (как оказалось позже, "спортгруппа" вывела из строя узел связи командного пункта). Пришлось, скрепя сердце, отозвав в сторонку одного из офицеров посреднического аппарата, продемонстрировать видеозапись на телефоне. У посредника был ноутбук с инфракрасным портом, и в нарушение всех требований секретности запись перекинули ему для дальнейшей демонстрации руководству. А потом вышел командующий, и громко матерясь, доложил, что его подвижный командный пункт вместе с ним уничтожен и всё управление армией теперь переходит к его заместителю, а он сам едет отдыхать в баню и ну всех нах...
И, несмотря на удачное выполнение задачи, нас ждал еще один сюрприз. Мы должны были отстрелять на своём стрельбище упражнение "Группа в налёте", а после этого пробежать марш-бросок десять километров, так называемое упражнение "отход группы после налёта". Тут уже никого не обманешь и не подставишь. Стоя на инструктаже командиров групп, я тихо выпадал в осадок. Здесь мы уже точно не выиграем никак. Остальные группы - это слаженные боевые единицы, и это упражнение в полном составе выполняли не раз. Отстрелять худо-бедно можно, благодаря данному ранее результату мы спокойно можем завалить и стрельбу и марш, количество сеансов связи у нас больше всех, самая сложная задача была у офицерской группы и мы её выполнили, зачем же сейчас над нами издеваться? Отправили бы уже нас домой, да и забыли, нет, напоследок надо всё-таки поглумиться. Бормоча под нос ругательства, я побрёл к своим офицерам разведчикам . Надо хотя бы распределить цели и обозначить боевой порядок группы при проведении налёта и порядок отхода. Как-нибудь уж отстреляем, а десять километров пройдём пешком, и пошло оно всё к чёрту. Пачишина и Пиотровского на месте не оказалось, куда-то смылись, предупредив, что скоро вернутся. Пришлось потренироваться без них. Ромашкин получил гранатомёт и теперь с презрением посматривал на лейтенанта с пулемётом.
Начали тренироваться в передвижении. По окончании стрельбы я посоветовал не мчаться обратно на исходные позиции сломя голову, а имитировать отход по парам, прикрывая друг друга. Потренировались вроде неплохо, особенно колоритно выглядели Ромашкин и начфинёнок. Подошли улыбающиеся технари. Я даже не успел наорать на них. Прибежал боец и оповестил, что нам пора выдвигаться на пункт выдачи боеприпасов. Задержавшись минуты на три, мы прошлись еще раз теперь уже с парой технарей в боевом порядке.
Будь что будет.

Замкомбриг с удивлением посмотрел на офицерскую группу, только что вернувшуюся с выполнения упражнения. Досадливо крякнул и оглянулся через плечо на посредника, стоявшего рядом.
- Ну, товарищи офицеры, честно говоря, не ожидал...
Я поморщился, сейчас начнёт над нами стебаться, хотя, по моему мнению, отстрелялись мы не отлично, но вполне хорошо, особенно был хорош Ромашкин с гранатомётом.
- Поражены все мишени, оценка отлично! - с досадой вымолвил полковник и отошёл в сторону, уступая место посреднику.
- Вот что значит профессионалы, молодцы, товарищи офицеры, - затараторил полковник из "верхнего" штаба, - особенно мне понравился отход, все организовано по боевым парам, видно, что работают специалисты, у которых не один боевой выход за спиной.
У меня за спиной кто-то тоненько хихикнул. Пришлось покоситься через плечо на весельчака. Пиотровский с красным лицом прикрывал рот перчаткой и еле сдерживался, чтобы не заржать во весь голос.
Начальник еще пару минут повосторгался нами и распустил строй.
- Идите к марш-броску готовьтесь, пробурчал замкомбриг и снова потеребил свои усы.
- Товарищ полковник, а скидки на возрастные группы будут? Мы чай уже не мальчики-призывники, не ухари контрактники, - крикнул я ему вдогонку.
- Вы на выполнении задачи, какие вам нахрен скидки, и так всех обскакали, идите давайте.
Я с удивлением оглянулся на свой уже во весь голос хохочущий личный состав.
- Я, конечно, тоже удивлён и обрадован, но вы мне всё-таки объясните, что за ерунда здесь происходит?
А потому что, командир, мы всегда привыкли работать с исполнителями, - перебивая друг друга, затараторили технари, - прапор оператор на вышке - он откуда?
- Ну, из роты обеспечения, - недоумённо ответил я, еще не соображая, в чём дело.
- А рота обеспечения - это наша вотчина, мы там всех прапоров и контрабасов как облупленных знаем, а начальник стрельбища нам всегда чего-то должен, а за пару кэгэ уворованного маслица, за сгущенку и тушёнку, не прилагая к этому никаких усилий и вовремя опуская мишени, я бы тоже для нас, красивых, постарался, - закончил свой спич Пачишин и победно улыбнулся.
- Аааа так вот вы куда пропадали!!! - сразу же просветлел я мозгами, - оператора подкупали!
- Да чего его подкупать, он чуть ли не сам нам сделку предложил!

Начфиз ходил перед строем разведчиков и напоминал условия выполнения упражнения "Отход группы после совершения налёта". Бежать совсем не хотелось, ладно технари подкупили прапорщика оператора на вышке, но тут кого подкупать? И тут моё чуткое ухо начало что-то улавливать из речи физкультурника, а мозги начали потихоньку всё осмысливать.
- На маршруте две контрольные точки, на которых будут сидеть контролирующие офицеры и медики. Первая точка через два километра, старший на ней капитан Семёнов, вторая точка на отметке в семь километров старший майор Черепанов!
Вот оно! Наш агент Черепанов. С другой стороны, чем он нам сможет помочь, ну позвоню я ему, скажу время, которое он должен будет проставить у себя в блокноте, ну а дальше что? Ведь на финиш всё равно надо как-то добираться. Максимум, на что мы способны, это очень быстрой трусцой пробежать два километра и сдохнуть в объятиях капитана Семёнова. Парень он неплохой и искренне за нас переживает и время нам наверняка проставит то, которое я скажу, ну а дальше что, идти пешком до финиша? Ох, грехи мои тяжкие. По жребию мы бежали последними. Хорошо это или плохо, мне уже было без разницы. Группы пошли переодеваться на марш-бросок, сдавать ненужное имущество, перевязывать ботинки скотчем и пить всякие самодельные "допинги".
- Док, у тебя есть какое-нибудь чудесное лекарство, чтобы вырастали крылья? - начали доставать Аллилуева связисты Артемьевы.
- Скипидар между булок, - мрачно отшутился доктор.
- Я же помру, - начал стращать всех Ромашкин.
- Радуйся, что у тебя начфин пулемёт забрал, - стал наезжать на Лёню Пиотровский.
- А бега по заснеженному полю от пехоты в зачёт не идут? - начал хвататься за спасительную соломинку Пачишин.

- Марш! - заорал начфиз.
- Ой, мляя, - заорала моя группа, и мы поскакали.
Первые сто метров мы неслись, словно жеребцы в диком поле. Вторую сотню еще взбрыкивали копытами, на третьей сотне я с грустью вспомнил, как стартовали перед нами другие разведгруппы. Через километр я понял, что хватит нас только до первой контрольной точки. Всё-таки мы добежали до капитана Семёнова.
- Андрюх, вам какое время ставить? - с тревогой глядя на нас, спросил капитан.
- Славик, поставь что-нибудь, один хрен нам уже ничего не поможет, даже чудо.
Чудо - это стечение различных благоприятных обстоятельств и факторов в единой точке временного континуума. А еще это ЗиЛ-131 и Зюзик за рулём и Рябушкин старший машины, по нелепости выехавшие не на ту дорогу. А еще майор Черепанов, стоявший на второй контрольной точке.

Наш финиш можно было снимать для концовки любого остросюжетного блокбастерного боевика. Первый из-за лесочка, надежно укрывшего от посторонних глаз ЗиЛ-131 и двух заблудившихся "волшебников" из мотострелкового полка, вылетел я. За мной, держа пулемёт на спине, мчался начфинёнок. Мы, рванув последние десятки метров, пересекли финиш, и отдуваясь, развернулись и начали криками подбадривать своих разведчиков, бегущих за нами. Зрелище было не то что феерическое, у меня даже слов нет, какое было зрелище. За нами, высоко подымая ноги, огромными скачками несся Аллилуев, размахивая зажатым в руке автоматом и громко хекая. За ним нога в ногу синхронно, словно американские морпехи, топали Артемьевы. Лёня Ромашкин, положив руки на автомат, висящий на шее, пытался не отставать от близнецов. Технари семенили сзади словно два гнома и даже вяло переругивались между собой, камуфляжи на обоих офицерах были мокрые от пота (на самом деле, небольшая игра в "обливашки" перед эффектным финишем, у Пиотровского особой намоченностью отличались штаны, постарался Пачишин).
Толпа ранее финишировавших разведчиков радостно заорала, приветствуя финиш особой разведгруппы. С последним финишировавшим разведчиком заканчивались учения.
Я рассчитал время на точках и на финише правильно третье место на марш броске. Для нас нормально по сравнению с молодыми и полными сил разведчиками. Очень приличный результат.

- И за первое место среди разведывательных групп, участвовавших в учении, награждается...
Зал взорвался аплодисментами, на сцену клуба поднялся и раскланялся наш оперативный офицер, заместитель командира бригады по воспитательной работе.
Я сидел и наслаждался, в кармане приятно похрустывало некоторое количество купюр. Наша особая офицерская разведывательная группа специального назначения, в отличие от остальных, уже получила полевые и прыжковые деньги. Остальным обещали тогда, когда появятся деньги на статье. Теперь в финансовой части бригады рядом с фотошопным портретом бригадного начфина, пробивающего верхний маваши Чаку Норрису, появилась простенькая фотография лейтенанта помощника, бегущего к финишу с пулемётом за спиной. В отличие от бригадного майора начфина, фотография лейтенанта была настоящая...
Все...
Оценка: 1.8806 Историю рассказал(а) тов. Горец 02 : 13-05-2009 20:16:21
Обсудить (20)
, 08-01-2013 23:21:14, Ndlove
Это просто великолепно! Это даже интересней чем боевик! Блин...
Версия для печати

Армия

Ветеран
КО ДНЮ ПОБЕДЫ

Эту историю я услышал от совсем древней бабки в глухой подмосковной деревне, у которой мы как-то остановились переночевать. Естественно, я ничего тогда не записывал? и это пересказ ее рассказа на память. У рассказа есть очень грустное продолжение? и я даже не знаю, стоит ли его публиковать...
В те далекие времена она жила в одной избе со своей подружкой, о которой этот рассказ.

Ей тогда было 22 года. Зимой 41-го года в деревне появились немцы. Нет, сначала куда-то исчезло руководство колхоза, а затем появились немцы.
Появились они как-то буднично. Быстро обыскали деревню, а затем объявили, что они здесь останутся, и местным жителям надо будет их кормить и обстирывать.
Собственно, на этом все различия в прошлой и настоящей жизни закончились. Однако, продуктов в деревне оставалось все меньше, а немцы продолжали хотеть кушать все также. А если на столе не было привычных блюд, то командир местного гарнизона делал удивленные глаза и что-то гневно говорил на немецком.
Зимой темнеет рано. Как-то она вышла за водой. Набирая воду из колодца, ей показалось, что в глазах у нее что-то не так. Протерев глаза, она обнаружила, что в поле между деревней и лесом едва заметно шевелятся сугробы. Она еще протерла глаза и поняла, что это бойцы Красной армии в маскхалатах передвигаются ползком по полю в сторону деревни. Им оставалось около полукилометра.
Скажите, что сделает в такой ситуации нормальная русская баба? Правильно. Она приготовит на стол.
Принеся воду, она принялась готовить всяческую стряпню, ибо бойцы должны были появиться с минуты на минуту.
- О! Сказал сидящий за столом немец.
- Праздник?
- А ну, кыш! Не для вас готовлю! Ответила она.
- А для кого? - резонно спросил немец.
- Сейчас узнаете...
Немцы недоуменно переглянулись и только накатили по стопке, как началась стрельба.
Собственно, весь бой уложился в несколько минут. Во дворе раздался одиночный выстрел и в избу зашли несколько человек в маскхалатах.
- Здравствуйте! Прошу к столу. Уже все готово!
- Спасибо, дочка. Но нам не до посиделок. Нужно успеть в соседние деревни, пока их не сожгли.
- Ну, может, хоть по маленькой? Зря я что ль готовила-то?
- Э, нет. Нам пора. Деревню проверим и уйдем. Скоро придут регулярные части. Они отловят разбежавшихся по лесам немцев. А пока смотрите в оба, всякое может быть.
- Тогда я пойду с вами!
- Ты что дочка, сдурела?
- Все равно пойду!
- Хм...
- Санитаркой будешь?
- Буду!
- Сержант! Подберите ей оружие из трофейного, передайте санитарную сумку. У тебя, дочка, 10 минут на сборы, ждать не будем.
- Поняла.
Она вернулась домой в 44-м, беременной. Восстановился колхоз, она родила прекрасную дочку. Многие мужики косились на молодую, красивую, одинокую мамашу, но никто так и не осмелился к ней подойти. Хотя бы потому, что в глазах молодой мамаши время от времени мелькало такое, что наводило ужас на мужиков, вернувшихся из эвакуации.
Выросла дочь. Она дождалась внука. Сидя на скамейке со своими товарками, она, снисходительно улыбаясь, смотрела как мальчишки играют «в войнушку».
- Ты не так это делаешь, - сказала она однажды своему внуку, которого «сняли» как часового.
- Вот, смотри...
Пожилая женщина около часа занималась со своим внуком в саду. В итоге вдрызг разругалась с дочерью, а внук больше никогда не играл в войну.
Оценка: 1.8661 Историю рассказал(а) тов. КЕБ : 05-05-2009 20:18:24
Обсудить (10)
11-05-2009 02:00:25, rojer 07
Жалобу в ООН напиши......
Версия для печати

Дежурная часть

Ветеран
Дед-Мороз
(история правдивая, а в душе держать не могу. Не судите строго)

Саня, восьмой дом по Волжской улице твой? - без вступления начал утреннюю речь следователь Гашин.
Нет, был бы мой, я бы здесь не служил, - попытался я сострить, а заодно избавиться от какого-нибудь мероприятия. Все-таки 31 декабря, праздник на носу, пьянка через пару часов в отделе: женщины уже столы-салаты-нарезки накрывают, а здесь Гашин со своим срочным делом - других у него просто никогда не бывает.
- Да, ладно выё#ываться, - настаивал следак, - Давай на часок смотаемся на адресок, я обвиняемую допрошу и как раз к столу вернемся.
- А сам, чё не можешь?
- Так притон там наркоманский? Мало ли что...
- Квартира 222, живет Нутрия? Она твоя обвиняемая?
- Ага...
- Хрен с тобой, - согласился я, - Только туда и обратно. Кстати, вискаря вкатишь на ход ноги? Мне здесь один терпила из новых русских подогнал за то, что я злодея поймал, который по утрам с капота его «мерина» значки «трилистника» регулярно снимал.
- Чё за злодей? Чай с авторынка? - выпив рюмку и занюхав куском сахара, из любопытства поинтересовался Гашин.
- Да нет, народный мститель 12 годков от рождения. Просто один нуворишь поздней осенью его котенка насмерть раздавил. Вот пацаненок и затаил зло. Ребенка понять можно, конечно. Но этот бизнесмен такую бучу развел, что пришлось искать будущего представителя «Гринписа».
- Ну и ...., - требовал Гашин продолжения истории, и наливая себе в стакан повторную рюмку буржуйского пойла.
- Да, нех@я, поймал я этого мстителя, прочел лекцию и сдал на поруки родителям. А владельцу «мерса» популярно объяснил, что не гоже лихачить во дворах жилых домов и лишать жизни братьев наших меньших, а то среди сотрудников ГИБДД слишком много почитателей животного мира. Мужик оказался с понятием: во двор на тачке стал въезжать со скоростью улитки, перед родителями и пацаненком извинился и подарил тому котенка, а мне за профилактическую беседу с ним преподнес этот нектар. Ладно, хватит жрать ханку, поехали. Время не ждет.
Я припарковался около восьмого дома и мы со следаком вошли в подъезд. В нос ударил запах мочи, фекалий, кошачих испражнений и продуктов варки наркотического зелья. Повсюду валялись пустые бутылки, кондомы и использованные одноразовые шприцы. Нужная нам квартира N 222 была не заперта. Я открыл дверь и машинально прикрыл нос ладонью. В коридоре было темно. Из туалета появилось какое-то тело неопределенного возраста, которое я толчком в груд незамедлил отправить назад для испражнения организма. В комнате на грязной кровати без постельного белья в полном наркотическом угаре лежал объект допроса следователя Гашина - в миру Инга Румбова, в тусовке Нутрия. На просьбы и толчки проснуться наркоманка не реагировала. Вдруг за кроватью в груде грязного белья я почувствовал шевеление. Заглянул и ужаснулся. В промежутке между какой-то коробкой и батареей сидело совершенно синее от холода и голода маленькое существо 3 лет. Оно было в одних трусиках и огромными голубыми глазами смотрело на меня. Оно меня не боялось. Когда я протянул руки - оно с большим удовольствием вскарабкалось на них и обвило мою шею своими ледяными ручонками. Он был опписан и обкакан, кожа была покрыта опрелостями.
- Как тебя зовут, малыш? - обратился я к находке.
- Миса, - тихо и шепелявя, содрогаясь от холода и голода, пролепетал ребенок и крепче схватил меня за шею.
- Значит ты у нас мальчик, - подвел я итог и двинулся по комнате искать хоть какие-то теплые вещи.
Следак пытался привести в чувство его мать, но это результатов не приносило. В соседней комнате я нашел более менее чистое полотенце и мы отправились в ванную комнату. Как мог, в этих антисанитарных условиях, я сполоснул Мишку, завернул его в полотенце и в свою дубленку. На кухне я закрыл форточку и зажег конфорки. В холодильнике кроме майонеза ничего не было. Посадив завернутого и уже порозовевшего Мишку на стул, я двинулся в комнату, где Гашин пытался привести в чувство наркоманку.
Не долго церемонясь, я одним ударом за ухо вывел эту сволочь в женском обличии из угара:
- Где вещи ребенка, сука?
- Нету, - промямлила наркоманка и отрубилась.
- Значит так, Гашин, ребенка я забираю с собой и пристрою его сам, - начал я, - А ты вызывай экстренную наркологию и пакуй эту гниду. Я поехал. Доберешься сам. С новым годом, Гашин!
- А-а?
- Все потом!!! В отделе скажи, что я поехал в Дом ребенка.
- Но ведь....
- Гашин, б@я, я не по-русски изъяснился?!?
- Ладно, все уладим, - успокоился следак, увидев в моих глазах огромную «Хиросиму».
Я очень хорошо прогрел машину и поверх полотенца натянул на малыша свой свитер. Сверху укутал дубленкой. Пока Мишка отсиживался в машине, я вышел покурить. Меня терзало много сомнений, разочарований, порывов ненависти и главный вопрос: «Что делать?».
- Да начхать мне на всех и все!!! - сказал я, потушил окурок и сел в салон. Согревшийся и успокоившийся ребенок с каким-то восторгом смотрел на меня.
- Ну, что Миша, Новый год будешь со мной встречать? Меня дядя Саша зовут?
- Буду, - тихо потупив глаза, пролепетал малыш, - А шоколадка будет?
- Будет, дружок, будет!!! Ну, тогда на встречу к Деду морозу, - весело прокричал я и направил машину домой.
Прискочив домой я набрал полванны воды, кинул туда модели самолетов, которые собирал еще со школы и усадив Мишку, пообещал скоро вернуться.
Соседка, находящаяся вся в приготовлениях к Новому году, встретила меня с удивлением тепло.
- Саня, ты чего так рано, рюмкю налить или деньги нужны?
- Тома, короче, у меня дома трехлетний ребенок. Он в ванной сидит, но у него нет вещей. У тебя же трое, может есть, что одеть? Я заплачу.
- Дурак ты, Саня, ты чего ребенка одного в ванной оставил, - ответила мне Тамара и поспешила со мной в мою квартиру. Дальше я не участвовал. Моя добрая соседка, мать троих детей отмыла ребенка, причесала и одела во все чистое, что осталось от ее детей. То есть через полчаса я не узнал того Маугли, подобранного в притоне наркоманов. А еще спустя некоторое время он с большим удовольствием хлебал свежеприготовленный Тамарой куриный супчик.
Пока ребенком занималась моя добрая соседка я, заняв денег, смотался мо магазинам: купил елку, игрушки, санки, куртку и подарок - большую машину на радиоуправлении. Когда вернулся, Михаил во всю играл с детьми соседки. В его глазах я видел только радость. Новый год встречали с семьей Тамары. Там кстати тесть Тамары выступил в качестве фольклорного старика: в красном тулупе и с бородой. Около часа ночи я отнес Мишку к себе в квартиру и расположил на своей кровати, не забыв положить его подарок под елку. Маугли уснул моментально, нормальным детским сном. Я вышел на кухню, подумав о том, что завтра надо сходить купить молоко и фруктов, достал початую бутылку водки и залпом засадил граммов 200. В тот момент я был готов взять Нутрию за ноги и со всей силы уе@ать об угол стены. И никакого чувства от увиденных мозгов на стене я не испытал бы. Нечему таким женщинам жить на этом свете.
...Сам я уснул в кресле. Когда проснулся, то Мишка с детским восторгом рассматривал свой подарок, вытащенный им из под горящей елки, и не верил при этом в Деда Мороза. Мне на обывательском уровне пришлось объяснить малышу, что ночью случаются волшебства и Дед Мороз приходит к хорошим ребятам.
- А я хороший? - спросил меня Мишаня
- Конечно, хороший, а иначе бы подарка не было?
- А мама говорит, что я ей всю жизнь испоганил и папа мой последний барыга в Струпино...
- Нда?... Знаешь, Миша, сейчас я схожу в магазин, мы покушаем и поедем в парк кататься на санках. Согласен?
- Да, папа, - закричал Маугли, - и бросился мне на шею. По его щекам текли слезы. Мои глаза тоже были влажными.
Мы катались на санках, играли в снежки, пытались лепить снежную бабу, кушали мороженное, а меня терзала мысль как я послезавтра отвезу его в Дом ребенка.
Но час Х настал. Я собрал его сумку. Мы сели в машину.
- Папа Саша, ты хочешь отвезти меня в чужой дом? - спокойно спросил ребенок.
- Да, Миша, - стараясь говорить спокойнее, ответил я, - Твою маму, возможно, вылечат и вы будете счастливы!
- Я хочу быть с тобой, а не с мамой, - закричал Мишка и разрыдался.
Потом всю дорогу ребенок молчал, уставившись в окно и обнимая мой подарок.
На оформление малыша ушло не более 20 минут. Когда за ручку шел с воспитательницей, таща за собой свои пожитки, он обернулся и произнес: «Папка, я никому не дам играться машинкой, которую ты мне подарил...». Он скрылся за углом коридора, я выбежал на улицу и разрыдался. На капоте «шестерки» рыдал опер, рыдал старший лейтенант, рыдал человек, предавший невинного малыша.

1998 г.
Оценка: 1.8479 Историю рассказал(а) тов. Важняк : 02-05-2009 12:58:13
Обсудить (23)
12-09-2013 09:34:23, Surge
Как же до того человек может дойти, чтоб ребенка до такого с...
Версия для печати

Армия

Ветеран
Особая группа

(продолжение)

- К нам идут,- закричал Ромашкин и замахал руками. Я галопом выполз на гребень. Чёрт, пехота, спешившись с брони и развернувшись в цепь, мелкими перебежками направлялась в нашу сторону.
- Подъём, желудки,- завопил я, - Лёня, давай бегом по азимуту подъём, подъём.
- Кинематографично!! - восхитились братья, прилаживая на грудь радиостанции.
- А потом он уйдёт в агентуру и сбежит в Великобританию, - непонятно к чему добавил доктор.

Первую и вторую контрольные точки мы прошли довольно быстро. Офицеры, сидевшие на точках, поведали нам, что "спортсмены" оторвались от нас где-то часа на два. При подходе к третьей контрольной точке мы с разбегу выскочили на какую-то уютную полянку, на которой было расставлено несколько туристических палаток, и ярко горел костёр. Люд по полянке шарахался отнюдь не военный. Какие-то туристы, среди которых в наступающей темноте по писку можно было определить несколько женских особ. Туристы, увидев нас, завопили от ужаса и упали на землю, закрыв головы руками.
-Да когда же это закончится! - чуть ли не в один голос завопили они.
- А чего шашлык не жарите ?, - спросил удивлённый Пиотровский, и мы помчались дальше к третьей контрольной точке.
Вымотались все, я уже начинал тяжело дышать. Техники только кряхтели и постанывали, братья тихонько материли начальника связи и тяжёлые радиостанции. Доктор меланхолично повторял: "Бляяя, уууу, бляяяя". Как ни странно, лучше всех себя чувствовал лейтенант. Пребывание на свежем воздухе пошло ему явно на пользу. Он забрал у Лёни тяжёлый пулемёт и легким оленем скакал впереди.
На третью точку мы успели как раз к моменту её свертывания. Отметили карточку и скатились вниз по склону, приближалось время обязательного сеанса, который никак нельзя было пропустить. Пришлось из последних сил брести вверх на вершину сопки. Всё, привал. Братья, попадав на задницы, хрипло дышали. Доктор дрожащими руками распаковывал рюкзак. Технари, упав на землю, тихонько хрюкали. Лишь один лейтенант, встав в красивую позу и вскинув пулемёт на плечо, зорко осматривал темнеющие ночные окрестности.
Телефон в нагрудном кармане бушлата ожил и пропищал: "О, боже мой, они убили Кенни".
- Сволочи, - тут же отозвался Аллилуев, оторвавшись от фляжки.
- Мы отомстим, - добавил Ромашкин, протягивая дрожащую руку к фляжке.
На связи был неподражаемый штабист Черепанов. Новости были не ахти. Где-то на маршруте нашего марша местный СОБР, принимающий участие в учениях, высадил две поисковые группы. Пойдут они чесать местность или нет, Вова не знал, но честно отрабатывал свою ставку двойного агента. Пришлось упросить Черепанова зайти на Центр Боевого Управления и попытаться высмотреть на карте реально действующих групп координаты "спортсменов". Вова перезвонил через несколько минут, и доложив обстановку, отключился. Пришлось с ним заранее договориться о проведении сеансов связи, аккумулятор на телефоне необходимо экономить. Запасного у меня не было. Костёр разводить не стали. На моей и Ромашкинской горелке техники начали готовить ужин и кипятить воду на весь личный состав. Братья отошли от группы подальше, развернули антенны и пытались связаться с центровыми радиостанциями. Лейтенант начфинёнок как менее уставший крутился вокруг, втягивал носом запах разогреваемой тушенки и изображал боевое охранение. Ромашкин печально перебирал содержимое своего рюкзака, то и дело спрашивая в пустоту и с очумением держа в руках какое-нибудь габаритное полено:
- А нахрена я это взял?
- А это мы тебе положили, вдруг дров не будет, - радовались технари, держа над горелками котелки с водой.
Я зашифровал донесение, отдал его радистам, и развернув карту, отметил своё и положение соперников. Хотя по времени они от нас и далеко ушли, но по местности находятся совсем неподалеку. Если верить агенту Черепанову, то "спортсмены" где-то в районе вершины вот этой симпатичной сопочки. Так, а где же доблестный СОБР ведёт поиски? Дорога от нашего маршрута километрах в двух. То, что поисковые группы подвезли на машине, я даже и не сомневаюсь. Если хорошо подумать и сделать предположение, что наш маршрут хотя бы до третьей контрольной точки уже известен, то куда они пойдут? Бегать по сопкам за нами они по любому не будут, там дядьки внушительной комплектации и возраста отнюдь не пионерского. Значит, сядут где-нибудь в удобном тихом местечке, достанут пару пузырей водки, домашние заначки и устроят пикничок. Так, ну а если предполагать худшее? К примеру, им уже известна наша последующая задача, которой мы еще сами не знаем. Вот это вполне возможно. Если заместитель кобрига взялся нас "утопить", то это дело он постарается выполнить до победного конца. Интересно, а ставки они там делали, на нас или на спортгруппу? Если и делали, то по любому не в нашу пользу. Черепанов наверняка бы поставил на кон свой летний отпуск или премию за квартал. Так, всё-таки интересно, где нам ждать встречи с "ловцами"? Радисты настроились и сейчас на полную работали с Центром, передавая группы цифр из моей карточки. Сейчас отработают на передачу и начнут работать на приём, останется расшифровать и валить выполнять следующую задачу, когда же всё это закончится?

Когда я закончил расшифровку, у меня все имевшиеся в наличии волосы встали дыбом. Такого маразма мне давно не встречалось. Вернусь с выхода, начну методично уничтожать все отделения штаба одно за другим, а когда доберусь до того, кто это придумал, я ему шины на его джипе проколю, и не спасёт его ни звание, ни должность.
Мы теперь будем должны оттопать еще с десяток километров и выйти к деревне, "захваченной противником", в пять часов утра нам предстоит встреча с "агентом", который передаст график передвижения подвижного командного пункта армии, с которой мы "воюем". Кто же, интересно, будет этим агентом, и что за график он нам передаст? Возле деревни нас легко могут "взять" в оборот и местная милиция и СОБР и все кому ни лень. Подвижный командный пункт армии мы бы и без агента обнаружили, дорог в этом районе не столь уж и много, и армейцы всегда двигаются одинаково, по трём четырем точкам. Для продвижения колонны армейского командного пункта подходит всего лишь одна дорога, которая находится совсем недалеко от места нашей дневки. Ночью никто никуда не двинется, а с утра начнутся построения, устранения недостатков, ремонт "внезапно" вышедшей из строя техники, свёртывания палаток, погрузки. Ближе часам к двенадцати "противник" начал бы движение. Мы бы абсолютно не торопясь спокойно бы высмотрели, куда и кто двигается. С сопки с утра, если не будет снегопада, обзор просто изумительный на много вёрст вокруг, и просмотреть вереницу штабных машин может только слепой или пьяный майор Пачишин. Гарантировано при таких раскладах мы бы уже вечером были эвакуированы и занимались бы законным отдыхом после написания отчётов. Пусть бы спортсмены раньше нас выполнили задачу, мы за славой не гонимся, но на хрена нам усложнять условия выполнения учебно-боевой задачи?
Пока я беззвучно матерился и выбирал наиболее безопасный маршрут перехода, подошёл один из братьев и протянул мне блокнот:
- Командир, тут пароль и отзыв для агента, лучше ляг на землю и прочитай.
- А нахрена мне ложиться?
- А это чтобы не упасть!
Прочитал, действительно, лучше бы я лёг. Пароль: Престидижитация, а отзыв еще лучше: Эксгибиционизм. Какой больной на голову маньяк это придумал, или наверняка это месть за все хохмы и шуточки, которые я вытворял над работниками штаба. Как говорится, не рой другому яму, в неё и нагадить могут.
Ладно, придётся идти дальше, можно было бы на очередном сеансе связи "прочесать" о том, что встреча прошла успешно и заставить Вову отловить офицера, исполняющего роль агента, и подкупить его чем-нибудь. Однако не всё так легко в суровых буднях спецназа! Наверняка нам должны будут записать в карточку очередную группу цифр, которая подтвердит наше пребывание на окраине села с истинно русским названием Вахапетовка.
- Командир, может, по пять капель? - призывно замахали технари, разложившие на полипропиленовом коврике походный ужин.
Пачишин и Пиотровский уже отошли от гонки по кустикам и перелескам и довольно громко обсуждали предстоящую трапезу, жалуясь доктору на потертости в различных местах и на "спринтера" начфиненка, бежавшего со скоростью оленя в головном дозоре. Лёня Ромашкин пыхтел, упаковывая обратно в рюкзак полено. Деревяшка сопротивлялась, и влезать обратно не хотела. Артемьевы все еще работали с Центром. Лейтенант финансист носился вокруг группы как молодой фокстерьер и радовался жизни. Доктор заваривал в котелке чай с какими-то травками и не обращал внимания на техников, советовавших добавить в чай пургену для увеличения скорости передвижения.
Капитаны до конца отработали сеанс и плюхнулись возле импровизированного стола.
- Командир, нам все-таки положено по пятьдесят грамм, мы первые сеанс отработали, "спортсмены" все еще тупят!
- А чего они так, у них вроде связисты-маломощники свои, все по первому классу работают, наверно, лучшие в бригаде.
- Мало ли как они со своих станций работают, главное, кто на приёме сидит, а там у нас тоже агентура имеется: начальник станции прапор Васька Шпонкин, он нам два литра торчит за акты списания. Так что в журнале мы отмечены первые. Да, кстати, у СОБРОВ радисты тоже наши, мы так долго на связи были, потому что они тоже связь давили и координаты свои на Центр давали.
Один из братьев протянул мне листочек из блокнота, исписанный цифрами. Пришлось оторваться от поедания лапши с тушенкой и снова доставать карту. Так, ага, значит, СОБР здесь, черкнул я карандашом. "Спортсмены" здесь, совсем неподалеку от нас. При переходе придётся делать значительный крюк, чтобы обойти справа дневку соперников, СОБР от нас будет километров на шесть западнее и помех особых не создаст. Основное внимание надо будет сосредоточить на подходах к Вахапетовке, мало ли что и кто нас там ожидает.
Один из братьев, смотревший на карту через моё плечо, хмыкнул и весьма громко и нелицеприятно выразился:
- Ой, лажааа!
- В смысле лажа? - не понял я его.
- Смотри, те радисты, которые идут с СОБРАми, дают свои координаты вот здесь, - он ткнул пальцем в значок, нарисованный мною.
- Ну, да вы же сами мне эти цифры дали.
- Ошибка не в цифрах, Вася сам сидел на связи со мной, а у него этих ОДСов отработано ого-го сколько, с этого места, которое они дают, в нормальный азимут с приёмной станцией никак бы не попали. Да и связаться вряд ли бы смогли. Они тут на карте получаются вообще под сопкой перед обрывом. А тут, насколько я помню, зона радионевидимости. Как бы они не пыжились, связь можно дать, только взобравшись сюда, - он снова ткнул пальцем в карту.
- То есть получается, они гнали пургу на сеансе и далеко от дороги не отошли?
- Я ставлю зуб нашего летёхи и зеленое ухо Пачишина, что они здесь, совсем рядышком с нами. На этом маршруте на ТСУ с вот этой сопки связь постоянно давят на пятерку все группы. А радисты там не первый день служат, и в этих местах уже хаживали.
- Слушай, а ведь и у СОБРов ты видел, какие дяденьки, каждый за сто килограмм весом, по ним видно, что по сопкам они не любители скакать, отошли недалече, расположились с комфортом, тут им еще связисты на уши лапши понавешали...
- Лапша - это хорошо,- брякнул смачно жующий Пиотровский.
- Калорийно, - добавил доктор, активно работающий ложкой.
- Да ясно всё, сидят и "болванки" с координатами на Центр кидают, уверен, что на очередном сеансе дадут другие координаты, а сами на месте останутся, - подытожил капитан связист.
Исходя из предположений связистов, положение групп теперь выглядело иначе. Теперь группы не образовывали треугольник, а были как бы вытянуты в одну линию. На конце этой линии находилась наша доблестная трижды проклятая офицерская группа. Придётся делать еще больший крюк, чтобы не столкнутся с еще одной засадой.
Лейтенант, поевший раньше всех и напившись приготовленного доктором чаю, даже поскуливал от нетерпения, так ему хотелось двинуться дальше. Чтобы он не мешал при сборах и не путался под ногами, я послал его разведать местность и спуск с сопки метров на триста вперед. Лейтенант нацепил на рюкзак нашу "новейшую" спецназовскую станцию Р-392, приладил наушник, и юркнув между деревьев, скрылся.
- Бляха-муха, в штабе как последнее чмо себя ведёт, денег нет, на статью не поступало, а тут вроде даже на человека похож, - произнёс один из Артемьевых.
- Может, и главного начфина в сопки на выход запрячь, да зампотыла в придачу?- задумчиво проговорил второй.
Пока готовились к переходу, доктор достал из своей походной медицинской сумки по упаковке таблеток и раздал каждому.
- Экстази? - спросили технари.
- Глюкоза, всё сразу не сожрите, - напутствовал доктор.
Прибежал лейтенант с круглыми глазами и открытым ртом.
- Там, ниже между сопками, костёр горит!
- Ну вот, значит, мы не ошибались, там действительно сидят СОБРы, - заговорил один из братьев, - спортсмены сидят на соседней сопке на обратном склоне, судя по координатам которые дал Вова, и им не видно костра.
Действительно, если лейтенант в порыве щенячьего восторга ничего не напутал, то нам придётся обходить "вражеские" днёвки и делать большуший крюк, вряд ли мы успеем к пяти часам утра на окраину села. Прорываться с боем бесполезно. Тут у меня в кармане снова запищал телефон: "О, боже мой, они убили Кенни!"
- Суки, - прокомментировал тот час же Аллилуев.
- Однозначно, - по-"жириновски" поддержал его Ромашкин.
Интересно, почему Черепанов на вызов моего телефона поставил такой идиотский рингтон из американского мультфильма, в каждой серии которого несчастный Кенни Маккормик погибает? Надо будет переставить на что-то более героическое.
Новости Вова выдал потрясающие. Замкомбриг, абсолютно не стесняясь мистера Черепанова, мирно подрёмывающего над картой в классе оперативной подготовки Центра Боевого Управления, по сотовому телефону вышел на командира "спортгруппы", с потрохами сдал наше местоположение и посоветовал через час, пока мы там "телимся", выдвинуться в нашу сторону и попытаться нас уничтожить, заодно рассказал, где находятся СОБРовцы, которым параллельно, кого мочить - нас или "спортсменов".
- Вова, ты заслуживаешь достойной награды, - похвалил я "агента".
- Угу, я уже под запись на твою фамилию в чипке пельменей и пиццу взял, - "обрадовал" меня Черепанов и отключился.
Так, слава богу, мы обо всем осведомлены, а значит, мы опасны! Есть еще один несомненный плюс, командир противоборствующей группы не знает настоящего местоположения противостоящим как нам, так и им парней из специального отряда быстрого реагирования. Он поведет свою группу по нормальной нахоженной тропинке по склону вниз, и рано или поздно его головной дозор заметит костёр. "Спортсмены" совершат налёт на дневку противника, что нам, конечно, на руку. Пусть они там между собой возятся, а мы пойдём к окраине села. Жалко, конечно, что придётся делать такой большой крюк, если бы мы прошли напрямую через сопки, то расстояние бы значительно сократили. Так, а почему бы и не пойти напрямую и не устроить провокацию "соперникам" и ловцам? Если взбаламутить сидящих на месте СОБРовцев и тихонько свалить в сторонку, наведя их на спортсменов? Пусть пацаны между собой повоюют.
На карте склон возле дневки СОБра был не сильно и крутой, так что потихоньку мы спустимся и обойдём их, а дальше надо будет сделать так, чтобы они за нами погнались, не видя нас, но чувствуя, что мы рядом, и вместо нас столкнулись бы с выдвигающейся группой "спортсменов". Возможно ли это? Ладно, на месте посмотрим, а пока у нас есть еще около сорока минут.
- Головняк на предел прямой видимости, марш! Стоять, куда поперлись, ночь всё-таки, вот так и идите. Группа, шагом. Быстрее, быстрее...

Обойти поляну с расположившимися "противниками" оказалось намного легче, чем предполагалось. Головной дозор вышел на пределы прямой видимости и залег на склоне за чахлой ёлочкой. Пришлось снова к ним ползти и расчехлять бинокль. Ух ты! Нам так не жить! Огромный костёр, несколько палаток-альпиек, выставленных полукругом. Вокруг кострища здоровенные небритые мужики в сине-серых зимних камуфляжах и черных шапочках-пидорках. Стволы у всех за спиной. Среди них парочка наших худосочных связистов в обыкновенных зимних камуфляжах и штатных камуфлированных вязаных шапках. Вон виднеются мачты антенн. Даже сюда долетает шум голосов и смех. Готовятся к грандиозному ужину. Так, а что же дозоров, "фишек" у них не выставлено?
Ну правильно, это не Чечня, тут все своё, родное, так что можно и похалявить.
Выше базы СОБРовцев небольшая тропинка, проходящая через поляну. Если мы сейчас резко уйдём влево, спустимся, пройдём метров триста, то попыхтев, все же сможем забраться на сопку минут за двадцать. По карте рядом с пунктирной линией тропинки какой-то овраг. В темноте в бинокль его не видно. Если он там есть, то его уже достаточно припорошило снегом, можно будет пересидеть и переждать группу "спортсменов", которые будут двигаться как раз к полянке с СОБРом, наверняка командир решит, что все разведпризнаки налицо и совершит налёт, думая, что это наша офицерская группа громко горланит песни и употребляет водку. От задумчивости я съел кислую аскорбинку, выданную доктором. Надо сделать так, чтобы командиру противоборствующей группы не пришлось всё-таки доразведывать, кто перед ним. Пусть сразу вступает в "бой", а мы уж как-нибудь бочком- бочком выскочим сзади, ииии... тихонько смоемся в направлении Вахапетовки.
Вот тут под влиянием докторской таблетки и необычайно бодрившего выпитого чая с травками в голову пришло наглое... очень наглое решение.
- Лейтенант, ты "Двенадцать стульев" смотрел?

(продолжение следует)
Оценка: 1.8235 Историю рассказал(а) тов. Горец 02 : 04-05-2009 22:58:18
Обсудить (12)
, 05-11-2010 02:06:49, марк
Это Загорцев что ли? Вот поком фильмы снимать...
Версия для печати
Читать лучшие истории: по среднему баллу или под Красным знаменем.
Тоже есть что рассказать? Добавить свою историю
    1 2 3 4 5 6 7  
Архив выпусков
Предыдущий месяцСентябрь 2017 
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
       
Предыдущий выпуск Текущий выпуск 

Категории:
Армия
Флот
Авиация
Учебка
Остальные
Военная мудрость
Вероятный противник
Свободная тема
Щит Родины
Дежурная часть
 
Реклама:
Спецназ.орг - сообщество ветеранов спецназа России!
Интернет-магазин детских товаров «Малипуся»




 
2002 - 2017 © Bigler.ru Перепечатка материалов в СМИ разрешена с ссылкой на источник. Разработка, поддержка VGroup.ru
Кадет Биглер: cadet@bigler.ru   Вебмастер: webmaster@bigler.ru