Bigler.Ru - Армейские истории, Армейских анекдотов и приколов нет
VGroup: создание, обслуживание, продвижение корпоративных сайтов
Rambler's Top100
 

Армия

В конце лета 1983 года из нашего дивизиона, где я проходил службу после окончания института, сбежал солдатик. Это был уже не первый случай даже за мою, не столь продолжительную службу, поэтому командование не стало принимать каких-либо решительных мер. Как правило «самоходчики», почудив пару дней на воле, сами возвращались к месту службы. Когда этого не происходило, то на родину к «самовольно покинувшему место службы» командировался офицер и доверительного разговора с родителями военнослужащего было вполне достаточно, чтобы инцидент был исчерпан.

Но в этот раз случай оказался особым. Фрунзик Сурикович — так звали «самоходчика», не стал возвращаться «в места постоянной дислокации» и даже не поехал на родину. Он ограничился городом Одессой, где сдружился с местной шпаной, вместе с которой был задержан милицией на краже, «совершенной группой лиц, действовавшей по предварительному сговору» — так было записано в протоколе.

Гражданская прокуратура, дознавшись, что в составе ОПГ (организованной преступной группы) есть военнослужащий, да еще и дезертир, тут же с радостью спихнуло это дело в военную прокуратуру Одесского гарнизона. Согласно действующим в те года положениям, в подобной ситуации в помощь военной прокуратуре наряжался дознаватель из числа офицеров части. В этот раз счастье улыбнулось мне — я был выдернут с пыльного и жаркого полигона, переодет в «плоскопараллельные брюки об землю и ботинки» (так называлась повседневная форма вне строя), снабжен командировочными и отправлен в город - герой Одессу.

Капитан Турчанинов — следователь военной прокуратуры, вел одновременно много дел, поэтому нас - дознавателей при нем было много. Так как никто из нас не рвался назад в часть, то старались мы, как говориться, не за страх, а за совесть, участвуя во всех делопроизводствах, которые он вел. Да и ему лишняя нештатная единица не мешала. Например, мои, пусть и весьма скромные, навыки в фотографии, оказались востребованы. Я выезжал на «следственные эксперименты», что то там фотографировал, а после, закрывшись в настоящей профессиональной фотолаборатории, мог сколь угодно долго печатать фотографии, в том числе и не сильно относящиеся к «следственным экспериментам».

Однажды, (в пятницу вечером) вызывает меня капитан, и как-бы между прочим спрашивает:

- А что, лейтенант, не хочешь ли ты на выходные слетать в Дагестан?

Как потом выяснилось, сложилась следующая ситуация: один из офицеров авиации, в свободной от основной службы время, вместо того, что бы достигать дальнейших успехов в боевой и политической подготовке сделал пистолет. Хорошо бы, если его действия на этом ограничились, однако, во время одного из жарких диспутов, этот офицер стал угрожать изделием своему оппоненту, вероятно — не имея других аргументов. Другие участники этого диспута, «имели веские основания предполагать, что тот приведет свои угрозы в действие»- как было записано в протоколе. Дагестанский солдатик срочной службы, так же оказался втянутым в этот спор, и впоследствии был вынужден изложить свои впечатления на бумаге, на такой бумаге, где в самом конце пишется «с моих слов записано верно.....».

Тогда это дело замяли. Но по пришествие времени, «оружейник», находясь в состоянии «сильного душевного волнения», вновь «открыл прицельную стрельбу по гражданскому населению» из охотничьего оружия. Так как в этот раз без жертв не обошлось, то дело попало в прокуратуру, а ранее «замятый» эпизод с самодельным пистолетом всплыл вновь, но уже несколько в другом ракурсе.

Капитан несколько раз вызывал повестками этого дагестанского солдатика, однако на его родине «старейшины» решили, что ехать не стоит «им надо - пусть приезжают, встретим как дорого гостя». Так я оказался в самолете, летевшем из Одессы в Ташкент и увозивших наших военнослужащих в далекий Афганистан. Самолет делал промежуточную посадку в г. Махачкала, где я был единственный военнослужащий, покинувшим его борт.

По имеющимся в деле данным, Дагестанский солдатик проживал в селе Усиша, Акушинского района. Мне оставалось проехать 130 километров, но в вечернее время автобусы в горах не ходили, и по этой причине я поплелся на железнодорожный вокзал, что бы двигаться в нужном направлении. В то время людям в военной форме оказывалось определенное доверие и уважение, поэтому я без труда был подсажен в почтовый вагон, железнодорожного состава, где с комфортом расположился среди писем и посылок, а так же был накормлен и напоен проводниками этого вагона.

Вздремнув пару часов в одном из нескольких просторных купе, к утру оказался на станции Избербаш, где и покинул железнодорожный состав, поблагодарив проводников. Полотно железной дороги в этих местах идет по самому берегу Каспийского моря, чем я воспользовался для утренних процедур. Наскоро перекусив в привокзальном буфете, сверился с картой - оставалось еще 90 километров, вышел на шоссе и побрел к одиноко скучающему на перекрестке милиционеру. Подошел, представился по форме:

Doznavatel_01- Дознаватель Одесской военной прокуратуры, лейтенант.... и показал соответствующие «верительные грамоты». На угловом штампе удостоверения военного дознавателя слово «ВОЕННЫЙ ПРОКУРОР», написанное более крупный шрифтом,, как бы кричало, а само удостоверение рекомендовало всем военным и гражданским службам и должностным лицам оказывать всяческое содействие «подателю сего»....

- Вах, с традиционным для этих мест акцентом произнес милиционер, такой молодой, а уже прокурор, откозырял и вернул мне документы. Я вкратце рассказал ему о своем маршруте, после чего начались чудеса кавказского гостеприимства. Милиционер прекратил скучать, и стал внимательный высматривать известный одному ему правильный автомобиль., неоднократно повторяя одну и ту же фразу:

-Нэт, это нэ для прокурора машина!

В конце концов, нужная машина была выдернута из потока, из открытой двери на меня смотрело приветливое лицо водителя. Дальнейший разговор, который шел на русском языке, наверное для того, что бы я понимал его суть, выглядел примерно так:

- Здравствуй Вагиф, далеко едешь?

- Здравствуй Карим, да вот к теще еду....

-Нет, Вагиф, ты уже не едешь к теще.....

Вот (он дружественно махнул головой в мою сторону) прокурор из самой Одессы (при этом его указательный палец многозначительно указывал куда-то вверх), ты сейчас едешь в селение Сергокала. Когда приедешь на автостанцию, то там найдешь Григория, передашь ему привет от меня и попросишь посадить дорого гостя в автобус, и пусть довезут его до селения Леваши. Карим, с уважением посмотрев на прокурора из самой Одессы, так же уважительно произнес:

- Вах, такой молодой, а уже прокурор!

- Это военный прокурор, успокоил его Карим.

Я сердечно поблагодарил милиционера и уселся в машину. Водитель, нисколько не смутившись неожиданного изменением своих планов, повез меня, рассказывая какие-то смешные истории. Примерно через час мы оказались на небольшой автостанции, где нашли Григория, которому были в точности переданы указания Карима.

Григорий, будучи предупрежденным, что едет военный прокурор, мельком глянув на расписание автобусов, и тут же быстро повел меня на посадочную платформу, на ходу заверяя Вагифа, что все будет сделано в лучшем виде, и можно спокойно ехать дальше, а Кариму он позвонит сам, вечером домой.

Совершенно ушатанный горными дорогами ПАЗ_ик, стоял под парами, заполненный под завязку людьми, возвращающимися с воскресного базара. Подойдя со стороны водителя, Григорий быстро изложил суть вопроса. Водитель, тут же открыл переднюю дверь, привстал и, перегнувшись в салон, стал выбирать место, достойное прокурора, да еще и военного. Салон автобуса затих, поглядывая то на меня, то на хищный взгляд водителя, понимая, что сейчас могут высадить любого, и даже не вернут деньги. Вздох облегчения пронесся по автобусу, когда водитель тоном, не терпящим возражений, рекомендовал освободить самое козырное место — на капоте, что рядом с водителем. И без того переполненный автобус тут же уплотнился, так что вся передняя площадка опустела, я занял почетное место и мы покатили, в дороге мне, как дорогому гостю, даже разрешалось курить вместе с водителем. Через пару часов горных серпантинов, водитель высадил меня на повороте, показав мне направление дальнейшего движения.

Меня подобрал водитель бортового КАМАЗ_а, едущий как раз в нужном мне направлении. Селение Усиша, не смотря на свою отдаленность, кроме магазина, имело еще ряд государственных учреждений: в частности военкомат, совмещенный с пожарной частью и милицией. Военком встретил меня почти в полной повседневной форме при портупее, но домашних тапочках. Я представился и объяснил цель своего визита. Тут же на столе появилась водка, нехитрая закуска и обязательный чай.

Мы выпили за «содружество полов войск» и перешли к неспешной беседе. Во время беседы я узнал, что боец, ради которого я приехал, еще с весны находится на летним пастбище, а это на другом конце Дагестана. Увидев мое огорчение. военком попытался меня утешить. Оказывается, что буквально вчера туда как раз уехала совхозная машина, но она приедет уже через неделю ( неделя — это как раз тот минимальный срок, который я должен был бы погостить по здешним понятиям) и тут же отвезет меня куда надо.

Видя мое нетерпение и желание тут же двигаться в путь, военком попросил меня о маленькой просьбе. Как оказалось, именно сегодня двух «новобранцев» провожают на действительную службу в армию. Для этого совхоз выделил автобус, на котором старейшины села и другие родственники поедут в Махачкалу провожать новобранцев на призывной пункт. На этом же автобусе должен был ехать и военком. Вот он и уговорил меня ехать этим же автобусом, что бы сопровождать будущих воинов и передать их документы на призывной пункт. Других — «не штатских» людей в округе 70 километров не было.

Да- это была незабываемая поездка. Лишь только автобус выехал за границу селения, все, за исключением новобранцев, вышли из автобуса, где на обочине же был накрыт стол. Как мне - объяснили - здесь убывающие на службу, прощаются со своим селением. Старейшины говорили длинные и красивые тосты, все их внимательно слушали, а вино лилось рекой. Аналогичная процедура была на границе района, затем области и еще в каких-то памятных мест для местных. В Махачкалу мы приехали уже затемно, я сдал новобранцев на призывной пункт, где их наконец покормили. Надо заметить, что на всех остановках, где будущим воинам было положено прощаться с родными местами, они не покидали автобус, не говоря уже о том, чтобы присоединится к пиршествам или втихаря выпить чего ни будь спиртного.

И вот я опять на железнодорожном вокзале. Поезд «Махачкала-Астрахань» заслуживает отдельного описания. В терминах, принятых на железной дороге это звучит так «...поезд грузопассажирский- формируется на малодеятельных участках из грузовых и пассажирских вагонов, предназначенных для перевозки грузов и пассажиров...«. В двух из пяти плацкартных вагонах ехала свадьба, вместе со старейшинами, мирно курившими прямо в вагонах и малыми детьми, перемещение которых из вагона в вагон напоминало ураган. Третий, так называемый «вагон - ресторан» был полностью оккупирован только что освобожденными из-под стражи. Надо заметить, что в вагоне-ресторане не было ничего, кроме пива, ничего — даже хлеба, вероятно не пользуется спросом.

В оставшихся двух плацкартных вагонах ехал разношёрстный люд. Найдя свободное место, я как то разместился, был тут угощен пивом, традиционной курицей и несколькими историями с колоритом местной жизни. Одна из моих попутчиц была украдена 4 года назад и выдана замуж. И вот только теперь, спустя 4 года она впервые была отпущена мужем, что бы повидаться с родителями. Ехала оно с маленьким ребенком, оставив старшего с мужем, как залог того, что она вернется. Рассказывала она об этом совершенно обыденно, и понимая, мое удивление , объясняла, что у них так принято, и ей на самом деле очень повезло. (Почему то вспомнился анекдот, про любовь В.И.Чапаева к детям, заканчивающийся словами -«А мог бы и убить»)

Другой наш попутчик из города Кизляра, узнав о том, что мне негде ночевать, тут же пригласил меня к себе в гости. Я с благодарность принял его приглашение (по всей видимости, я уже начал привыкать к национальным особенностям и традициям) и остаток ночи я провел в Кизляре. Ранним утром, попрощавшись и сердечно поблагодарив гостеприимных хозяев, добрался до автовокзала.

Дорога от Кизляра до селения Терекли -Мектеб поразила меня однообразным пейзажем степной части Дагестана. Вся советская власть, которая была сосредоточена в самом центра поселка, предстала передо мной в лице военного майора с общевойсковыми петлицами. После обмена «верительными грамотами» я тут же был приглашен к нему домой на обед. Однако (как потом выяснилось — в этом помещении было расквартирована не только милиция, но еще и военкомат, пожарная часть и небольшая тюрьма. Руководил всем этим разношерстным хозяйством майор единолично), надо было выполнить некоторые формальности — покормить лиц, временно содержавшихся под стражей. Майор решил это вопрос по-восточному мудро: зайдя в продол (коридор, по обоим сторонам которого располагаются камеры с заключенными) он достаточно громко объявил:

-Сегодня обеда не будет, ко мне дорогой гость приехал из самой Одессы! Услышав в ответ замечания по поводу дорогого гостя, его матери и других родственников, майор так же спокойно добавил:

-.... и ужина не будет тоже.

Мы сели в служебный мотоцикл и уже через несколько минут были у него дома. Зайдя домой, майор стал представлять мне своих женщин. В его доме их было очень много: кто-то был представлен как жена, кто-то как сестра жены, кого-то представили племянницей. Всех я не запомнил, но было их очень много, особенно с учетом того, что других мужчин я в его доме не видел. Читая немой вопрос в моих глазах, майор объяснил — у нас так принято. После услышанных в ночном поезде «Махачкала-Астрахань» женских историй, я постепенно переставал удивляться чему-либо.

В одной из просторных комнат был накрыт стол, обязательным элементом которого был чай. Женщин, не смотря на их немалое количество в доме, за столом не было. Не до конца ориентируясь в местных обычаях и традициях, я выпил чашку — тут же появилась одна из женщин, которая вновь пополнила чашку с чаем. После третей выпитой чашки чая, майор не без юмора объяснил мне:

-Чай выпивать не обязательно, он должен быть на столе, у нас так принято.

Мы пили за здоровье родных и близки, за родственников, за родственников родственников пытались найти общих знакомых, смотрели фотографии — время пролетело незаметно. Так как вскоре должна была подойти машина, на которой планировалось доставить меня на горное пастбище, то мы стали собираться. Поблагодарив домашних за гостеприимство, я, несмотря на выпитое, обнаружил, что ботинки мои высушены и тщательно вычищены...

- У нас так принято, объяснил мне майор.

Собрав остатки обеда, на том же мотоцикле вернулись в отделение, где майор покормил арестантов. Далее, мы сидели и выпивали внутри, когда посигналил грузовик. Прощаясь, мне стоило больших трудов, отказать гостеприимному майору «погостить хотя бы недельку».

Горное пастбище встретило меня картинками из школьных учебников, иллюстрирующих Кавказ: непременный горец в бурке, огромные собаки и стада овец на горных склонах в лучах заходящего солнца. Стоит ли говорить, что к приезду дорого гостя был зарезан молодой барашек. Шашлык, который я ел можно сравнить только с вином, которое мы пили за здоровье работников прокуратуры одесского гарнизона.

Побеседовав с уже уволенным в запас солдатиком, я подписал все необходимые бумаги, составил протокол допроса свидетеля, в общем — сделал все необходимое, ради чего я и был командирован сюда. Ночь прошла у костра, под неспешные разговоры. Мне посоветовали не возвращаться в Махачкалу, а ехать в Минеральные Воды, откуда улететь на Одессу значительно проще. Опять же машина, которая привезла меня сюда, утром идет рейсом на Грозный. От него до Минеральных Вод остается 300 километров хорошей дороги.

Доехав до окраины Грозного , я от души поблагодарил водителя и пошел на остановку автобуса, что бы выехать на шоссе в сторону Минеральных Вод.

Забравшись в подошедший рейсовый ЛиАЗ, я увидел там несколько старейшин, мирно попыхивающих трубками, расположившихся на переднем диване, спиной к движению, Поздоровавшись, я вежливо поинтересовался — в правильном ли я двигаюсь направлении. Но в разговор вмешался водитель:

Да, дАрАгой, но ты же не очень спешишь? Мы сейчас немножко в сторону свернем, надо уважаемых людей домой завезти, а после я тебя стрелой доставлю прямо куда ты захочешь. Возражать было бессмысленно, по всей видимости подобные отклонения от маршрута здесь не в диковинку. Уже через час, оставив за спиной КПП на выезде из Грозного, я бодро шагал в направлении Минеральных Вод. В моих планах было дойти до ближайшей бензоколонки или перекрестка, что бы сесть на попутную машину — останавливать попутку посреди дороги я уже давно считал «дурным тоном». Неожиданно, сзади раздался сигнал, я обернулся, отступив на обочину. Бортовой Зилок остановился рядом со мной, и из открытой пассажирской двери высунулся водитель:

-Кому рука не поднимаешь? Дальний путь идешь, а рука не поднимаешь? Я что, сАвсем тэбе чужой человек, или я не туда еду?

Запрыгиваю в кабину, разговорились, следующие 250 километров, проехали на одном дыхании- водитель возвращался домой из дальнего рейса. Вечерело, до Минеральных Вод оставалось не более 100 км, когда мы свернули с трассы и остановились у придорожного магазина. Понимая, что селение, где жил водитель, находится в стороне от дороги, я стал благодарить водителя и расспрашивать о направлении моего дальнейшего движения, но водитель категорический перебил мой поток «словоблудия».

- Какой такой аэропорт, вечер, в горах рано темнеет, ночуешь у меня, я дом новый построил, еще никто не ночевал, кровать новая, матрас новый, а вот белья постельного купить не успел, — как оказалось, именно ради этого мы и остановились у придорожному магазине. Возражать было бессмысленно.

Уже через час мы сидели под навесом, напротив недавно построенного дома, с аппетитом уминая домашнюю снедь, запивая все это домашним вином под длинные и весьма замысловатые тосты.

Утром водитель подвез меня до трассы, сам остановил машину, что то объяснил водителю. Мы пожали друг другу руки, сердечно попрощались, и уже через пару часов я был в аэропорту города Минеральные Воды.

Аэропорт встретил меня пустым кассовым залом, в конце которого сиротливо приютилась «Воинская касса», где меня ждало два известия, как обычно - одно хорошее, а второе -очень хорошее.

Рейс Ташкент — Одесса по четным дням делает промежуточную посадку в Минеральных водах, а по нечетным в Махачкале. Сегодня был четный день, и это не могло не радовать. Второе известие » билетов нет» оптимизма не вселяло. До рейса оставалось еще пол дня, я рискнул открыть скромную деверь с надписью «Милиция».

Объявление об окончание регистрации на рейс «Ташкент-Одесса» прозвучало как раз тогда, когда мы закончили пить за здоровье родственников, но еще не начали пить за здоровье родственников родственников. Я робко поинтересовался, как я без регистрации смогу попасть в самолет (вопрос о том, что «билетов нЭт» уже был решен).

- Как это самолет улетит без тебя? Никто никуда не летит, пока мы не выпили за здоровье родственников прокурора и родственников твоего начальника, — объяснил милицейский чин, после чего снял трубку телефона и куда-то позвонил.

К трапу самолета меня подвезли на милицейском газике, в котором кроме меня и моего «командировочного портфеля» еще ехало куча пакетов и коробок:

-Это передашь прокурору, а это своему начальнику, — напутствовали меня напоследок слуги правопорядка аэропорта, помогая занести все в самолет. Проспав два часа под гул турбин, я к вечеру уже был Одессе, а на следующее утро раздавал подарки, стараясь дышать по возможности в сторону....
Оценка: 1.8424 Историю рассказал(а) тов. George Valushko : 03-09-2013 17:22:17
Обсудить (21)
12-09-2013 14:03:47, Nix
А будет ли продолжение? Стиль изложения очень понравился...
Версия для печати

Армия

Новая Земля

Это не рассказ. Сколько не пытался его написать - не получается коротко и ясно, слишком много эмоций у человека с Большой Земли, попавшего на Новую Землю ...надцать лет назад в двухмесячную командировку в короткое полярное лето.
Это просто цитаты, наброски из большого текста, может быть, когда-нибудь это будет повесть.
Как обычно: те, кто в теме, может быть, захотят прочитать все от "доски до доски" и покопаться в каждой запятой, а те, кто далек от темы (они в этом не виноваты), устанут от бесконечных подробностей и через два абзаца хмыкнут и переключатся на другое...

Новоземельский словарь:

"Моряк", "матрос" - любой военнослужащий срочной службы (наши сухопутные саперы долго не могли привыкнуть к такому "титулу").
"Ботаники" - ученые (независимо от направления научной деятельности).
"Вариант" (1, 2, 3) - буран с нулевой видимостью.
"Стояк" - общее пятничное построение личного состава на дороге у ГДО для подведения итогов за прошедшую неделю и постановки задач на следующую неделю.
"Хозяин" - белый медведь.
"Быть добру!" - новоземельский тост на любом застолье.
"Баул" - позывной узла связи в Рогачево.
"Декорация" - позывной узла связи в Белушьей Губе.
"Телевизор" - плексигласовое приспособление для ходьбы в буран в виде маски сварщика, только прозрачное и с ручкой.

...Вылететь на Новую Землю непросто. Это у нас в Москве + 30 и штиль, а там ветер, погода другая, поэтому сидим неделю в Чкаловском и ждем вылета. Наш усиленный саперный взвод, геологи и прочий народ. Все барахло загружено в Ил-76, готовый к вылету, а мы околачиваемся в окрестностях КДП. Каждое утро собираемся, отлавливаем командира борта и ждем вылета, который может состояться, если метеорологи дадут благоприятный прогноз по трассе полета к "Баулу" на срок не меньше 6 часов. Это "окно" никак не хочет появляться, и вечером мы возвращаемся ночевать домой. Помаленьку знакомимся с попутчиками, геологами из 10 экспедиции Гидроспецгеологии, а чтобы не нарушать традиции, снаряжаем взводного в магазин. Геологи наше предложение поддерживают, кроме Евгения Прокопыча, который вздыхает с завистью, но отказывается, ибо не решается появиться в нетрезвом виде пред ясны очи супруги, если вдруг сегодня опять не улетим.

...Через день после прилета заглядываем в "десятку" к нашим знакомым геологам. Те встречают нас радушно, как старых знакомых. Прокопыч весел и пьян в стельку, ибо начальник геологов Даниил Григорьич после прилета дал ему пару дней "на расслабление" по случаю долгожданной разлуки с супругой суровой.

... Через неделю мы снова бьем челом геологам на тему "мы сами не местные, поможите вездеходом во временное пользование..." Прокопыч все не трезвеет. Ему уже "перекрыли кран", но он предусмотрительно создал тайные запасы огненной воды и втихаря к ним прикладывается. Начальник экспедиции сталкивается с ним в коридоре и грозно призывает его к порядку: "Прокопыч, сколько можно бухать?!" - "А чо, вчера ж только прилетели..." Он свою машину времени поставил на паузу.

...Живая легенда "десятки" - патриарх всея испытательного полигона Анатолий Палыч, участвовал в испытаниях еще при Хрущеве. Дед неизвестного возраста с карломарксовской бородой и в очках на резинке. За этой колоритной и немного несерьезной внешностью прячется водитель Урала, ГТС-ки, буровик и мастер на все руки, да еще и малопьющий ("нормузнающий"). По одной из древних легенд, после неудачного испытания заряда в скважине нужно было на серьезно "фонящей" площадке пробурить аварийную скважину для измерительных приборов. Пригнали и поставили буровую установку, после чего Палыч изгнал всех от радиации подальше ("Я уже старый для баб, а вам еще пригодится") и в одиночку три дня управлялся с буровой, пока не прогрыз гранит до нужной отметки. Жил Палыч на Белушьей Губе на базе экспедиции безвылазно годами и никуда не просился, т.к. родственников и дома у него на Большой Земле не было, неусыпно охранял геологические владения, когда в нерабочий сезон экспедиция улетала домой. Но однажды в "десятку" нагрянула какая-то проверка и выявила вопиющее нарушение трудового кодекса (Палычу отпуск не предоставлялся много лет!) и потребовала немедленного устранения безобразия. Начальник экспедиции вызвал Палыча, вручил ему билет на ближайший самолет до Архангельска и немалое многолетнее жалованье, неполученное и неизрасходованное Палычем по причине отсутствия таковой необходимости. Палыч в Архангельске за неделю прогудел с тамошними энтузиастами все богатства и с чувством исполненного долга вернулся обратно в родную Белушью Губу.
Кроме всего прочего Палыч содержал и холил собачье поголовье экспедиции, которое в период нашей командировки было немалым: 11 больших и маленьких проглотов. Замешивая в 40-литровом бачке варево, Палыч поведал, что совсем без собак здесь нельзя, т.к. это лучшая система сигнализации о приближении одной из самых главных новоземельских опасностей - белого медведя. Геологи обычно регулировали численность "сигнализации" в пределах 3-5 собак, но понявшая механизм регуляции сука предусмотрительно исчезла за несколько дней до "ощенения" и вернулась обратно через месяц. Отощала, как велосипед, но привела с собой шесть тявкающих колобков. "Этих разве утопишь? Ни у кого рука не поднялась, они же уже не слепые, вот теперь и кормим ораву" - развел руками Палыч. Вожак этого войска - здоровенный серый кобель - любил валяться, вытянув лапы, у столба в воротах. Въезжавший в геологическое хозяйство "Урал" сигналил и гудел "уйди зараза, дай проехать", но кобель не двигался с места, внимательно следил за протискиванием "Урала" в оставленное пространство, чуть подбирал лапы и после проезда колес снова их вытягивал. Шлагбаум, ети его бабушку. )))
Оценка: 1.7917 Историю рассказал(а) тов. Нойруппин : 29-08-2013 22:34:50
Обсудить (18)
04-09-2013 22:56:52, cassyan
Я служил в Рогачёво в 85-87 гг, механиком по авиавооружению ...
Версия для печати

Флот

Препарат

Выход был тяжелый. Так как пароход вставал в ППО и ППР и на три месяца, как минимум, выпадал из планов боевой подготовки флота, планировщики, как флотские так и эскадронные, напихали в задачи выхода всё что могли, начиная от постановки помех, кончая наведением истребительной авиации. Механикам, которые не выводили свои аппараты уже месяца четыре, кроме всего прочего, добавилась напасть в виде архаровцев из физлаборатории с обширнейшей программой НФИ и ТТП (нейтронно-физические измерения и тепло-технические проверки). В общем, было весело, тревоги сменялись тревогами, стрельбы учениями по живучести, в короткие передышки на пульт прибегали энфэишники со своими методиками, то заставляя разгонять реактор на полную мощность, а корабль, соответственно, на полный ход, то врубать ЦНПК на МС, то вручную дергать решетки при этом с детским умилением наблюдая за пляской приборов под «цветомузыку» мнемосхемы. Но всё рано или поздно заканчивается, подошли к концу и эти «моря». Пройдена узкость, брошены чалки, сходня спущена на родной седьмой причал главной базы Северного флота. Первыми, как обычно, простучали копытами по трапу летуны, тут же за ними свалили штабные, потом уже тонким ручейком стала утекать корабельная сходная смена. БЧ-5 в этом праздники жизни практически не участвовала, так как нужно было еще вывести аппараты и принять пар с котла на рабочий эшелон. Общая заёбанность операторского состава была такова, что даже традиционная клоунада с надеванием белых рубашек и белых перчаток для торжественного нажатия кнопки АЗ была похерена. В работе по стояночному режиму оставался «нос», поэтому «корма» поставив ПГ на «мокрое», тихо балдела. «Корма» - это два старлея, Саша и Паша. С кормового ПДУ (пост дистанционного управления) они уходить не спешили, потому что опыт службы подсказывал, что любая кривая в обход начальства короче прямой, а по кораблю кривой маршрут выбрать достаточно сложно, поэтому лучше сидеть за пультом и не высовываться. Саша с Пашей были одноклассниками по училищу и на корабль попали вместе, поэтому понимали друг друга без лишних слов.
- Паш, есть чего?
- Схуёвли? Откуда?
- У тебя ж было...
- Так я рогатых ходил со стрельбой поздравить, не с пустыми же руками идти.
- А то у них своего мало.
- Не поверишь, с моим не хватило, еще к румынам бегали
- Хреново.
- Ладно, придумаем чего-нибудь.
Придумывать долго не пришлось, видимо, Бог был немножко моряком и даже где-то атомщиком и решил порадовать «черную кость» флота - двух молодых механисьёнов. Переборочная дверь с лязгом отдраилась, и на пульт завалился старшина вертолетной команды, мичман Вельбицкий. На пульте ему делать было абсолютно нечего, да и допуска туда он не имел. Мичман был явно пьян и чем-то сильно напуган.
- Леха, ты не заблудился? - первым нарушил молчание Павел, - ангар дальше в корму.
- Ребята, у вас от радиации есть чё? - промямлил вертолетных дел мастер.
- Хуй через плечо. Ты что, совсем забухался? - усмехнулся Санёк.
- Облучился я.
- Чего???
Из сбивчивого рассказа напуганного мичмана вырисовывалась следующая картина. Винтокрылые, прежде чем свалить с корабля, успели укачать Вельбицкого и оставили его просыпаться в каюте. Там же в каюте оставили какую-то свою вертолетную приблуду, которую не захотели тащить с собой, а в вертолете оставлять побоялись, вроде как грифованная. В соседней каюте мичман химик решил поизучать полученный накануне выхода новый прибор радиационной разведки. Прибор при наведении на соседнюю каюту стал пищать и дергать стрелкой. Химик с трудом, но поднял Вельбицкого и указал ему на источник излучения в его каюте, ту самую вертолетную приблуду.
План у Паши созрел молниеносно, вертолетчик по корабельному расписанию был заведующий сауной. Поэтому была возможность решить триединую задачу. Где, что и чем закусить.
-Короче, Леша, в укладке аварийной партии ГЭУ есть Б2, антирадиационный препарат. Но он строгой отчетности. Раз такое дело, пойдем на должностное, но с тебя сауна, поляна и литрович шила, и это всё сегодня. Как понял?
Глаза мичмана просветлели.
- Ребята, да я сейчас, да я мигом...
- Шило сразу сюда тащи.
Когда дверь за облученным захлопнулась, Шура спросил:
- Паш, ты чего придумал?
- Вечер отдыха нам организую. Давай, дуй в медблок, притащи гексавит и бутылку какую-нибудь медецинскую прихвати, препарат смаклачим.
Придуманный на ходу рецепт нового слова в борьбе с последствиями переоблучения был прост и не требовал лабораторных условий. Двести грамм спирта было разведено впопалам с минералкой, бутылка которой нашлась в каюте. Это по замыслу начинающих фармацевтов должно было помешать распознать в препарате обыкновенный разведенный спирт, плюс туда же добавлялся до предела растворения толченный витамин. Что придавало лечебной смеси неповторимый цвет и своеобразный вкус.
Вельбицкий отсемафорил, что сауна и поляна при ней готовы, и ему позарез как нужен Б2, а то как бы не было уже поздно.
Сауна встретила друзей запахами разных вкусностей.
- Лешик, усё в поряде. А вот и Б2.
Бутылка с зельем желто-оранжевого цвета была выставлена на стол.
- А сколько его выпить надо? Не мало будет? - заволновалась жертва источника ионизирующего.
- Не ссы, пей, как полегчает, значит подействовало.
Стакан выпитый залпом, да еще не на старые дрожжи, тут же возымел лечебный эффект.
- О, мне, кажись, уже легче.
- Ну тогда приляг на диванчик, пусть получше рассосётся, - вошел в роль эскулапа-радиолога Паша.
Сауна затянулась далеко за полночь, храп Вельбицкого совсем не мешал. Пашу с Александром никто не искал, а если и искал, то заглянуть в сауну не догадался. В общем, посидели оч.хор.
Утром еще до завтрака Пашу отловил его вчерашний пациент.
- Слыш, Паш, а чего с утра моча у меня была аж оранжевая?
- Да всё нормально, Леш, это радионуклиды выходят.
Но мичман не успокаивался:
- Паш, а с бабами-то всё нормально будет?
-Леша, заебал ты уже своей радиофобией, говорю ж тебе, всё нормально. Домой вечером пойдешь, жене контрольку поставишь, вот и проверишься.
До вечера спасенный от радиации не утерпел. Придумав себе какие-то срочные дела в городе, отпросился у помощника и скачками понесся в техотдел, где работала евойная супруга. Отволок её там же в какую-то подсобку, где и совершил высший акт всепобеждающей и жизнеутверждающей любви. На корабль Вельбицкий вернулся страшно довольный, утверждал по секрету, который скоро стал известен всем, что чудодейственный препарат еще и значительно улучшает потенцию, что заставила Пашу с Сашей даже задуматься об открытии отхожего промысла. Но беседа в каюте особиста на предмет разбазаривания медикаментов строгой учетности как-то умерила их пыл. Что это был за вертолетческий прибор, так никто и не узнал...
Оценка: 1.7734 Историю рассказал(а) тов. тащторанга : 25-08-2013 13:04:19
Обсудить (17)
03-09-2013 18:17:12, lancer
Материться не матерясь -это вообще искусство, ЯТД....
Версия для печати

Авиация

Суббота. Аэродром «Северный»
07 часов 25 минут.

- «Эрмитаж», 132-й пробу закончил выключить по готовности».
- «132-й по готовности выключайтесь».
- «Разрешили 132-й»...

- Выключаем потребители. Алексей, ты почему в объективном контроле за полеты не расписался до сих пор? Виталичу нажалуются, нам опять вкрутят. - Дуничкин , клацая АЗС-ами проводил воспитательную работу своего правака. Алексей Чухинцев сморщив нос тихонько шипел и потирал правый локоть которым приложился о блистер.
- Ш-ш-ш-ш... Собака.... Прям по нервам... Вить, честно - забыл. Счас, закончим и сразу побегу. Стока в эту неделю навалилось, тут забудешь как себя зовут, не то, что в журнале расписаться. - Алексей выключая АРК-9 (Радиокомпас) роняет карандаш, который естественно закатывается под самые педали.
- Нет, ну ты посмотри, что творится с самого ранья...
Кряхтя, Чухинцев растёгивает привязной ремень и сняв гарниутуру тянется за карандашом. Поймав добычу, он выпрямляется в полный рост и со всего маху бьется башкой о верхнюю приборную панель.
- СУКА-А-А-А!!!!! ГРЕБАНЫЙ КАРАНДАШ!!! - прижимая руки к голове плюхается назад в чашку, забыв о больной заднице (приключения описаны в разделе «Вторник»). Заимев боль пониже спины, бедный правак опять подскакивает и опять бьется головой. Выпучив глаза тихо оседает. «А-а-а-а....» - На голове правака начинает расти громадный шишак.
Дуничкин с бортачем вылупив глаза на штурмана, замерли в состоянии полного изумления.
- Леха, ты нахера себя уродуешь!? Хочешь убиться - иди с разгону уе...сь башкой о стену. Зачем технику курочишь? - Дуничкин осуждающе машет головой. Бортач молча заканчивает процедуру опробывания вертолета . Чухинцев со слезами и вселенской грустью в глазах растекся в чашке сидения:
- Да пошли вы оба....
Дуничкин , продолжая качать головой выходит из пилотской кабины. Возле трапа его окликает бортовой:
- Витя, кепку забыл! - Махов свесившись в грузовую протягивает майору головной убор.
Виктор останавливается, поворачивается к бортовому технику и берет кепку. Затем делает шаг и лбом таранит верхний обрез входной двери....


Суббота. Аэродром «Северный»
08 часов 10 минут.
Комната оперативного дежурного.

Виталич сидя за столом и подперев голову руками, молча смотрел на экипаж Виктора Дуничкина. Макаров с независимым видом изучал документы и делал вид, что информация, представленная в разведсводках крайне важная для него. Троица стояла перед командиром и молча сопела.
- Да.... Кому расскажешь не поверят... - Виталич смотрит на Макарова. - Владимир Андреич, хватит херней маяться. У нас тут поинтересней будет.
Макаров откладывает папку с документами и обращает свой взгляд на пилотов.
- Вот скажи нам Владимир Андреич, что нужно сделать с этими «самострелами», которые для того, чтобы не выполнять боевую задачу раздолбали свои тупые бошки о ввереную им технику, причинив тем самым ущерб государству?
Макаром закурив сигарету:
- Предлагаю как в 37-м товарищ командир. Давай их расстрелям нахер, там за капонирами как вредителей и Троцкистов, чтобы другим неповадно было.
Летчики разукрашенные доктором в зеленые и коричневые тона, насупившись хранили героическое молчание.
- Чего молчим соколы? Не оправдываемся, не молим о пощаде? - Виталич встает из-за стола и заложив руки за спину начинает мерить шагами комнату. - Ну, так чего случилось-то? - Останавливается у окна и повернувшись спиной к пилотам смотрит на стоянку.
- Виталич, честное слово случайность. Ну, вот как-то так получилось.... - Дуничкин вздыхает и непроизвольно рукой ощупывает голову.
- Витя, случайность - это фактор, который определяет исход эксперимента из множества возможных исходов, известных заранее. Именно так научно, если мне не изменяет память, трактуется это определение. У вас - это уже не случайность, а...- Командир задумчиво смотрит на Макарова. - Андреич, ну-ка сформулируй.
Макаров затягиваясь сигаретой выдает: «Случайно ничего не происходит. Есть тайный смысл в законах бытия. Кто ищет - тот всегда находит, а кто стучит - тому и отворят.»
Пораженные леДчики открыли рот и пустили слюни. Виталич тоже ошалевший от сказанного:
- Во, бля..... Слыхали, как начальник штаба завернул? Это вам не арбузы тырить у нохчей. Идите с глаз моих.


Суббота. Аэродром «Северный»
10 часов 00 минут.

- «Эрмитаж», 132-й взлет группой произвел, правым по заданию с набором 900.»
- «Эрмитаж» 132-му. Правым с набором 900. На связь с «Фиалкой».
- «Разрешили 132-й. Группа переход на «Фиалку».
Пара Ми-8 в сопровождении «Танка» (Ми-24) уходят в сторону Кавказского хребта.


Суббота. Площадка «Ботлих»
10 часов 00 минут.

Руководитель полетов на площадке, метеоролог, радист и прочая, прочая, прочая - капитан
Иван Петрович Ейский маялся тяжелым похмельем. Спецназеры-развеДчики, которые давеча шарились по хребтам, дали-таки результат и в предкушении скорой эвакуации в ППД предложили Ейскому продегустировать фирменный разведческий напиток «МуХрю»... Какой же летчик (хотя и списанный на землю) откажется от спирта?
Что было Ейский помнил смутно. Помнил как спецура хлопала его по спине и приглашала в гости, помнил как они радостно повизгивая грузили результат на броню, помнил как броня стреляя и пованивая выхлопами соляры уезжала с площадки.... Остальное окутал плотный ТУМАН....

-«Орбита-14 ответьте «Печенегу». - Хриплый голос раздавшийся из динамика станции кузнечным молотом ударил по голове РП.
- «Орбита - 14 на связь с «Печенегом» - продолжала вещать станция.
«Ой бля-я-я..... счас сдохну.....» - подумал Ейский и неимоверным усилием не открывая глаз протянул рук за микрофоном.
- «Печенех-х-ххх... «Орбита-14» ответил...» - не то прошипел, не то проговорил РП.
- «На слабую троечку принимаю вас «Орбита». К вам группа 132-го. Условия дайте.»
Ейский проклиная негодяев-разведчиков выведших его из строя, непоседливых летчиков которым не сидится на месте и «Печенега» вкупе сними, который никак не заткнется и требует метеосводку, разлепил глаза
- «Орбита - 14» куда пропал? Погоду давай!» - продолжал бомбить Ейсгого «Печенег».
Подавив приступ тошноты Петрович со стоном разлепил глаза и ногами стек с кровати уставившись в окно. Вид из окна Ейского порадовал. Вид из окна даже притупил пульсирующую головную боль, которая не отпускала, разливаясь от затылка вниз по всему телу. В окно НИЧЕГО не было видно.
«Туман.... Слава Богу...» - прохрипел Петрович - «Печенег», Орбита-14. Примите условия. Видимость ноль. Туман».
- «Принял.... » - озадаченно проговорил «Печенег». Ейский рухнул на кровать и закрыл глаза.

Ми-8 N 49
В наборе высоты

- «132-й «Фиалке»
- «Ответил 132-й»
- «132-й площадка закрыта. Вам на точку до команды»
- «132-й принял... На точку до команды»
- «Фиалка» 132-му переход на «Эрмитаж»
- «Переход 132-й. «Фиалка».
- «132-й группе. Левым возврат на точку. Переход на «Эрмитаж».
- «135-й принял. Переход.»
- «315-й выполняю. Переход на «Эрмитаж».
Группа прекратив набор высоты, левым разворотом возвращается на аэродром «Северный».


Суббота. Аэродром «Северный»
11 часов 00 минут

- И чего мы ждем? - Чухинцев болтая ногой адресует вопрос в никуда.
- Хрен знает... Наше дело не думать, а делать. - Стас Махов встает и потягиваясь выходит из курилки. - Я на борт пошел если чего...
- Угу... - Леха продолжая качать конечностью безмятежно пялится в сторону хребта, непроизвольно поглаживая шишак на голове. Валера щелкая семечки просто кивает.
В это самое время командиры экипажей с Виталичем и Макаровым уточняли причину возврата.
- Андреич, уточни у Ханкалы накой группу вернули.
Макаров кивает и уходит к себе. Дуничкин с Шершневым молчат. Виталич что-то пишет. Через пару минут заходит НШ:
- Короче, на площадке туман. По погоде закрыта. 24-ку от нас забирают. По команде парой пойдете.
- Хм... А у нас погода «звенит». И хребты просматриваются. Странно... - Шершнев отходит от окна. - Виталич, а кто погоду давал на Ботлихе?
- Ейский.
- А-а-а... Понятно. А пусть у него еще раз через час уточнят? Не должен быть там туман сейчас... Очень странно. Андреич, пусть еще раз погоду уточнят минут через сорок.
- Ладно, я к себе. - Макаров выходит.
- Мы тоже пойдем, покурим пока. Витя пошли. - Летчики выходят из комнаты.

Чухинцев отвлекается от почесывания своего шишака и поворачивает голову в сторону домика, из которого выходят командиры. Валера смотрит на Деда и Дуничкина не отрываясь от процесса лузганья :
- Ну чего отцы-командиры порешали?
- Ждать сказали. Минут через сорок опять запросят. - Шершнев закуривает. Дуничкин садится рядом со своим праваком. Шершнев смотрит на обоих: - Бля, Витя ну и рожи у вас. Нахера так зеленкой измазались. Надо было йодом. Он хоть следов не оставляет. Как гоблины выглядите.
- Старый, хоть ты не доставай а? - вздыхает Дуничкин. - я сам как будто мазал. Пилюлькин наш дорвася. Сука....
Валера хихикает.
- Бурундук, хватит ржать. Отсыпь семян раненым. - говорит Шершнев.
Валера продолжая хихикать раздает семечки товарищам:
- Слушайте, отцы-командиры, а вы с армейцами связывались? Может кто-то из них в тех краях лЁтает, пусть доразведку погоды дадут.
Майоры замирают.
- Блять. Здравая мысля. Че сразу не подумали? - Дуничкин встает и уходит обратно в домик.


Суббота. Площадка «Ботлих»
12 часов 40 минут.

Ейскому было по-прежнему плохо. Час назад приставучий «Печенег» опять запросил погоду. Но погода не изменилась. За окном была все таже белесая мгла. Кошмары мучили майора. Он то проваливался в тревожный сон, то всплывал на поверхность бытия. Снилась всякая хрень. Злобные «чехи», спецура, мишки Гамми и их сок... И большой шмель, который жужжал за окном....
Пара Ми-8 х села на площадку.

Наружная дверь распахнулась, в которой тихо «умирал» Ейский распахнулась от удара. «Шмель» ворвался в помещение в виде крайней степени взбешенного Виталича со товарищи.
- Ну бля-я-я-я!... Ну ты посмотри какая сука!!!! Оно тут ханку жрет и туманом прикрывается падла!!!! Я тебя научу Родину любить!!!! - разорялся Виталич, беспорядочно бегая по комнате. - Подъем алкашня!!!!!
Обалдевший от потока свежего воздуха, шума и крика, а больше всего от того, что летчики прилетели в такую погоду, Ейский молча открывал и закрывал рот:
- Хули зеваешь ушлепок!!!! - продолжал кричать Виталичь.
- Виталичь.... А.... как вы ..... туман же.... Не видно ничего.... А вы в горы... и...
- Какой НАХЕР ТУМАН!!!!! - с этим воплем командир подскакивает к окну и открывает его. От окна наружу падает щит с натянутым на него толстым полиэтиленом, который Ейский поставил чтобы не задувало в окно и про который он благополучно забыл. Яркий осенний день хлынул внутрь и вступил в свои права.
Оценка: 1.7661 Историю рассказал(а) тов. voyaka111 : 13-09-2013 17:34:30
Обсудить (5)
17-09-2013 11:22:26, glider
Класс!!! Великолепно!!!...
Версия для печати

Флот

БЗЖ итоги (часть вторая)

Лучшее поощрение - это НЕНАКАЗАНИЕ!
СПК ДПЛ С-191

Все понимают, что подобная круговерть в стиле БЗЖ требует осмысления и наказания. А чтоб два раза не вставать, Комдив собрав всех участвующих в постановке тут же на пирсе и учинил разбор. Пройдясь по сложной международной обстановке, он тут же прошёлся по нашему дивизиону подлодок и конкретно по вахтенным пострадавших подлодок, тепло вспомнил маму каждого стоящего матроса, старшин и мичманов. В темнеющей лазурной выси чайки, ухахатываясь над коленцами сочного морского слова, с трудом удерживались в воздухе. Со стоящего напротив ливийского сторожевика восхищённо цокали наши тогдашние «братья навек», донельзя покорённые такими искусными вывертами и загибулинами.
Выпустив пар с перегретых котлов, Комдив решил приступить к самому вкусному - к расчленению Флажка. Устно утыкав Флажка как ёжика, довёл до сведения всех слушающих, что именно ему можно впаять за чуть не угробленные три боевые единицы, а тем более, торпедопогрузочный пирс! Флажок всё уменьшался в росте и диаметре и если б не форма, давно бы исчез, растворился в просоленном Балтийском воздухе. Тут же недостатки в части ношения формы стали виднее, и Комдив на примере Флажка стал убедительно показывать, КАК не должен выглядеть военмор. Подойдя ближе, замечает торчащий у Флажка из кармана кителя конец (по-сухопутному - верёвочку, а не то, что все подумали)...

- Ну что за матчасть твою торпедную! Ну что ты за офицер, кнехт в задницу! Стоишь, как куча ветоши при шторме! Бербаза, а не моряк! Что за сопли?? - кричит Комдив и дёргает за конец. Шутиха, конечно, исправно срабатывает и Флажок окутывается дымом, как Хоттабыч. И вполне по-волшебному исчезает. Сверху в небе от изумления перестали ржать чайки. Солнце, краснея от стыда, утопилось в Рижском заливе. Вечерело. Стали бить склянки на "вечерний чай".
Оценка: 1.7157 Историю рассказал(а) тов. Dis : 30-08-2013 18:12:52
Обсудить (0)
Версия для печати
Читать лучшие истории: по среднему баллу или под Красным знаменем.
Тоже есть что рассказать? Добавить свою историю
    1 2 3 4  
Архив выпусков
Предыдущий месяцНоябрь 2017 
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   
       
Предыдущий выпуск Текущий выпуск 

Категории:
Армия
Флот
Авиация
Учебка
Остальные
Военная мудрость
Вероятный противник
Свободная тема
Щит Родины
Дежурная часть
 
Реклама:
Спецназ.орг - сообщество ветеранов спецназа России!
Интернет-магазин детских товаров «Малипуся»




 
2002 - 2017 © Bigler.ru Перепечатка материалов в СМИ разрешена с ссылкой на источник. Разработка, поддержка VGroup.ru
Кадет Биглер: cadet@bigler.ru   Вебмастер: webmaster@bigler.ru   
Долговечные сдвижные ворота от компании Ролмастер.
калькулятор переезда квартиры с грузчиками mandrmoving.ru